Эта девочка Моя - Вероника Царева

Скрепя зубами от разочарования, я пытаюсь придумать, как сгладить эту ситуацию.

Я не могу изменить то, что сделал в прошлом, я трахал много девушек, но меньше всего мне хочется расстраивать этим Диану.

Мне было больно, и постоянное использование разных девок, чтобы пережить боль, было самым простым, что я мог сделать.

Когда профессор, наконец, отпускает нас, все, чего я хочу, это утащить Диану куда-нибудь, где мы можем побыть одни и спокойно поговорить. Я чувствую нервозность, мое колено подпрыгивает вверх-вниз, прежде чем я вскакиваю со своего места.

Я терпеливо жду, пока Диана собирает свои вещи. И когда я уже собираюсь заговорить с ней и попросить пойти со мной, между нами, положив руки на бедра встает Маша.

Произнося беззвучную молитву, я надеюсь, что она будет держать свой болтливый рот на замке… но, конечно же, как только я это подумал, ее рот открылся.

— Я вижу, ты нашел себе новую подружку на эту неделю.

Ее тон говорит мне, что она ревнует, и если бы она была парнем, я бы ударил ее за то что она лезет не в свое дело, но это не так, поэтому я просто стою и наблюдаю за крушением поезда в замедленной съемке. Когда она переключает свое внимание на Диану, я почти теряю самообладание. Мои кулаки сжимаются так сильно, что мне кажется, мои сухожилия разорвутся.

— Маша… — предупреждающе рычу я, но она игнорирует меня, ее глаза устремлены на Диану.

О чем, блядь, я думал, позволяя этой суке прикасаться ко мне?

— Не привязывайся слишком сильно, он вернется ко мне, когда ему понадобится хороший отсос, а ты не похожа на девушку, которая знает, что ему нравится.

Прежде чем я успеваю осознать услышанное, Диана отталкивает Машу проскальзывает мимо меня.

Я тянусь к ней, пытаюсь схватить ее за руку, чтобы остановить, но, как всегда, она ускользает от меня.

— Ты гребаная сука, — со злобой выплевываю в сторону Маши. — Если ты хочешь, чтобы у тебя было все хорошо, ты больше не будешь с ней разговаривать. В отличие от тебя, она навсегда останется в моей жизни.

Я не трачу больше слов на Марию, вместо этого бегу за Дианой.

Когда я выбегаю за дверь, мое сердце громко стучит в груди. Мысли о том, что я могу потерять Ди из-за кого-то вроде Маши, поселяется в моем сознании. Я не могу потерять ее, тем более, когда все только начало налаживаться.

Я вижу ее впереди, ее ноги в высоких сапогах сердито стучат по тротуару.

— Диан, — зову я ее, бегу чуть быстрее, чтобы догнать.

Я вижу, как она качает головой, но мне все равно, что она не хочет меня видеть или говорить со мной.

Я принадлежу ей… а она принадлежит мне, нам не обязательно признаваться в этом друг другу, но мы оба знаем, что это правда.

Оказавшись достаточно близко, я протягиваю руку и хватаюсь за ее плечо, разворачивая и притягивая ее к своей груди, так чтобы она не могла от меня убежать. Моя грудь вздымается, мои легкие горят от погони за ней и от того, что я в ярости из-за высказываний Маши.

— Просто вернись к ней… позволь ей отсос…

Она прерывается, а я улыбаюсь, почти хихикая, потому что она даже не может этого договорить.

— Она ничего для меня не значит, — Диана сопротивляется в моей хватке. — Я не отпущу тебя, потому что ты можешь уйти от меня, просто понадумав лишнего.

— Я так не могу, Кирилл. Ты был со многими девушками, и большинство из них здесь, в этом университете. А я даже никогда не целовала никого, кроме тебя.

Она испугана. Печаль в ее голосе причиняет мне боль.

Почему я так долго думал только о своем члене?

— Послушай, я не знал, что ты вернешься ко мне. Если бы я знал, я бы тоже до сих пор оставался девственником, и ты была бы моей первой. Я знаю, что не могу изменить то, что сделал, но я не хочу потерять тебя. Я не хочу никого, кроме тебя, ты — все, что мне нужно. Твоя неопытность ни черта для меня не значит. На самом деле, это заставляет меня хотеть тебя еще больше.

Ее руки крепко вцепились в мою футболку, притягивая меня ближе, вместо того чтобы оттолкнуть.

— Вряд ли ты это серьезно… — бормочет она.

Я не позволю ей думать, что она хуже большинства девушек здесь, когда на самом деле все наоборот. Она намного лучше.

Подняв ее голову, я заставляю посмотреть на себя.

— Я хочу лишь тебя, Ди. Только тебя. Мне не нужна ни Маша, ни кто-либо еще во всем этом мире. Я. Хочу. Тебя.

В ее глазах стоят слезы, и она кивает головой, словно соглашаясь с моими словами, но я не дурак. Ей будет не так просто забыть об этом. У меня есть определенная, сложившаяся репутация, и наверняка будут еще проблемы, подобные той, что произошла сегодня с Машей.

— Мне нужно идти, — шепчет она, пытаясь отстраниться.

— Пойдем ко мне домой, — умоляю я глазами.

— Нет. Мы не можем быть просто друзьями, а я не могу быть в отношениях с тобой, так что пока мы не выясним, кто мы, нам, вероятно, следует держать дистанцию.

Ее ответ — это не то, что я хотел бы услышать, но я понимаю. Отпустив ее, даже несмотря на то, что это причиняет мне боль, я делаю шаг назад.

— Как знаешь, Диан. Я сделаю все, как ты захочешь, но ты не можешь меня бросить. Я не переживу, если потеряю тебя снова.

Опустив руки вниз, она смотрит на меня в последний раз.

— Увидимся позже, Кирилл.

А затем она поворачивается и уходит, оставляя меня стоять там с болью в душе, задаваясь вопросом, как я собираюсь убедить единственного человека, которого я когда-либо действительно любил, снова доверять мне.