Дракон по темпераменту - Орхидея Страстная

не думала к нему после такого присмотреться? Может, вам просто

мешают предрассудки?

– Характеры нам мешают, – строго одёрнула Цири. – Если он один

раз повёл себя галантно перед незнакомой девочкой, которая

понравится, это не значит, что он такой и есть. Я-то знаю его истинную

натуру. Не поднимай, пожалуйста, больше эту тему. Меня аж зло берёт, что весь вечер на него потратила. Даже не потанцевала!

Настаивать и провоцировать подругу я не стала. Тут же мы

перевели тему на её соседок, на какого-то умного, но излишне

скромного паренька с курса, которого Цири тоже за жениха не

принимала. А после, когда на улицу уже опустилась тьма, разрезаемая

ярким светом уличных фонарей, мы решили прогуляться по ярмарке.

Что только местные умельцы не предлагали! Небольшие баночки

собственных солений-варений. Кружево и шали. Детские игрушки и

взрослые артефакты. Зелья и сборы трав от всего на свете.

Цири привлекли магическое зверьки на продажу – небольшие

желтоватые мыши, которых местные использовали для зарядки

светильников. Однако Песец крайне ревниво к ним отнёсся, и подруга

подходить ближе не стала. Всё-таки с рычащим воротником трудно

спорить.

А меня больше всего интересовали изделия из самоцветов. От

разнообразия фигурок и украшений пестрило в глазах! Не обращая

внимания на подтрунивание Цири, я словно прилипла к торговым

рядам, неспешно рассматривая товары.

Но у одного прилавка сбилась с шага, да так и замерла. Мой

камень, лабрадор, был редким гостем у мастеров. Чаще всего я видела

янтарь, бирюзу, нефрит, аметист, да изредка блестящий золотом

авантюрин. А тут передо мной висел красивый мужской кулон на

медной цепочке.

Невольно я представила его у Регула на шее и поняла, что ему бы

безумно пошло. К тому же сочетание меди и камня было идеальным.

Идеальным для свадебного украшения, которое мне нельзя дарить.

– Лабра, ты чего? – подскочила ко мне подруга, которая уже

успела уйти дальше вдоль ряда, но вовремя опомнилась. – Что-то

нашла?

Неуверенно я кивнула. Глянув на ассортимент, Цири моментально

определила:

– Кулон присмотрела? Ну так бери, какие проблемы?

– Я не себе, – коротко пояснила я и на всякий случай добавила: –

И дарить нельзя.

– А-а-а! – протянула подруга, мигом поняв всё.

И встала рядом со мной, поглядывая на товар и так и эдак.

Возможно, если бы мы стояли здесь просто вдвоём, так и ушли бы без

покупки, но лавочница наших сомнений не разделяла.

– Отчего же дарить нельзя, красавицы? – коварно спросила она, словно бы просто интересуясь.

– У друга на родине другие традиции – может неправильно

понять, – торопливо отмазалась Цири, но собеседницу не проняло.

– За брачный кулон, что ли, принять?

– Именно, – кивнула подруга.

Однако лавочница тем временем глянула на меня и хитро

уточнила:

– А точно просто друг-то? Может, и до брачных кулонов дойдёт?

Вместо ответа я почему-то покраснела как дурочка. Даже Цири, глянув на меня, не нашла достойного объяснения.

– Возьмите кулон, барышня, – вкрадчиво посоветовала торговка. –

Камень редкий у нас, красивый! Смотрите, как цвет меняет! Ну чисто

загляденье! Срастётся всё у вас с кавалером, так украшение искать не

придётся. А разбежитесь, так другому подарите.

55

Не знаю, пили ли с утра торговцы зелье убеждения и красноречия

или ещё какими хитростями пользовались, но ушла я с покупкой.

После каникул мы вернулись отдохнувшими, и чуть более

спокойными, если не считать Феркада. Он выглядел потрёпанно, но не

жаловался. И в целом старался вести себя дружелюбно.

Цири постоянно хотела сказать мне что-то очень важное. А я всё

чаще мечтала её прибить.

С Регулом мы хоть до стадии влюблённой парочки не дошли, но и

посторонних уже не изображали. Частенько мы проводили вечера

вместе, выбирались куда-то на выходных. Использовали, наконец, контрамарки в театр и на клубничную ферму заглянули. Но, памятуя о

линзах, ночевать я с ним отказывалась, хотя иногда и задерживалась в

чужой комнате.

Изредка случались какие-то мелкие неприятности, но я никак не

могла сообразить, кто же мне пакостит исподтишка. То вещи рвали, то

мои артефакты для работы портили.

Один раз даже кто-то подмешал что-то в зелье для мытья и

волосы после этого встали колом. Спасибо Хель в выходной оказалась

у себя – я помнила, что у неё муж зельевар. Меня довольно быстро

привели в приличный вид: Джейкоб на скорую руку сделал

подходящее зелье, Хель полчаса мылила меня в ванной.

Правда, при этом знакомая не переставала ворчать.

– Ты уверена, что не стоит устроить скандал на эту тему? Это

может плохо закончиться, – в который раз переспрашивала она, массируя мои волосы, но я оставалась непреклонна:

– Это редкое мелкое пакостничество, а я не хочу привлекать к себе

лишнее внимание. К тому же Регул искал виновного после бардака в

центре. Но раз не нашёл, значит, либо не всё так просто, либо не

захотел что-то афишировать.

Хель какое-то время помолчала, а потом проницательно уточнила:

– А Регулу-то ты о своих неприятностях говорила?

– Частично, – торопливо отмахнулась я.

Ответом мне служил очень тяжкий вздох.

– А зелье ты где брала? – сменила стратегию знакомая.

– В городской лавке, у одной приятной тётушки, которую мне

Миртл из канцелярии посоветовала. Я там каждый месяц беру.

Сомневаюсь, что смесь бракованная. К тому же я бегала в обед и потом

бутылка полдня стояла в кабинете. Испортить было не сложно.

Надо сказать, после помывки вид стал настолько приличным, что

вечером я сбегала к Джейкобу ещё раз и попросила его косметическое

средство, раз уж своё использовать не могла.

– Уникальная разработка, продукция производится при патронаже

герцогини Терра, – белозубо улыбаясь, отрекомендовал он. – Если

понравится, то мы летом с Хель приедем в империю и как раз

займёмся расширением поставок. И в Артефактум, и в Княжество.

– Я у вас ещё про запас наберу, – со смехом заверила я, а в

очередной раз осознала, что Хель-то к нам больше не вернётся.

И место артефактора в драконьем княжестве свободно.

На следующий день мне вслед оборачивалась вся академия. Я

ещё специально косу заплетать не стала, чтобы пышная волна

смотрелась эффектней. Поэтому взглядам Горация и Феркада, которые

оказались в кабинете с утра пораньше, я тоже не удивилась. Правда, смотрели они на меня как-то излишне странновато.