Мой наследник - Виктория Волкова

Но в коридоре топчется чужой парень. Худой, высокий. С неприятным оскалом вместо улыбки. Отмороженные цепкие глазки шныряют по сторонам. Будто их хозяин, прицениваясь, выбирает недвижимость. Да и портфельчик у него в руках свидетельствует о деловом визите. Кто? Зачем? Почему? Я никого не ждала. Тем более в день похорон. Сюр какой-то!

– Вы кто? – спрашиваю испуганно. Лихорадочным взглядом ищу сумку. Подхватив ее, вытаскиваю сотовый. Набираю контакт мужа. Но тот не отвечает.

И что же делать? Номера охраны у меня нет. Тревожной кнопки тоже. Бабушка от нее давно отказалась.

– Вот еще, – отмахнулась, когда Дамир начал настаивать. – Кому мы нужны!

– Что вам надо? – в ужасе гляжу на человека, спокойно разгуливающего по моему дому.

– Я смотрю, ты – девка богатая, – криво ухмыляется он. – Бабкины долги быстро оплатишь. Нужно переоформить бумаги.

– А вы кто? Почему пришли домой? – спрашиваю, стараясь сохранить хладнокровие. А у самой трясутся руки от страха, и ноги становятся ватными.

– Коллекторское агентство «Факел», – ухмыляется он, доставая из портфеля пачку документов, и повторяет глумливо. – Фак-кел… Хватит трястись, дура, – рыкает злобно. – Вот договор переуступки, давай, подписывай.

– Положите на стол, – киваю спокойно. – Мои юристы почитают, а я потом подпишу.

– Да какие у тебя юристы? – цедит коллектор. – Ты меня за идиота держишь? Подписывай, кому говорю.

Бумаги россыпью разлетаются по столу.

А коллектор тут же оказывается рядом. Хватает за запястья, тащит к документам. Пытаюсь вырваться, но ничего не получается.

– Подписывай, стерва, и я уйду! А иначе худо будет.

Цепкие пальцы внезапно оказываются на горле. Сильно сдавливают трахею. Кричу, пытаясь вырваться. Брыкаюсь изо всех сил. И неожиданно попадаю в круговорот вихря. Мой обидчик со стоном отлетает в сторону. А меня подхватывают другие руки. Крепкие и заботливые. Но я не сразу понимаю, что происходит. Отбиваюсь инстинктивно.

– Все. Света. Все! – рычит Руслан, обнимая меня. В спортивных штанах и мокрой от пота майке муж похож на борца, сошедшим с ринга. Убирает назад влажные волосы. Осматривает меня внимательно и, чмокнув в лоб, прижимает к себе.

– Тащите эту мразь в подвал, – рыкает хрипло.

– Вы не имеете права! – визжит незадачливый коллектор, когда охранники скручивают ему руки. Падает на колени, крутится как уж, пытаясь вырваться. Но службу безопасности Годарова трудно переиграть.

– Ты что-то знаешь о моих правах? – едко бросает Годаров. И обнимая меня одной рукой, другой тянется к разбросанным по столу бумагам.

– Совсем охренели шакалы. Из-за каких-то двух лямов на людей нападают, – презрительно бросает он. И со вздохом шепчет мне. – Подписала бы, потом признали бы договор недействительным…

– Если сумма для вас небольшая, так выплатите. Закроем тему, – ухмыляется незваный гость, внезапно обрадовавшись.

– Теперь нет, – мотает головой Руслан. – Ты напал на мою жену, ублюдок. Придется отвечать.

– Как? – блеет растерявшийся коллектор. Дергается, пытаясь вырваться, когда двое дюжих охранников ведут его мимо нас к выходу. – Давайте разберемся. Я извинюсь…

– Да пошел ты, – презрительно бросает Руслан. – Пойдем домой, милая? – спрашивает, заглядывая мне в лицо.

Со всего размаху плюхаюсь носом в широкую грудь. Реву, прижимаясь к крепкому торсу.

– Все закончилось, Света. Все хорошо, – шепчет муж, гладя меня по голове. – Сейчас менты подъедут. Закроем шакаленка. Пойдем. Тебе нужно отдохнуть.

Порываюсь сказать Руслану о найденной фотке. Но он настойчиво выводит меня из дома.

Послушно иду рядом. Совершенно нет сил разбираться и строить догадки. Потом… Снимок не представляет никакой опасности и никуда не денется.