Принцесса крови - Сара Хоули

Фейри швырнул её на пол. Затем выдернул нож — и пригвоздил тварь.

Я дёрнулась от внезапной жестокости. Клинок прибил саламандру к камню, и пока фейри надавливал сверху, его напарница — без доспеха — наклонилась и зашептала существу на языке, из которого я уловила только обрывки — незнакомые звуки, ползущие по коже.

Каллен выругался — глухо, хрипло.

— Что они делают? — спросила я. Страх начал стучать в горле и в запястьях.

— Это яд. Они накладывают заклятие, чтобы она пошла в атаку.

Ровена травила слуг, вспомнила я с тошнотворной ясностью.

— В атаку на кого?

И тогда я услышала, как воздух шепнул моё имя.

Каллен выхватил меч и уже тянулся к двери, прежде чем я успела понять, что происходит.

— Открывай, — приказал он.

— Но…

— Открывай!

— Их шестеро, — возразила я. — Нас двое.

— Если они выпустят её, она спрячется, а потом будет гнаться только за тобой. Это саламандра-костолом, Кенна. — Его пальцы вцепились мне в руку, вдавились сильно. — Достаточно одной капли яда на кожу — и судороги вывернут тебя так, что кости треснут. Ты будешь заживать и ломаться снова и снова, а в это время яд просочится в кровь. Когда доберётся до сердца…

Договаривать не требовалось. Я дёрнула дверь.

Каллен вырвался в коридор. Тот солдат, что шептал саламандре, был уже мёртв, когда я перешагнула порог. Фейри, державший тварь на клинке, вскрикнул и отпрянул, выронив нож, а саламандра рванулась удирать, оставляя за собой чёрные ядовитые капли, — но Каллен взмахнул мечом и отсёк ей голову.

Пятеро оставшихся навалились на него разом. Он ушёл от удара меча, но застонал, когда кинжал полоснул по щеке. В ответ он вонзил клинок нападавшему в глаз, убив мгновенно, однако следующий удар встретил металл — солдат подставил бронированное предплечье.

Он двигался стремительно и смертельно точно, но их было всё ещё четверо, а кирасы и шлемы сдерживали точки для удара. Я не могла оставить его одного.

Кайдо прыгнул мне в ладонь. Сердце колотилось, когда я рванулась на солдата, который нёс саламандру и уже выхватил новый нож. Он успел развернуться и поймал моё лезвие латной перчаткой: звон металла по металлу взорвался в кости. Удар отозвался до плеча, пальцы на миг занемели.

Фейри навалился всем телом, впечатав меня в стену. Он перехватил моё запястье и начал разбивать правую руку о камень снова и снова. Под натиском что-то хрустнуло, и я вскрикнула, когда пальцы разжались, выпуская Кайдо. Кинжал закружился над моим запястьем, цепляясь за меня, но держать его я уже не могла.

Я встретилась со взглядом его полных ненависти глаз. Где-то на краю сознания я услышала крик Каллена — он добивал третьего фейри. Его лицо было в кровавых потёках. Он истекал кровью, он был ранен, а я…

Солдат скривил губы:

— Они хотели бы, чтобы ты страдала. — И ударил рукоятью ножа мне в скулу — с треском, в осколки.

Я закричала — боль рассекла голову и лицо на щепы. Пока он заносил кулак снова, я ударила левой ладонью ему в грудь, представляя, как вталкиваю свою магию к его сердцу.

В миг, когда моя ладонь коснулась доспеха, череп будто раскололи топором. Под рёбрами втянуло — как будто из меня выдрали что-то жизненно важное, — и в голове наступила глухая тишина. Там, где мысли Кайдо скользили рядом с моими, зияла пустота.

Я вскрикнула, обмякла от боли и дезориентации. Грудь будто выскребли дочиста, оставили пустой раковиной. Магия Крови, которая должна была меня спасти…

Её не осталось.

Кайдо? — позвала я отчаянно, тоня в панике. Кинжал не ответил. Металл, опоясывавший моё запястье, застыл мёртвым грузом.

Солдат расхохотался:

— Серьёзно? — Он схватил меня за волосы, дёрнул вверх — и ударил ножом в живот.

Агония разорвала меня изнутри, и из горла вырвался рваный вой.

— Кенна!

Крик Каллена пробил звенящую пустоту в ушах. Края зрения поплыли, пока я видела, как он сносит голову четвёртому. Кровь брызнула с клинка, забрызгав картину красной россыпью. Затем он стряхнул последнего нападавшего и метнулся к тому, кто ранил меня.

Фейри дёрнул клинок из моей плоти и отпустил меня. Я рухнула; из живота хлынула кровь, тело выгнулось в судороге. Будто я проглотила огонь. Я заживала, но слишком медленно — и магии, чтобы подстегнуть это, больше не было.

Голова была одновременно лёгкой и тяжёлой.

— Кайдо, — прошептала я, глаза сомкнулись.

Яростный, леденящий рёв заставил их снова, нехотя, открыться. Ресницы слиплись, мокрые от слёз, и мутная картинка прояснялась слишком долго. Когда прояснилась, я увидела Каллена — он дрался сразу с двумя, глаза чёрнее ночи, лицо вырезано жестокими линиями.

Он пытался спасти меня, но было поздно. Моя жизнь истончалась тёплой лужей вокруг. Я не могла даже пошевелить губами.

Меч Каллен где-то потерял в свалке. Теперь он бился ножом и голой рукой, не замедляясь ни на миг, даже когда клинок располосовал ему бицепс до мяса.

Почему он не использует магию? Мысль была далёкой, смазанной. Неужели и он её потерял? Что с нами сделали?

Каллен ушёл в сторону, нога взвилась и врезалась фейри в грудь с ошеломляющей силой. Солдат отшатнулся, пытаясь ухватиться за стену. Каллен на миг стал тенью, закружился вокруг падающего клинка второго и возник перед тем, кого пинком отбросил. Его кинжал ушёл в открытую подмышку — до рукояти, зубы оскалены.

Солдат осел, заливаясь кровью, пачкая белый плащ.

Последний — тот, что покалечил меня, — отцепил от пояса металлическую сеть и метнул в Каллена. Она раскрылась, края утяжелены. Каллен нырнул под неё, перекувыркнулся и рывком вскочил. Фейри отпрыгнул, но недостаточно быстро — клинок Каллена рассёк ему шею сбоку. Каллен зарычал, швырнул нож и схватил фейри за горло. Пальцы вонзились в рану, раздвигая кожу, и он выдрал горло с хлещущим фонтаном крови.

И вот он остался один — тяжело дышащий, среди тел.

Я никогда не видела, чтобы кто-то двигался так. Никогда не видела, чтобы убивали так.

Сознание ускользало — вместе со временем. Когда я моргнула, Каллен уже стоял на колене рядом и прижимал ладонь к моей ране.

— Тише, — прохрипел он. Лицо было забрызгано кровью. — Давай, Кенна. Исцели себя.

Зрение затекло водой. Я мотнула головой — и сразу пожалела: изнутри по черепу будто провели молотом.

— Не… не могу.

— Можешь. Должна. — Он откинул прядь с моего лба, оставив тёплый, мокрый след. Сколько из этой крови