Дом у воды - Виктория Волкова

— Заладил ты про свою тещу, — отмахнулся раздраженно Арсений.

— Она у нас боевая. На нее напали в подъезде, так она пакетом с солью отмахалась. Мужика этого полиция поймать не могла. А тещеньке удалось.

— Как солью? — не понял Гаранин.

— Теща у меня — кремень! Вот когда узнала, что маньяк этот на районе промышляет, положила в бумажный пакет пачку соли. Так и ходила несколько дней. А когда он ей в подъезде встретился, то сразу по голове дала. Соль рассыпалась…

— Она убежала, — догадался Арсений.

— А вот и нет, — радостно хмыкнул Гена. — Помогла задержать! Ее потом наградили…

— Тогда что ж ты Свете пистолетик приволок, мы бы сами пачку соли в сельпо купили, — хохотнул Гаранин и серьезно осведомился: — Кто ее заказал? Имя, фамилия?

Лурдин счел за благо смолчать. Завозился, что-то высматривая в кружке.

— Гена… — предупредил Арсений. — Мне спешить некуда и по морозу бродить я привычный. Домой не вернемся, пока не скажешь. — Он заглянул в глаза собеседнику и добавил участливо: — Понятно?

— Ты меня не пугай, — хрипло бросил Кульбит, ощерившись. — Ну назову я тебе фамилию, что ты сделаешь?

— А ты назови, — хмыкнул Арсений, — а там посмотрим.

— И смотреть нечего, — отмахнулся Лурдин. — Дунаев Станислав Иванович. Это…

— Я знаю, кто это, — рыкнул Гаранин и прищурившись уточнил: — Только я не понял, какой ему смысл убивать Светку?

— Да я и сам толком не знаю, — почесал репу Кульбит. — Для Дунаева люди пешки. Вроде кому-то насолить.

— Это на него похоже, — соглашаясь кивнул Арсений.

А Гена понял, что дальше вопросов не последует и можно расслабиться.

— Проблему с Дунаевым решат, — проскрежетал Гаранин. — Но если узнаю, что ты мне тут наплел с три короба, пеняй на себя, Гена!

— Сам подумай, зачем мне врать? — изумился Лурдин. — Мне главное — племянницу из щупальцев Дунаева вырвать. И если ты тут зря бахвалился, Сеня, то я тебя из-под земли найду, понял?

Домой охотники вернулись под вечер, настреляв штук пять глухарей.

— Куда нам столько? — изумилась Света.

— Заморозим, маленькая, — пробормотал Гаранин и полез обниматься, словно с войны вернулся.

Она перевела взгляд на Генку, торопливо снимавшего ботинки. Лурдин как-то странно покосился в ее сторону и быстро прошел к печке и чуть ли не распластался на ней.

— Замерз? — улыбнулась Света и озабоченно всмотрелась в лицо теткиного мужа. — Линка с меня спросит, если заболеешь. Вы что-то долго… — пробормотала она, обращаясь к Гаранину.

— Так пока нашли поляну около Дальних озер, — соврал Арсений. — А там уже по две лунки. Улетели птицы. Кто-то, видать, спугнул. Хорошо, я вспомнил, что недалеко от Белухи-реки полянка имеется. Они каждый год токовать прилетают. Надо ж гостю охоту показать. Вот туда и повел твоего зятя. А там их… Не поверишь! Вот мы с Генкой и настреляли. Обратно шли медленно. Трофеи домой волокли…

— Ты бы видела, как они вокруг самок танцуют, — подал от печи голос Кульбит. — Феерия! Очень красиво. Стоял бы и любовался.

— А ты и стоял, — хохотнул Гаранин. — Только после моего выстрела в себя пришел.

— Ага, — кивнул Лурдин, а сам подумал, что до сих пор весь на нервах. С того самого момента, как, напившись чаю и пройдя еще минут сорок по утоптанной узкой тропинке, они поднялись еще на один холм. Там Гаранин остановился и, вытащив из-за пазухи айфон, покрутился по сторонам, пытаясь поймать сигнал. Наконец ему это удалось, и он, не смущаясь говорить при свидетелях, с ходу набрал знакомый номер.

— Привет, — пробурчал в трубку, а когда ему что-то ответили, перебил: — Твое решение помириться еще в силе? Не передумал?

Из навороченного айфона послышался возмущенный бас.

— Вот и здорово, — заметил Арсений. — Мне нужна твоя помощь. Пришло время слить Таракана. Желательно со всеми потрохами. Так, чтобы у него земля под ногами горела, чтобы ни о чем другом не думал.

Собеседник принялся увещевать и спрашивать подробности. Но Гаранин пресек дальнейшие разговоры.

— Это нужно мне лично, — предупредил он строго. — Если не хочешь, так и скажи, я больше не побеспокою.

Собеседник тяжело вздохнул и, бросив короткое «ладно, шантажист домашний», отключился.

— Помогут? — напряженно поинтересовался Гена. — Я-то думал, что с ним договорятся как-то…

— С такой мразью, как Таракан, нечего обсуждать, — негодующе рыкнул Арсений. — Лишняя трата денег и сил. Тараканов обычно давят, а не договариваются с ними. Следи теперь за новостями, дорогой Друг-

— Так исполнители уже здесь. Понимаешь? Их бы отозвать как-то…

— Давай рассуждать логически, — задумчиво хмыкнул Гаранин. — У них нет точной информации, где находится Света. Поэтому они начнут опрашивать сначала служащих вокзала, потом кого-то из местных Трудно найти девушку в Зарецке, тем более если там ее нет, — хохотнул он и тут же осекся. — А могут и точно знать… Вот тогда нам крышка.

Арсений снова полез за телефоном и набрал Вадьку Пряшникова.

— Как вернулись? Как дела? Все ли в порядке? — засыпал вопросами.

Пряшников, быстро сообразив, что от него хотят, принялся возмущенно рассказывать:

— Представляешь, Джин, нас тут на допрос вызывали. Всю группу. Оказывается, с нами в поезде какие-то люди ехали. Парень и девчонка. Моя жена их запомнила. Он в сером костюме «Соломон», а девушка в розовом комбезе, как у Ленки. Поэтому и в глаза кинулось. Так парень погиб где-то в твоих местах, а девчонка пропала. Всю группу вызывали! Всех десять человек, понимаешь!

— Работает полиция, что делать, — хмыкнул Арсений и, поболтав еще минуты три с давним приятелем, отключился.

Он повернулся к Лурдину и, хитро улыбаясь, заметил:

— Точное местонахождение неизвестно, что и требовалось доказать!

— Почему ты так решил? — не понял Кульбит. — Кого-то вызывали в полицию, ну и что?

— А то, — заметил Гаранин. — В группе Пряшникова всего десять человек, и все десять сходили на допрос. Пасьянс сошелся.

— А поподробней, для тех, кто в танке, — душевно попросил Гена.

— Одна из девушек заболела. И Лена Пряшникова взяла с собой подружку. Все решилось в последний момент, и если все десять человек подтвердили, что видели пропавшую девушку только в поезде, то искать ее у меня в Гречишкино никто не станет. Понял наконец?

— Понял, — хмуро буркнул Лурдин. — А где гарантии, что те восемь туристов не проболтаются?

— Им же еще с Вадькой в походы ходить, коллектив слаженный. Два раза в год куда-то таскаются. А если поссориться с Пряшниковым, то можно в момент вылететь из команды. Да и в другую не возьмут. Законы туристов, — хмыкнул он. — Каждый хочет быть уверен, что товарищ рядом не подведет. От этого порою жизнь зависит.