История грешников - Мелли Т. Толлэм

Он отступил назад и перевел дыхание.

— Не волнуйся, ты не единственная, кого смущает твое происхождение. Твоя пара, похоже, так же сбит с толку, как и ты.

Тени собрались вокруг его тела.

— Моя жертва стоит до конца вершины. Пойдем со мной, и я покажу тебе, кто ты на самом деле, откуда ты на самом деле. Я буду тренировать тебя и сделаю сильнее. Умнее.

Тени поглотили его целиком, а когда они рассеялись, он исчез, оставив после себя так много вопросов без ответов.

Всю свою жизнь я думала, что была тенью — мысль о том, что я могу быть кем-то другим, была ошеломляющей.

Если я не была тенью, то чем, черт возьми, я была?

Глава 21

Райкен

Я наблюдал за Далией и тем мужчиной, который называл себя богом, из-за стен ее комнаты, мне стало ясно, что я совершил огромную ошибку. Прижавшись глазом к маленькому отверстию в дереве, я наблюдал, как все это разыгрывается у меня перед глазами: щекотка, споры, игривые подшучивания, кукольное представление теней. Я оставил её слабой и уязвимой, предоставив ему идеальную возможность проникнуть в трещины того сердца, которое я опустошил.

От ухмылки, которой он одарил меня в банкетном зале, у меня внутри все сжалось, взгляд был таким мрачным и зловещим, что у меня по спине пробежали мурашки. Он знал. Он знал правду, знал, что я отверг Далию, и он наслаждался этой возможностью. Он быстро покинул бальный зал, и у меня не было ни малейших сомнений в том, куда он планировал пойти дальше. Я последовал за ним, несмотря на возражения Эулалии и Финна, отчаянно желая покончить с тем, что он задумал.

Так я оказался здесь, пробираясь по скрытым ходам, по которым раньше бродил, охраняя и служа бывшему королю. Каждая косточка в моем теле призывала меня прорваться сквозь стену и положить конец этому представлению, убить его на месте, пока тени текли по его рукам и сливались на стене, образуя странный вид движущегося искусства.

Но я не мог не смотреть и не слушать, как он описывает историю о мерзости, жестокости. История детства Далии была изложена только для моего прослушивания и визуального развлечения, секреты, которые она никогда бы мне не открыла, как бы я ни настаивал на этом. Я не мог не воспользоваться возможностью узнать о ней побольше, узнать, почему она всегда была такой скрытной.

Теперь стало ясно: она всю жизнь бежала от мужчины, который теперь спокойно обосновался рядом с ней. Она скрывала своё прошлое из страха, но всё же уделяла демону время. Он задел какую-то ностальгическую струну и нашёл способ проникнуть в её сознание.

Мои кулаки сжались, когда шоу закончилось, и она бросилась за ним, сгорая от вопросов, готовых сорваться с губ, а дыхание замерло, когда он упомянул её происхождение. Моё происхождение. Всё, что он говорил — ложь. Должно быть ложью. Я знал, кто мои родители. Я знал, откуда я родом.

Я стиснул зубы при воспоминании о моем брате и его последних заявлениях, затем покачал головой. Нет, этот демон был именно таким: манипулятором, нацеленным на промывание мозгов тем, кто его окружал, особенно моей маленькой вороне. Если бы он смог убедить ее, что она меня не знает, это представило бы его в лучшем свете.

Он исчез в вихре дыма и теней, и я занес ногу, приготовившись ворваться к ней, теперь, когда она была одна. Легкое изменение в воздухе комнаты остановило меня. Я заглянул в щель в стене, осматривая комнату в поисках каких-либо изменений, и вот оно.

Глубоко в сгущающихся тенях комнаты, скрытый от посторонних глаз, он ждал, так и не покинув ее. Он наблюдал, как она медленно подняла с пола поднос с едой, затем отбросила маленькую тряпочку и засунула флакон с зельем в один из ящиков комода. Он наблюдал, как она забралась в постель и глубоко вздохнула. Он наблюдал, как она растирает боль в груди, сожаление заскребло меня по костям.

Я был дураком, думая, что то, что я сделал, было для ее защиты. Это была идиотская, вызванная паникой реакция на потерю любого подобия контроля над ситуацией. Я говорил себе, что то, что я сделал, было сделано для того, чтобы защитить ее от меня, но глубоко внутри знал настоящую причину. Я сделал это, чтобы восстановить контроль, потому что спаренный мужчина обречён терять все способности и здравый смысл, когда дело касается его пары, беспомощный перед волей своей женщины.

Но ничего не изменилось, несмотря на отсутствие связи, я полностью и предельно беззащитен, когда дело касалось ее. Будь я проклят, если позволю этой твари вонзить свои когти в мою женщину.

Последняя капля была упущена, как только дыхание Далии замедлилось до глубокого и ровного ритма. Когда она погрузилась в блаженный сон, он вышел из тени.

Я собирался убить его, черт возьми.

Сила хлынула через мое тело, когда я направился к потайному входу за зеркалом Далии в полный рост. Серебряный огонь вспыхнул на кончиках моих пальцев, и молния с треском отскочила от моего тела, но когда я протянул руку, чтобы открыть дверь, твердая рука схватила меня за плечо.

Финн усилил хватку, и его глаза, полные предупреждения, встретились с моими.

— Не надо.

Я высвободил мое плечо из его хватки, и его глаза засверкали.

— Я собираюсь убить его, и ты не сможешь меня остановить.

— Я сказал нет, — скомандовал Финн, и щелевидные зрачки его глаз, окруженные золотым ободком, сказали мне, что я больше не разговариваю с Финном.

Я разговаривал с драконом.

— Твои команды маленького альфа-дракона на меня не подействуют. Он заслуживает смерти. Он заслуживает гораздо худшего, чем смерть, и я буду тем, кто с этим разберется. Ты можешь убежать к своей паре и рассказать ей, как я выбросил этот маленький план в мусорное ведро. Мне все равно. Это закончится здесь и сейчас.

Моя грудь вздымалась, когда я смотрел на него сверху вниз, вкладывая всю ярость в свой голос, и его зрачки расширились, а радужка снова стала янтарной.

— Просто выслушай их, — взмолился Финн, имея в виду двух своих приятелей. — Они послали меня сюда, чтобы остановить тебя, потому что этот шаг не сработает так, как ты задумал. Она проснется, когда ты убьешь единственного брата, которого она когда-либо знала, и