Предатель. Без шанса на счастье - Диана Ярина

Чем больше я думаю, тем сильнее себя накручиваю, мне так плохо, что начинает подташнивать от духоты.

Ева играет с другой малышней и начинает реветь, когда Макс забирает у нее игровую кухню.

Он отбирает игрушки у моей дочери. Сын этой хабалки…

Мыслю нерационально, со злостью, но вижу в этом дурной знак: сегодня сын Лены отбирает игрушки, а завтра она будет открыто требовать, чтобы Демид признал отцовство.

Какой отец-молодец… Почти одного возраста, значит, спал с нами обеими.

И снова думаю: или Демид спит с ней до сих пор?! Трахает ее время от времени?

Я возвращаю Еве игрушки, которые у нее отобрал Макс, теперь он начинает кукситься и плакать, Лена вспархивает, как наседка, утешая своего сына, бросая на меня острые взгляды.

Атмосфера неумолимо портится. Торт откровенно дрянной, невкусный.

Укладываю Еву спать, с надеждой возвращаюсь. Но Лена еще здесь, Макс уже спит на диване. У меня такое чувство, что она хочет пустить корни прямо в столовой и никогда отсюда не уйдет.

Первыми праздник покидают друзья, за ними начинают собираться родители Демида. Свекровь замечает:

— Демид, ответственность за проваленный праздник полностью на тебе. Посмотрим на замыленную жену, ты даже не организовал помощь бедняжке!

Мама прибирает со стола.

— Ма, ну что ты? Я бы прибрала.

— Знаешь, Женя-то права, — имеет в виду свекровь. — Совсем из сил выбилась. Я помогу, мне не сложно.

— Давно хотела вам сказать… — берет слово Лена. — Поскольку остались самые близкие, думаю, имею право сказать.

Свекровь со свекром оборачиваются с вопросом в глазах.

— Помолчи, — с рыком требует Демид.

— В чем дело, милый? Стесняешься своего сына?! — воркует Лена и гладит спящего Макса по голове. — Демид — отец Макса! — заявляет твердо.

Во всеуслышание.

Глава 4

Она

Повисает тишина. Но от громкого звука голоса Лены встрепенулся Макс и сел, сонным на диване. Лена подошла к сыну, погладила его по голове, пошептала ему на ушко, он снова перевернулся на другой бок и заснул.

В большом зале повисает тишина.

Я пробежалась взглядом по лицам собравшимся. Лена полна злого торжества, ее щеки раскраснелись, глаза блестят торжеством, ноздри раздуваются.

Родители Демида, побледнев, переглядываются. Свекровь ищет поддержки у руки супруга, тот сжимает кисть жены крепче.

Демид зол и раздосадован, он смотрит на Лену испепеляющим взглядом, в нем ясно читается бурлящее чувство, близкое к ненависти.

Или мне просто хочется думать именно так.

Последним мой взгляд задерживается на лице мамы и отчима.

Честно говоря, я ожидала увидеть на их лицах шок и удивление. Они удивлены, но намного меньше, чем можно было ожидать.

Неужели знали?

Нет, не похоже!

Но как будто… догадывались!

Я отмечаю, что особенно мало удивления на лице отчима. Плюс я вспомнила его приветствие: «Все хорошо, София?» и то, как он пристально вглядывался мне в лицо.

— Демид? — шепчет свекровь. — Это что, правда? Ты что… Ты что здесь такое развел?!

— Мама, — выдыхает Демид. — Мы сами как-нибудь разберемся. Вам пора домой.

— Андрей, — оскорбляется свекровь. — Дожились! Сын выставляет нас за порог. Пошли! Я больше не хочу находиться в этой квартире ни одной минуты.

— На кухню, Лена. Поговорить надо! — командует Демид и первым выходит, хлопнув дверью.

Я выхожу, чтобы проводить свекров, едва сдерживаю слезы.

Не думаю, что мое присутствие им необходимо, но это простые правила приличия.

— Еще раз с Днем Рождения Евы, София, — размыкает губы отец Демида. — Что здесь творится, можешь сказать?

— Сама не знаю, — шепчу. — Я и не подозревала. Лена сегодня на меня это вывалила, а Демид… Я не успела поговорить с ним наедине, к сожалению.

— Ясно, — качает головой свекровь. — Держи нас в курсе и следи за обстановкой в доме. Ваши ссоры и претензии не должны отразиться на дочери.

Небольшая пауза, потом свекровь добавляет:

— Можешь привозить Еву к нам, если возникнет такая необходимость. Думаю, ей будет полезно.

— Спасибо.

Честно говоря, я даже не ожидала, что свекровь скажет такие слова напоследок. Я всегда считала ее холодной, чопорной и немного черствой, но она проявила ко мне больше участия, чем все остальные.

Возвращаюсь в зал: мама с отчимом шушукаются между собой и во все глаза смотрят на спящего Макса.

Демид с Леной на кухне. Я толкаю дверь, она заперта. Судя по голосам, муж говорит о чем-то с Леной раздраженным голосом, но звуки доносятся издалека, словно они вышли поговорить на лоджию и плотно прикрыли дверь.

Стучу настойчиво, но мне никто не открывает. С досадой бью кулаком еще раз, ударившись больно.

Возвращаюсь в зал.

Мама подходит ко мне, обнимает за плечи и спрашивает тихим голосом:

— Доченька, как же так?

— Мама, не спрашивай. Я только сегодня узнала!

— Точно?

— К чему такие вопросы? — вскидываюсь.

— Просто Макс постарше будет… Ты не говорила, что отбила Демида у сестры.

Я сбрасываю ее руку с плеча и вскакиваю:

— Да что ты за человек такой, мама? Ты свою падчерицу любишь больше, чем меня. Всегда ее выгораживаешь! Всегда… Даже сейчас, сама ничего не знаешь, но меня какой-то разлучницей выставила. Прекрасно! Просто прекрасно!.. Лена на меня ушат зависти вылила и гадостей наговорила, а ты…

— Уверен, Лена сделала так не со зла, — вступается отчим.

— Разумеется. Знаете, делайте, как знаете.

От звука моего голоса Максим начинает ворочаться и похныкивать.

Мама сразу же бросается к внуку, начинает его целовать и укачивать, чтобы он уснул.

Плюнув на всю ситуацию, я направляюсь в спальню и запираюсь изнутри, Ева тоже спит беспокойно. Я забираю ее из кроватки, снимаю платье, бросаю ободок на столик и забираюсь на кровать, к дочери, переодевшись в бюстгальтер для кормления. Немного разминаю грудь, перед тем, как дать ее дочери, она сразу же прикладывается губами и причмокивает сладко, гладит меня ладошкой, похлопывает потихоньку.

Плачу, всхлипывая потихоньку: не представляю, какая жизнь нас ждет в дальнейшем.

Остаться под одной крышей с этим лжецом? Нет, не хочу.

А куда идти? Мама живет с отчимом, он горой за дочку и мама поддакивает. Она уже, не разобравшись в ситуации, на меня ярлык разлучницы навесила.

Мне даже пойти некуда, от этой мысли кровь стынет в жилах.

И Ева слишком маленькая, чтобы я могла выйти на работу…

Засыпаю, как ни странно, быстро. Скорее всего, просто потому что вымоталась: у меня ноги гудит и ломит плечи… Голова болит от слез.

* * *

Просыпаюсь от ощущения, как матрас прогибается под весом тела.

Оборачиваюсь и