Дом у воды - Виктория Волкова

— Кому же из моей родни пришла в голову чудесная мысль передать мне пистолет? — пробормотала Света себе под нос, наблюдая, как, увозя гостя в Каргополь, вездеход Михеича становится все меньше и меньше.

«Уж точно не маме и не Арману, — хмыкнула она про себя, пытаясь представить свою холеную мать с оружием в руках. — Графушка наш передал бы шпагу, — мысленно пошутила Света. — А вот дорогой крестный или био-папа, те точно за огнестрельное оружие, — мысленно вздохнула она. — Я дам вам парабеллум! — вспомнила Света расхожую цитату аиз «Двенадцати стульев». — А как бы поступил в такой ситуации Люсьен?» — задумалась Светлана, точно зная, что ее муж, хоть и умел стрелять, избегаллюбого оружия, предпочитая возникающие проблемы решать за столом переговоров или обращаться в полицию. Она будто наяву увидела лицо мужа и услышала его голос. Тихий, ласковый.

«Береги себя, Лана!»

Света всхлипнула и уже почти отвернулась от окна, как попала в кольцо крепких рук Гаранина. Он потянулся к ней с поцелуем, а потом, облапив везде, куда только доставала рука, пробормотал чуть слышно:

— Откуда ты знаешь Дунаева?

— Кого? — изумилась она, прижимаясь к Арсению и водя ладонями по его спине, спуская руку ниже на крепкую задницу.

— Дунаев Станислав Иванович, — не шевелясь повторил Гаранин, — знаешь такого?

— Нет, — мотнула головой Света. — Мой папа учился вместе с Олегом Дунаевым. Они дружили, кажется.

— Понятия не имею, кто это, — пробурчал Арсений и, натянуто улыбнувшись, поинтересовался:

— А кто у нас папа?

— Кто у тебя, не знаю, — фыркнула Света. — Ау меня…

Она осеклась, глядя, как напряженно замер Гаранин.

— К нам гости, — недовольно пробормотал он. — Где Олеська?

— Спит в зимовке, — прошептала она, резко поворачиваясь обратно к окну. И наблюдая, как к дому по утоптанной снежной тропинке спешит Надежда, Света оглянулась на Гаранина. — Чешет, как деловая. Надеюсь, не за Олеськой. Мы же ее не отдадим, правда?

Ни в коем случае, — рыкнул Гаранин и, направляясь к двери, бросил небрежно:

Поставь хоть чайник!

За стол с Олеськиной теткой Света не села, предоставив Арсению самому вести переговоры. Она демонстративно удалилась в зал и, зажав в пяльцах кусок полотна, принялась продергивать продольные нити, чтобы потом сплести мережки. Краем уха Света слышала незадавшийся разговор хозяина дома и нежеланной гостьи. Надька пила чай, громко прихлебывая, хвалила заварку и оладьи, испеченные Светой перед Генкиным отьездом. А потом вдруг замолчала, будто прикидывала, рассказывать что-то хозяевам, или прикусить язык. Даже из другой комнаты Света почувствовала, как нарастает напряжение.

— С чем пожаловала, Надя? — не выдержал Гаранин. — Какие-то проблемы?

— Я это… — смутилась Надежда. — Тут подумала…

— Не тяни, — строго предупредил Арсений.

— Я, Сенечка, в город собралась. Насовсем. Позвонила Люське, она меня на работу пристроит. Только, говорит, без девчонки. Кто же за ней присмотрит? Мы-то на работе.

— Да ты и здесь себя не утруждала, — недовольно хмыкнул Гаранин. — Еле выходили.

— Спасибо вам, — Надежда, вскочив, поклонилась в пояс и заюлила: — Мне бы попрощаться с Олесей.

— Прощайся, — милостиво разрешил Арсений и лично повел Надьку в зимовку. Света слышала, как сначала хлопнула дверь, а потом через минуты три кто-то завозился в сенях.