Секрет времени и крови - Джессика Террьен

– Сделай что сможешь.

Все вышли из спальни, оставив нас Сэмом наедине.

– Жаль, что не могу сделать больше, – сказала я, залечив последний порез на лице.

Остались кровоподтёки, и Сэм по-прежнему выглядел жутко, но я не знала, как исцелять такие раны. Я мысленно дала себе пинка за то, что не расспросила Йосифа, когда была такая возможность. Непременно надо это выяснить.

– Ты шутишь? Мне уже гораздо лучше, – ответил он, закрывая глаза.

Но моя совесть была неспокойна. Всё, что случилось с Сэмом, произошло из-за меня.

– Это я виновата, Сэм.

Он вновь открыл глаза и посмотрел на меня.

– Кара следила за мной. Если бы я не пришла…

– Нет. Не бери на себя их вину. Они сделали со мной всё это, а не ты.

Было приятно слышать, что Сэм не считает меня главной злодейкой, и, хотя я в какой-то мере считала себя ответственной, по крайне мере, не нужно было мучиться сомнениями, раздумывая, кто возненавидит меня за это.

– Думаю, ты почувствуешь себя ещё лучше, если смоешь всю эту засохшую кровь с лица, – сказала я. – Хочешь, я наберу тёплой воды в раковину?

– Сначала дамы, – ответил Сэм. – Тебе ведь тоже досталось.

Он снова закрыл глаза. Должно быть, его сильно клонило в сон. А может, он просто пытался убежать от того, что произошло.

– Я отдохну минутку, ладно?

Я с трудом представляла, через что ему пришлось пройти и как он устал.

– Конечно.

Поднявшись с кровати, я отправилась в ванную. На сердце у меня стало легче. Казалось, теперь, получив прощение Сэма, я снова могу вдохнуть полной грудью.

– Спасибо, что не винишь меня, – сказала я, оглянувшись на него.

– Всегда пожалуйста, – ответил он, не открывая глаз.

Я ополоснула лицо, и тёплая вода стала розовой. Она успокаивающе действовала на мои горящие щёки, но я боялась посмотреть в зеркало и узнать, как они выглядят. В конце концов, тщательно умывшись, я всё же обернулась к зеркалу. Под левым глазом образовался лиловый синяк, а правая сторона лица сильно распухла.

Раньше меня никогда не били, но теперь я почувствовала себя сильнее и выносливее. Я выдержала, и в следующий раз буду готова к тому, что меня ждёт. Теперь, если мне причинят боль, сработают инстинкты, и я, может быть, сумею дать отпор.

Я приблизила лицо к зеркалу, рассматривая свои боевые раны. Я до сих пор не могла поверить, что Райдер ударил меня. А ещё я всё сильнее тревожилась, думая об Анне. Райдер знает про неё… При этой мысли у меня скручивало живот. С другой стороны, если он знал, но не схватил меня и не наказал, как Сэма, стало быть, моя «отметка» означала, что мы в безопасности.

– Как ты думаешь, что он имел в виду, когда сказал, что меня пометили? – спросила я Уильяма, когда он подошёл к двери ванной.

– Не знаю, – сказал он, взяв губку для посуды и промокнув синяки на моём лице, которые я пропустила. – Но это, возможно, спасло тебе жизнь.

Его прикосновения были приятными, и я молчала, пока Уильям изучал моё лицо.

– Всё зависит от того, что именно ты сделала, – сказал он, и в его глазах мелькнуло любопытство. – Не хочешь мне рассказать?

Я подумала об Анне. Всю жизнь я была её секретом. Теперь она стала моим.

– Нет, – ответила я и покачала головой.

Остаток дня мы провели перед моим новым телевизором. Мы смотрели фильмы, пытаясь отрешиться от всего, что произошло. Кажется, это было единственным верным решением.

Мы с Сэмом оккупировали диван, а остальные устроились на полу. Было приятно проводить время с друзьями, но я не могла отделаться от мыслей об Анне.

В конце концов я ушла в спальню и тайком позвонила ей.

– Просто будь осторожна, ладно?

– Раньше у меня не было никаких проблем, Элиз, – ответила она. – Ничего со мной не случится.

– Анна. Обещай мне, – настаивала я.

Она вздохнула.

– Обещаю.

Когда все собрались уходить, Уильям твёрдо вознамерился остаться. Я не возражала. Он и так спал в гостиной каждую ночь с тех пор, как ко мне вломилась Кара.

– Уильям, как вышло, что я поселилась в квартире над «Серно»? – спросила я, когда мы остались одни.

– В смысле? О чём ты?

– Сколько в мире городов? Сколько разных мест?.. – задумчиво сказала я, прижимаясь к нему. – И всё же…

– Я думаю, это устроила Бетси, – признался он. – Она была в курсе.

Я изумлённо посмотрела на него.

– Как?

– Мы знали Бетси с того дня, когда произошла авария. Это мы с папой отвезли тебя к ней домой.

Воспоминания нахлынули на меня, и застаревшая, глубоко похороненная боль вдруг вернулась. Перед глазами вновь возникла покорёженная машина, хотя я тысячу раз пыталась стереть из памяти этот образ. Мне вспомнились первые дни с Бетси и чёрная тоска, поглотившая меня без остатка. Но теперь появилось что-то ещё…

– Ты был тем мальчиком, – сказала я, начиная понимать.

Я не спрашивала, я утверждала. Я уже знала, что это он. Уильям молча смотрел на меня печальными глазами мальчика из моего детства.

Он кивнул.

– Мы ехали навестить вас – первый раз с тех пор, как Ричард и Сара начали скрываться. Папа сказал, что снежная буря – хорошее прикрытие. Мы увидели аварию и остановились, ещё не зная, что это ваша машина. Твоим родителям мы уже ничем не могли помочь, но ты была ещё жива.

Я не вытирала слёзы, и они катились по щекам, но на сей раз я чувствовала не только всепоглощающее горе. К нему примешивалось что-то ещё. Уильям всё время был где-то рядом – эта мысль ободряла и утешала меня.

– Я понятия не имела, – сказала я.

– Всю дорогу мы вместе ехали на заднем сиденье. Ты была без сознания, но тогда я впервые почувствовал, как моя кожа становится горячей, соприкасаясь с твоей.

Я снова ощутила тепло наших переплетённых пальцев и улыбнулась. Я уже начала к этому привыкать.

– После этого мы часто навещали вас. Папа говорил: «Пора проведать твою невесту».

– Я ни разу вас не видела, – сказала я, смутившись от его последней фразы.

– Ты и не должна была.

Я не могла поверить, что все эти годы Бетси скрывала такую важную вещь, но ведь она делала это для моего же блага, пыталась защитить меня. Что она подумала бы сейчас, узнав, что я оказалась в самом центре событий?..

При мысли о Бетси я почувствовала, как тяжелеют веки. В конце концов, она всегда приходила навестить меня в моих снах.

– Спасибо, – сказала я, устало закрывая глаза.

– За что? – спросил Уильям.

– Ты