Мой наследник - Виктория Волкова

Но с Любой и молчать хорошо. Уютно.

– Нужно возвращаться в тепло, – предлагаю я, чувствуя, как холодный ветер морозит лицо.

И на обратном пути неожиданно понимаю, что внутри Годаровского особняка тоже поговорить по душам не удастся. Наверняка где-то стоят прослушки. Да и прислуга шастает туда-сюда.

– Пойдем ко мне, – предлагаю, нащупав в кармане ключи от дома.

– Не привыкла еще жить в золотой клетке? – усмехается подружка. – Говорят, к хорошему быстро привыкаешь. Но я за тринадцать лет так и не смогла. Терпеть не могу Манучаровские хоромы. Задыхаюсь я там.

– Вот и мне душно у Годаровых, – шепчу, оглядываясь на охранников.

– Не разувайся, пол грязный, – открывая дверь, предупреждаю гостью. И тут же понимаю, что мне ее угощать нечем.

Вот балда!

Можно, конечно, позвонить Елене Романовне и попросить какой-нибудь снеди. Но я пока не решаюсь распоряжаться прислугой Руслана.

– Сейчас блины пожарим, – предлагаю я, открывая холодильник.

– Может, лучше картошки? – заговорщицки подмигивает Люба. – Я помню, твоя бабуля закручивала обалденные помидоры. Они есть? Давай нажремся. К черту диеты!

– Сейчас сгоняю в погреб, – на ходу соглашаюсь я. – А ты пока чисть картошку.

Потом мы долго спорим, когда солить картофан. В середине или в конце жарки? А как только садимся за стол, где уже лежат в салатнике маринованные помидоры и соленые бабушкины огурцы, меня прорывает.

Реву белугой, уткнувшись в ладони.

– Ее никогда не будет рядом, понимаешь? – всхлипываю как маленькая.

– Не будет, – тяжело вздыхает Люба. – Жизнь изменится. Но только ты можешь поменять все в лучшую сторону. И никто другой. Дыши полной грудью и знай, что она рядом.

– Рядом? – переспрашиваю я, вытирая глаза.

– Наши мертвые нас не оставят в беде, – напевает Люба, подражая Высоцкому.

– И то правда, – соглашаюсь я, наливая по стаканам компот. И поясняю вдогонку. – Мы с бабушкой алкоголь не любим. Поэтому в доме нет никакой выпивки.

– А зачем она нам? – смотрит на меня удивленно Люба. – И так хорошо.

Мы болтаем как заведенные о школьных годах. Вспоминаем наших одноклассников и тщательно моем им кости.

– Между тобой и Тимуром что-то есть? – спрашиваю неожиданно и тут же включаю заднюю. – Или мне показалось?

– У нас роман, – улыбается Люба. Довольная, как кошка. – Жениться он на мне не женится. Об этом не может быть и речи. Но пока мы вместе. И это большой секрет, Света!

– Да кому я скажу? – пожимаю плечами. И неожиданно чувствую дикую потребность высказаться. Хоть кому-то поведать о своих несчастьях.

– Погоди, – останавливает меня Люба, когда я начинаю тараторить. – Тут не все так просто. Давай разбираться. Тащи листок бумаги и ручку.

Отодвинув тарелки в сторону, моя подружка рисует кружочки. Соединяет их связями и что-то приговаривает тихонько.

– Вот ты умная, Люб, – выдыхаю восторженно. – Я бы в жизни не догадалась так сделать.

– Это меня Тимур научил, – довольно отмахивается она и добавляет горделиво. – Классных мы мужиков отхватили, Светка!

– Руслан не любит меня, – бормочу недовольно.

– Ага, полечи мне голову, – фыркает Люба. – Я видела, как он на тебя смотрит. Просто пожирает глазами.

– Ты уверена?

– Абсолютно! – торжественно восклицает Люба. Да еще поднимает вверх указательный палец.

А я, улыбаясь печально, почему-то безоговорочно верю каждому ее слову.

И тут же вздрагиваю, когда в доме раздается резкая трель звонка.

– Кто-то пришел, – охаю испуганно.

– Кто-то? – снова как ежик фыркает Люба. – Наши мальчики. Кто ж еще!