Гадание при свечах - Анна Берсенева

После вечера с магическим сеансом Марина решила, что уйдет от госпожи Иветты. Она еще не знала, как это произойдет и когда, – вернее, просто не могла решиться окончательно. Но уйти было необходимо, это она понимала.

«Что за наваждение на меня нашло? – думала она. – Ослепление, помрачение – как угодно…»

Марина чувствовала, что ей не нужно ничего, связанного с госпожой Иветтой. Ни денег, ни житейской устроенности, ни магических шаров, ни разговоров с художником Глебом. Даже Москва стала ей казаться городом госпожи Иветты…

«Можно уехать в Орел, – думала Марина. – Конечно, я так бесцеремонно ушла из больницы… Но все равно, Иосиф Давыдович рад будет, если я вернусь. Или еще куда-нибудь уехать, медсестры везде нужны. А так – у меня скоро сил совсем не останется…»

Она думала об этом даже в метро, добираясь в Медведково после вечера в магической студии. Она думала об этом всю ночь и заснула только под утро.

Женя снова приснился ей. Но на этот раз он не лежал с нею рядом, а шел по бульвару. Его коричневая дубленка была расстегнута, шапка сдвинута на затылок, и глаза его лучились такой счастливой лаской, что Марина заплакала во сне.

Проснувшись, она поняла, что Женя в Москве, и смятение охватило ее душу. Она не могла ошибиться: он здесь! А она должна уехать… Уехать именно сейчас, когда поняла, что Женя наконец вернулся в Москву, – это было невозможно! Что-то сдвинулось и переменилось в его жизни, и невозможно было оставить его сейчас.

Телефон зазвонил в ту минуту, когда Марина готова была сказать себе и «да», и «нет».

– Я жду тебя завтра утром, – сказала госпожа Иветта. – Будет три человека, и принять их должна ты.

Днем на стеклянных стенах студии были опущены жалюзи, от этого в ней царил полумрак. Госпожа Иветта зажгла светильник внутри одного из шаров. Он освещал небольшое пространство зала, все остальное тонуло в таинственной полутьме.

– Я не знаю, с чем они придут, – напутствовала госпожа Иветта. – Мне известна только степень серьезности их визита, ты понимаешь? Можешь не беречь силы.

«А если я не хочу?» – подумала Марина.

Но первая же визитерша заставила ее забыть о собственных желаниях. Это была молодая женщина – пожалуй, ровесница. Но во всем ее облике чувствовалась жесткая завершенность, которой совсем не было у Марины.

У входа она сняла длинное замшевое пальто с шелковистыми норковыми вставками; мелькнула сплошная меховая изнанка. Она прошла к стеклянному столу, за которым сидела Марина, и уселась напротив.

Марина смогла рассмотреть черты ее лица – правильные, гармоничные, но, возможно, слишком уж правильные. Холодной красотой веяло от больших, умело подведенных светло-серых глаз.

– Меня зовут Нина, – сказала посетительница, глядя на Марину так, что ей стало не по себе. – Извините, мне некогда особенно разъяснять. Я хочу, чтобы вы навели порчу на одного человека. Заплачу любые деньги.

– Ни больше ни меньше? – улыбнулась Марина. – Чем же вам так не угодил этот человек?

– Не надо смеяться! – В глазах девушки плеснулось что-то, стершее улыбку с Марининого лица. – Я бы его убила, да к нему не подберешься, весь в охране. Тогда пусть сам сдохнет.

В ее голосе чувствовалась такая жестокая решимость, что Марина постаралась придать своему голосу как можно большую мягкость:

– Вы не могли бы все-таки рассказать мне подробнее? Иначе мне трудно будет говорить с вами.

Девушка смерила Марину недоверчивым взглядом, потом кивнула; длинная прядь темно-русых волос упала ей на лицо.

– Хорошо, если вам это так уж необходимо. Понимаете, я – эскорт-герл.

– Что это значит? – спросила Марина.

– Ах, ну как вы не знаете! – поморщилась та. – Это значит – девушка для сопровождения. Я работаю в фирме, которая обеспечивает обслуживание разных мероприятий или отдельных бизнесменов во время переговоров. Все, что необходимо: регистрация участников, звонки, цветы, вручение подарков, просто в ресторане посидеть, чтобы обстановку создать. Но без секс-услуг, в этом все дело! То есть у нас есть девочки и для этого, но – отдельно, а нам это дело категорически запрещено: престиж фирмы. Конечно, многие пристают, деньги обещают, но это себе дороже – согласиться. Еще неизвестно, как обернется, а хорошее место потеряешь. Я вообще-то фотомоделью работала, – пояснила Нина. – Но в звезды не выбилась, а все, что рангом пониже, – дохлый номер, нищета. Ну, неважно, – оборвала она себя. – Так вот, эскорт-герл. Подружка однажды предложила попробовать, и вдруг пошло дело. Знаете, как я за это держалась?

– И вы потеряли место? – осторожно спросила Марина.

– Да, вроде того. Я один бизнес-симпозиум обслуживала в «Балчуг-Кемпински». Все как всегда, ничего особенного. Сижу, хожу, улыбаюсь. Даже не сильно устала под конец. И настроение было хорошее – от этого, наверное, бдительность потеряла. Один там был, я его сразу заметила – самый шикарный. Не то чтобы особо крутой, а вот именно… Молодой, изящный такой, и глаза… И он на меня смотрел все время. Потом, под финиш, подходит: разрешите, я вас домой отвезу? Ну, это дело нам известно. Я категорически – нет. А он: тогда хотя бы телефон – можно? Кой черт меня попутал – не знаю! Глаза у него были такие… сочувствующие, такой взгляд ласковый… Ну не смотрят так мужики, когда просто трахнуть хотят! Я и теперь не верю… – Нина судорожно перевела дыхание, потом стремительно встала и прошлась по залу. – Ну вот, он мне позвонил назавтра, – сказала она, садясь. – В ресторан пригласил, а у меня выходной был, я и подумала: почему нет? Посидели в «Метрополе», поболтали о том о сем. И я в него втюрилась, как последняя дура! Никогда не думала, что на такое способна: можно сказать, с первого взгляда… Конечно, уже не стала отнекиваться, когда он ко мне поехал.