Король Сапфир - Сильвия Лайм

— Пусть это станет показателем моего доверия и хорошего расположения к вам, Александра, — улыбнулся Лоранеш, а затем неторопливо взял мою руку, заставив замереть, и коснулся губами тыльной стороны ладони.

В виски ударила кровь, дышать стало резко тяжелее.

— Спасибо, буду иметь это в виду, — тихо ответила я.

А король вдруг перестал улыбаться, и я ощутила где-то будто бы в глубинах сознания, как растет рядом шелестящий непонятный шум. Только мелькнуло в голове: «Это ток крови…»

Чаротвердная магия усилилась, позволив мне услышать пульс короля.

И он ускорился прямо перед тем, как повелитель земли мрачно проговорил:

— А теперь прошу извинить, Великая Иви.

Резко потянул меня за руку, заставив упасть на себя, и… поцеловал.

Дыхание не просто перехватило. Показалось, что меня заживо замуровали в бетонную стену или в бесконечно древний каменный монолит. Холодный, неспособный к движению, мертвый. Из-под него не выбраться. И нет ни ударов сердца, ни тока крови, ни воздуха…

Я задыхалась при том, что физически не происходило ничего ужасного, мы не погружались под землю, и нас даже не заглотил очередной червь. Но собственное физическое тело больше было мне не доступно. Я словно упала на дно какого-то невероятно темного провала, где теперь плавал лишь мой дух.

Только в самый последний момент перед тем, как ощутить полную безысходность и полностью погрузиться в ощущение обезоруживающего ужаса, я почувствовала, как рядом будто что-то есть. Что-то живое и теплое. Кто-то, кому тоже очень одиноко и грустно…

Лоранеш отстранился так внезапно, что свет Тронного зала на миг обжег глаза. Я хватала воздух как рыба, выброшенная на берег, но король не обращал на меня ни малейшего внимания. Он почти полностью сорвал с себя левую половину усыпанной драгоценностями куртки, обнажив плечо и широкие изгибы мышц, по которым то и дело будто бы кто-то полз. Какой-то черный, плохо различимый узор в виде колец, обвивающих бицепс. Вот только этот узор постоянно пропадал еще до того, как удавалось его разобрать.

— Это… хвост? — спросила я тут же, почти сразу же забывая о том, что король только что чуть не придушил меня своим поцелуем.

Лоранеш поднял на меня напряженный и почти испуганный взгляд. Густые темные брови были сдвинуты.

Он просто кивнул.

— Колесницей Бездны клянусь, что это хвост, — хрипло проговорил он. — Той самой колесницей, на которой этот хвост тысячу лет назад и увезли.

Черная татуировка еще помелькала немного и растворилась под кожей, будто ее и не было. Лоранеш снова надел куртку, а затем глубоко вздохнул, потерев закрытые глаза.

— Быть этого не может, — выдавил он через пару секунд.

В голове мгновенно начала складываться картина происходящего. Тенемару рассказал мне… и теперь я понимала.

— Это дух аватара земли? — спросила я, стараясь говорить осторожно. Лоранеш был явно не совсем в себе. Он нервничал и тяжело дышал. — Тот, которого отдали теням? Что такое колесница Бездны?

Король поднял на меня блестящий серый взгляд, в котором сейчас было так много дождя.

— Вы, наверно, не слышали, Александра, но иногда меня, аватара земли, зовут наместником Теней и сыном Бездны, всадником Черного Хуад Хе. Этот титул много веков переходит от одного наследника Стального трона к другому. А ведь Хуад Хе — это червь Мертвой луны, питомец Бездны, что тащит на себе колесницу Тени. Черного бога умбрисов.

Я кивнула. Похоже, Тенемару не просто так представился мне прозвищем Тень. В Подземельях его именно так и звали.

— Это ужасно, — продолжал тем временем Лоранеш. — И вряд ли вы понимаете, насколько это ужасно. — Он покачал головой. — Мой отец, когда был жив, считал, как и его предки, что это честь — быть наместником самого Черного бога. Отец говорил, что аватар земли — единственный из всех аватаров, кто объединил в себе два вида чар: землю и тень. Ни одному народу более неподвластна такая сила, а мы передаем эти способности из поколения в поколение, и все наше королевство способно пользоваться мощью умбрисов благодаря этому.

— Только чаротвердные маги способны вызывать умбрисов? — удивилась я.

Лоранеш кивнул.

— Несмотря на то, что формула обращения к ним универсальна, звать теней можем только мы, потому что мой далекий предок Ильхатен Эсер Хейташи заключил договор с Черным богом. Остальные чаромаги, вызывая умбрисов, рискуют погибнуть. Тени быстро выпивают жизнь из всех, в ком нет чаротвердной силы. То есть вызвать можно… Но последствия будут ужасны.

Невольно вспомнился Красный дож с его драконьей душой и вампирским проклятием. В его случае помощь умбрисов каждый раз оборачивалась адской болью. Теперь я понимала, что вампиры были существами Тенемару. Вопрос в том, что с этим знанием делать.

— Получается, вы не согласны со своими предками? — спросила я тогда.

— Не согласен, — кивнул Лоранеш, постепенно приходя в себя. — Вы же были в пещере террисов, куда я сказал вам сходить?

Теперь я кивнула, вздрогнув и поежившись. Воспоминания все еще были свежи. Единственное, что немного успокаивало во всем случившемся за последние недели, так это физиология. Критические дни должны были начаться уже через пару дней, и опасаться очередного непредвиденного обстоятельства не стоило. Хватило и прошлых нервов после такого же сюрприза от Эфира. До начала нового цикла я, конечно, изрядно переживала.

— Та пещера давно заброшена, и несмотря на то, что многие жители Стального королевства все еще очень почитают террисов, они опасаются туда ходить. Храм террисов отдан умбрисам, и об этом все знают. Я рад, что вы видели все своими глазами. Подземный змей, который от зари мира был покровителем чаротвердных магов и их духом, мертв.

Лоранеш опустил голову и, снова нахмурившись, потер плечо через куртку.

— По крайней мере, я был в этом уверен до тех пор, пока не появились вы, Александра.

Он посмотрел на меня, и позвоночник словно пронзила ледяная молния.

Это взгляд мне не понравился. Он сулил что-то очень-очень нехорошее.

— Это плохо, что рядом со мной ваша татуировка аватара земли снова становится видна? — спросила я, пытаясь понять, что происходит. Что за чувство опасности вспыхнуло внутри и орет, как суслик, увидевший льва.

— Это хорошо, Иви. Это просто прекрасно.

Губы Лоранеша дрогнули, и он улыбнулся. Но так напряженно, с какой-то затаенной мыслью в стальном взгляде, что улыбаться в ответ не хотелось.

— Вопрос в том, что делать с этим дальше? — почти полностью повторил он мысль, которая мелькнула у меня в голове пару минут назад.

— Что ж, ладно, — встал он с трона, предложив мне руку. — Я задержал вас, а вам еще нужно посетить урок чарогненной магии.

Он взял