Секрет времени и крови - Джессика Террьен

Мы вышли из лифта. На глаза навернулись слёзы, и я небрежно промокнула их носовым платком, ловя капли, прежде чем они успеют упасть.

Я пыталась убедить себя, что у меня есть время и я успею придумать выход.

– Они могут ошибаться на мой счёт, Уильям, – сказала я, когда мы оказались в тишине моей квартиры.

По правде говоря, совершенно не важно, правы они были или нет. Меня волновала только Анна. Может быть, пророчество исполнится, если я вылечу её, – а может, не исполнится. Это не имело значения.

– Не могут, – сказал он.

Но я видела сомнение в его взгляде. Он был неуверенным, нерешительным, встревоженным. За ним скрывались мысли, которые я не могла прочесть, но Уильям лихорадочно размышлял, почти не слушая меня.

– О чём ты думаешь? – спросила я.

Мы посмотрели друг на друга. И каждый из нас искал свой собственный ответ.

– Даже если они не знают о пророчестве, то уже в курсе, что ты будущая мать оракула. Неизвестно, что задумал Кристоф.

– Если они придут за мной, я буду сопротивляться. Я должна их уничтожить? Что ж, может, с этого всё и начнётся. Я сделаю то, что должна, – сказала я, взглядом умоляя его понять глубинный смысл моих слов.

– И что же именно, Элиз? Ты хоть знаешь, что нужно делать? Лично я понятия не имею.

Я не ответила. Я не могла ему сказать. Сейчас я даже не была уверена, что готова признаться самой себе. А Уильям никогда бы не позволил мне осуществить задуманное.

– Послушай, ещё ничего не произошло.

– Пока, – заметил он.

Уильям расхаживал взад-вперёд перед диваном, каждые несколько минут проводя пальцами по волосам на затылке.

– Ты права. Ничего не произошло. И не произойдёт. Я этого не допущу. Меня не волнует какое-то нелепое пророчество. Я сделаю то, что должен. Буду держать их подальше от тебя.

– И что же ты сделаешь, если они придут? Заставишь их всех в тебя влюбиться?

– Смешно. – Он приподнял брови. – Не стоит недооценивать силу страсти. Если я завладею ситуацией, то смогу заставить любого делать то, что я захочу. Отдайте мне пистолеты. Прикройте меня от пули. Киньтесь в пропасть, чтобы спасти мою воображаемую собаку.

Он стиснул зубы.

Я никогда по-настоящему не рассматривала дар Уильяма как оружие, но теперь вдруг испугалась за него. Я отчаянно терзала заусенец на большом пальце, сдирая с него кожу.

Будет ли Уильям драться, если меня не станет? Я не хотела, чтобы до этого дошло.

– Ничего такого не понадобится. У нас есть время, – тихо сказала я, искренне на это надеясь.

– Элиз… – сказал он, опустившись передо мной на колени и взяв меня за обе руки. – Ты можешь умереть. Каждую минуту ты рискуешь. В любой день я могу тебя потерять. – Он заправил за ухо выбившуюся прядь волос. – Ты не будешь в безопасности, пока выступаешь против них.

Было тяжело видеть его лицо – такое потрясающе красивое и искажённое болью. Я не хотела умирать. Не хотела терять его. Но, похоже, что бы я ни решила, всё равно будут последствия.

– Ладно. И что, по-твоему, я должна делать? Я не могу изменить того, что они сказали. И я ни о чём из этого не просила.

– Понимаю. Но как мне защитить тебя, если я не знаю, что и когда произойдёт?

– Не думай об этом, Уильям. Мы живём здесь и сейчас, и больше у нас ничего нет. И если ты откажешься от того, что даёт нам сегодняшний день, то, возможно, потом очень пожалеешь.

Я старалась прислушиваться к своим словам и следовать собственным советам, но не могла не думать о будущем.

– Как ты можешь так спокойно ко всему этому относиться? – спросил он, наконец садясь рядом со мной на диван.

На самом деле я не была спокойна. Я разваливалась на куски. И единственным, что не давало мне рассыпаться, был он – Уильям.

Увы, мои страхи не могли повернуть время вспять. Если я буду зацикливаться на будущем, это не улучшит ситуацию, а вдобавок Уильям поймёт, какая я на самом деле хрупкая и беспомощная.

– Если мы будем сидеть и переживать, это ничего не изменит, – ответила я.

Он вздохнул.

– Наверное, ты права.

– Обещай, что не позволишь своим страхам всё разрушить. Твой отец сказал, что будущее никогда не бывает определённым. Поэтому, пока пророчество не станет реальностью, давай просто наслаждаться тем временем, которое у нас есть.

Если нет другого способа исцелить Анну, то я хотя бы проведу остаток жизни наилучшим образом.

– Ладно, я попробую. Но ты ведь не ждёшь, что я просто сделаю вид, будто ничего не произошло?

Честно говоря, именно этого я ждала.

– Почему нет?

– Потому что оно произошло.

Его настойчивость льстила мне, но я и правда хотела, чтобы он поменьше тревожился.

– Ладно, – уступила я. – Но давай больше не будем об этом говорить?

– Нет, будем, – возразил Уильям. – Нам нужно подготовиться. Придумать какой-то план…

– План? – Я рассмеялась. – Например, какой? Ты все ночи будешь проводить на страже у моей двери?

– Не исключено.

– Каждую ночь? Да брось. Смотри на вещи реалистично.

Уильям со вздохом вжался в спинку дивана, осознав, что он – армия из одного бойца. Я задавалась вопросом, была ли наша битва проиграна ещё до того, как началась.

После этого разговора Уильям в самом деле каждую ночь оставался у меня. Сперва он отказывался спать в моей постели, утверждая, что приходит не за этим и, если что-нибудь случится, получится нехорошо. На третий день он сдался – ночевать в разных комнатах казалось таким же неестественным, как бороться с желанием дышать. Но даже его присутствие не могло отогнать неприятные мысли, которые закрадывались в мою голову, едва я закрывала глаза.

Приходилось признать: я была напугана. Я боялась будущего, боялась Совета, боялась потерять Анну и Уильяма. А более всего я боялась смерти.

Страх не давал мне уснуть, и я не могла от него отделаться. Эти мысли преследовали меня как ночной кошмар, от которого нельзя очнуться.

Конец… мне конец… я обречена. Сколько бы я ни раздумывала над этим, я всегда приходила к одному и тому же выводу. И выхода не было.

Потребовалось некоторое время, чтобы свыкнуться с этими мыслями. Теперь они лишь изредка всплывали в моём сознании, стискивая горло и не давая дышать. В подобные