Немного о потерянном времени - Дора Шабанн

Степа усаживается на стул рядом с Марго и укладывает ей на колени ноут.

— Давай, я подержу пока кофе, а ты закончишь с документами. Ланс здесь, так что все в порядке.

И это он с ней разговаривает, бл*.

Я тут где? Я здесь кто? Это вообще бл* что?

Моя Королева отставляет стакан на столик, наклоняется ко мне. Целует. Демонстративно.

Думаете, буду скромничать?

Нет.

Никогда не был замечен. Не стоит и начинать.

М-м-м, какая она. Сладкая, горячая.

Скучала.

А как пахнет.

Так, основные системы функционируют нормально. Даже слишком.

Нет, мне опять не стыдно. Моя жена, как хочу, так и реагирую.

— Как ты, любимый?

О, как. Что-то у них случилось. Милая в ярости.

Хороша. Сам себе завидую.

Замечаю, как Степан Тимофеевич кривится.

Ну, так не пялься бл*, раз бесит!

— Охрененно. Ты вернулась, меня выписывают. Билеты куплены. Парни нас ждут.

«И-и-и!» — тоненько пищит жена и снова обнимает меня так, как будто мы неделю не виделись.

В этот момент распахивается дверь и дежурный врач с лицом, воплощающим всю мировую скорбь, вносит выписку.

Переглядываемся с Марго. Сияем оба. В ее глазах вижу отражение своего восторга.

Мы рады. Мы вместе. Мы есть.

— Здоровья Вам, Владимир Львович. Впредь избегайте повторения подобных накладок. Мое почтение, Маргарита Анатольевна!

Вали уже, эскулап недоделанный.

Марго сияет.

Как давно я не видел этой широкой счастливой улыбки:

— Спасибо Вам! Мы же можем уехать сейчас, правда?

Ага, попробовал бы он ей отказать.

Почти месяц в этих стенах, пора и честь знать.

Сваливаем быстро и технично. К Марго в гостиницу.

Там я узнаю, что Степан ночевал с ней.

Мой восторг неописуем.

Нет, жена Цезаря вне подозрений, а вот к сослуживцу есть вопросы.

Глава 44

Лада

В себя приходила рывками: сначала появились запахи, потом резко навалились звуки, и вот смогла вдруг открыть глаза.

Страшно было, что уж. Паника накатила и уходить отказывалась. Боже, Всеволод все же до меня добрался! Как бы я ни береглась, как бы не старалась, все равно попалась. Лизочка, как там моя дочь? От ужаса я заледенела и распахнула глаза.

Осмотрела недоверчиво белый полоток, мятные роллеты на окне, огромный фикус в бочке — особенную гордость Лейлы Джанибековны.

Не может быть! Чудо. Не со мной.

— Ох, Лада, наконец-то! Как самочувствие? — голос директора Центра пролился ангельским пением.

— Как я? Здесь?

— Да уж, устроили вы нам «подъем по тревоге», — замечет всегда уравновешенная и такая спокойная Лейла Джанибековна.

— Как вы себя чувствуете, Лада Юрьевна? Готовы подать заявление о попытке похищения? — это кто еще такой?

Наш оплот в море житейских штормов хмурится и очень неприязненно замечает:

— Ваши эксперименты и розыгрыши втемную могли закончиться бедой.

Рослый мужик в форме и с двумя здоровенными звездами на погоне улыбается ей и отвечает:

— Милая, не хотел тебя тревожить. Этот козел все равно бы вылез. А так ты еще и волонтеров дополнительно проверила. С Ладой Юрьевной все в порядке, злоумышленник взят с поличным. Ты — прелесть. Все же хорошо?

— Хорошо? — никогда не видела директрису в таком негодовании. — Да ты офигел, милый! Ваши следственные эксперименты могли привести к трагедии.

А меня накрывает:

— Лиза! Где она?

Спорящие супруги тут же выдыхают хором.

— Все в порядке. Ваша дочь в безопасности, — заверяет подполковник полиции, если я правильно читаю знаки различия.

— Лада, не волнуйтесь, мы быстро нашли Лизочку, с ней все хорошо. Нет поводов для беспокойства, — Лейла Джанибековна говорит и выглядит относительно спокойно. И это внушает доверия больше, чем все остальные заверения.

— Я не совсем понимаю…

— Да, уж, вышло так криво.

— Леюшка, получилось отлично: Лада Юрьевна в порядке, муж ее арестован при попытке похищения. Все довольны.

— Довольны? Ты в себе, дорогой? — спокойная и уравновешенная директриса превратилась в Медузу Горгону в момент. Никогда ее такой не видела.

— Вы с вашими подставами и многоходовками охренели вконец! А если бы Лиза или Лада пострадали? Тебе плевать на всех, когда ты прешь вперед к победе и очередному званию!

— Тише-тише! Выдохни, милая. Всё в порядке. Все на месте, никто не пострадал.

— Случайно! Почему было не сказать мне, что готовится похищение?

— А то ты не понимаешь, Лей? А вдруг бы отменилось? Девица бы оказалась более сознательная? Или этот дебил бы пересрал? А так все сложилось. И ты не нервничала, и результат отличный.

Семейная ссора вроде бы должна быть ужасной, но Лейла Джанибековна выясняла отношения с супругом очень мило. Будто бы показывая истеричной и паникующей мне: с мужчиной можно спорить, можно высказывать претензии и недовольство, отстаивать свое мнение. И остаться после этого целой. Мужчину, правда, для этого мероприятия выбирать надо заранее внимательно и вдумчиво. Но это мысль мне «на осознать»…

— Погодите, я не поняла: меня чуть не уволок Всеволод? А как так вышло? И где моя дочь? И что теперь будет?

Спорящие о справедливости супруги притихли, а потом Лейла Джанибековна, как ответственная и сочувствующая, начала объяснять:

— Как только Всеволод принялся запихивать тебя в машину, появился наряд полиции. Твой муж задержан за попытку похищения, так же как и одна из наших волонтеров — за содействие.

— Капец, — а что можно еще сказать?

Подполковник решает меня утешить, видимо:

— Сейчас он пятнадцать суток точно отсидит, а дальше вроде же суд у вас уже. Не понял еще, как так получилось, что он после вашего заявления так спокойно жил, но разберусь.

Хмыкнула. Если есть деньги, то у нас возможно многое, к сожалению. Да, никто не признается, но факты говорят сами за себя.

— Я не совсем поняла, что мне нужно делать в связи с произошедшим, но хотела бы уже пойти к дочери.

— О, от вас только заявление о попытке похищения. Завтра пришлю следователя сюда, оформит, как положено, не волнуйтесь.

Внезапно. Такого развеселья в моей жизни еще не было.

— Хорошо, я готова подать все необходимые заявления. Лейла Джанибековна, а сейчас в Центре безопасно?

Директриса передернула плечами, будто внезапно замерзла. А потом повернулась к родному погононосному супругу:

— Ты понимаешь, что вы со своими ребятами мне устроили? У нас здесь девочки прилично хлебнувшие дерьма, окунувшиеся аж выше макушки, а тут ты со своими опытами! Ты хоть понимаешь? Как им после произошедшего доверять нашему Центру? Столько лет работы дэву под хвост! И кому спасибо?

— Шахерезада моя, не волнуйся! Сейчас мы все уладим!

Да, они милые, но у меня дочь неизвестно где и вообще фиг знает, что в будущем.

Смотрю на мужа Лейлы Джанибековны с вопросом в глазах.

Сразу видно — мужик не просто женат, а с обременением, все понял правильно, отвечает обстоятельно:

— Лада Юрьевна, вашему здоровью и жизни ничего не угрожает. Так же как и жизни вашей дочери. Девушка-волонтер, что организовала ваше участие в мероприятии, задержана, показания сняты. Она просто повелась на сказочные увещевания вашего супруга.

— Мне не очень интересны истории, связанные со Всеволодом, но если есть возможность — запишите их, пожалуйста. Я бы хотела просто спокойно жить и работать. Без присутствия на горизонте Всеволода.

Муж Лейлы Джанибековны пожимает плечами:

— Наше дело простое — зафиксировать нарушение закона.

Ох, ты ж, сейчас выяснится, что домашнее насилие — поперек одобряемой общественностью схемы. Да не пошли бы они на хрен?

— Я уже подала на развод и никаким образом примиряться с мужем не собираюсь, — уверенно заявляю я.

Пусть они как хотят с этим, так и живут.

— Что у вас, баб, в башке творится? — устало вопрошает муж Лейлы Джанибековны.

— Ну, как что? Тараканы воспитания бегают, адские кущи комплексов колосятся, ну и сверху завистью и абсурдом немножечко припорошено.

Вот аж гордость испытываю за нашу директрису в душе. Бывают же такие женщины и не только в русских селениях?

Подполковник пожимает могучими плечами:

— Хреново. Окружающим.

Прекрасная Лейла улыбается во все тридцать два:

— Это же наши проблемы, ты же понимаешь?

Про себя усмехаюсь.

Спасибо этим людям, они меня спасли от Севы. И еще раз спасибо за то, что сберегли Лизу. Все, пришла моя пора разбирать: чего за жизнь я насеяла и куда теперь бежать со всем обильным урожаем.

Обнимая дочь, которую, оказывается, развлекали ребята, проживающие в Центре, думаю, как все же в стрессовой ситуации обостряется восприятие и вдруг становится очень хорошей память. До сих пор же перед глазами мой дебютный год преподавания в школе. Я ведь очень-очень хорошо всех помню. И коллег,