Второе правило семьи Райс - Оксана Гринберга

Тут Севург заложил крутой вираж, поворачивая к горам, и Райар негромко выругался – ветер хлестнул по лицу дождевым потоком.

– Мог бы и предупредить! – проворчал он, хотя знал, что дракон его не услышит.

Вскоре показались неприступные стены родного дома. Замок, выстроенный на нависающей над Триронгом скале, носил название Орлиное Гнездо.

Подлетая, Райар в который раз думал о том, как бы сложились их жизни – его и Аньез, – если бы в тот раз он задержался в Изиле. Не сбежал, предупрежденный о том, что по его следам идут ищейки Ийседора, а рискнул бы остаться в столице. Явился бы за ответом в дом Вейров, после чего уговорил Аньез бежать вместе с ним, променяв Центин на Хастор и Триронг.

Мигнуло, узнавая хозяина, защитное заклинание, охранявшее Орлиное Гнездо от угрозы с неба, и уже скоро Севург опустился на серый камень двора. Райар спрыгнул со спины дракона; потянулся, разминая затекшее от долгого сидения тело.

Затем обвел взглядом угрюмые каменные строения.

Они с Аньез могли бы быть здесь счастливы, размышлял он, хотя в Орлином Гнезде было мало что от роскоши королевского дворца. Вместо этого его предки выстроили замок так, чтобы уже на века, заодно готовый отразить любой натиск врагов. И врагов Орлиное Гнездо повидало достаточно.

Но Райару почему-то казалось, что Аньез бы здесь понравилось.

Или же, если бы он держал язык за зубами, Эрвальд Хасторский и Имгор Гервальд никогда бы не прознали о Лунной метке на плече у Аньез, думал он. У него бы появился шанс завоевать сердце девушки, когда она прибыла с командой в Меерс.

– Но такому не бывать! – резко произнес Райар.

Сказал он это себе, но Севург решил, что это было ему. Вздохнув, дракон перестал коситься на овец, забившихся угол загона. Те испуганно блеяли, прижимаясь к каменной стене.

Тут дождь припустил с новой силой. Небо стало даже не темным, а черным, предупреждая о надвигающейся грозе, и Райар отстраненно подумал, что родовой замок все-таки довольно угрюмое место.

Но в детстве, когда он рос, окруженный любовью матери и заботой отца, Орлиное Гнездо вовсе не казалось Райару мрачным.

Все изменилось, когда отец погиб, защищая Триронг от нашествия остарских пиратов, повадившихся грабить прибрежные города. Мама так и не смогла оправиться от удара. Слишком сильно по нему тосковала, и ее сгубила обычная зимняя простуда, переросшая в лихорадку, хотя драконья кровь обычно защищала от всех болезней.

Но не в ее случае.

Осиротев в шестнадцать, Райар стал новым графом Триронга, а еще через четыре года он принял почетную должность главы Ордена Черных Драконов, перешедшую ему от отца.

И вот тогда-то Райар узнал, что родной замок хранит секреты, о которых ему раньше было невдомек. Обнаружил, что скала под Орлиным Гнездом изрезана тайными ходами. Начинались они под хозяйским крылом и вели к хранилищу, надежно скрытому за непреодолимой дверью.

На ней стояли хитроумные магические засовы, а заодно несколько ловушек, избежать которые и открыть дверь мог лишь тот, кто знал кодовое слово.

Райар понятия не имел, как оно звучало, – никто ему так и не поведал ни во время обряда посвящения, ни после, – поэтому загорелся его отыскать.

Но даже внимательно изучив все документы Ордена, существовавшего уже три сотни лет, проникнуть в спрятанную в Орлином Гнезде тайну ему так и не удалось.

Тогда-то Райар стал подозревать, что Орден оберегал некую древнюю мудрость, настолько опасную для мира, что она никогда не должна покинуть эти стены и вырваться на свободу. И теперь задача по защите мудрости легла на его плечи.

К тому же Райар принес клятву, а главный магистр Ордена во время торжественной церемонии связал его магическими обетами.

На этом посвящение в Орден закончилось, а оберегать мудрость оказалось довольно скучно. Да и глупо – никто ее не спешил похищать.

Все, что Райару приходилось делать, – это отправлять из богатой казны Ордена, в который входили знатнейшие семейства Хастора, ежемесячный перевод в Гуртеш. Они платили некой семье, которая ухаживала за могилой неизвестного ему мага.

Вот, собственно говоря, и все, потому что за эти годы не было ни единой попытки проникнуть в хранилище.

Но все изменилось вчера, когда из Триронга пришли тревожные вести.

«Тот, кто войдет в Хранилище, да не покинет его живым никогда. Тот, кто прикоснулся к тайне, да не будет носить в себе это знание»…

Так звучали слова клятвы, которую дал Райар во время посвящения, поэтому сейчас он в спешке вернулся в Триронг.

В замке находился маг-чужестранец, который попытался добрался до хранилища, но ожидаемо не смог открыть дверь. Сейчас он сидел в темнице – обездвиженный, лишенный магии и одурманенный ядовитым газом.

Его участь была незавидна – по законам Ордена ему надлежало умереть. И лишить его жизни придется Райару. Именно таков был обет, который он принес, став главой Ордена.

Заодно Райар получил алый плащ, уважение драконьих семейств Хастора и свою небольшую армию из полусотни всадников, входивших в Орден, которых он тренировал, когда у него выдавалось свободное время. Заодно его всегда усаживали на почетное место во время приемов во дворце, и он оказался вхож в ближний круг советников короля.

Все эти годы Райар пользовался привилегиями главы Ордена Черных дракона, но теперь настал его черед выполнить свой долг.

…На войне ему доводилось убивать, и счет отнятых жизней шел на десятки. Но все происходило в сумасшествии боя, где либо ты, либо тебя, и после битв Райар ни разу не испытывал угрызений совести.

Наоборот, радовался, что не его.

Теперь же ему предстояло хладнокровно лишить человека жизни.

Но другого выхода не существовало – устав Ордена и принесенные им магические клятвы не позволяли Райару освободить пленника и отпустить того на все четыре стороны, даже если бы он захотел это сделать.

Причина крылась не только в том, что этот маг слишком много знал, поэтому ни в коем случае не должен был покинуть Орлиное Гнездо. Главная проблема заключалась в данном Райаром обете.

Семь лет назад его связали клятвой, и если он не исполнит свой долг, оставив в живых того, кто прознал про охраняемую Орденом тайну, то магические узы прикончат его самого.

– Ваша светлость! – к нему подоспел личный слуга, вырвав Райара из размышлений.

На мокром от дождя лице с повисшими рыжими усами играла довольная улыбка – Гернон Рихтер был явно рад возвращению хозяина.

– С прилетом! Мы уже готовим для вас