Осмелься или беги - Дарья Сорокина

— Одевайся теплее. На пароме будет прохладно.

Кинул мне мою старую толстовку. Надо же, после выступления на площади разрешил одеться поприличнее. Он сказал паром? И куда мы собрались?

— Это тоже было написано в брошюре?

Бесится. Ему явно не нравится моя подозрительность, а мне не нравится, что он опять недоговаривает. Райли уже был в Хельсинки. Знает, что Финляндия это — Суоми. Я вот, даже где она находится, не подозревала. А еще он хорошо ориентируется в городе.

— Что ты хочешь узнать? — недовольно скрестил руки на груди, и тут же поморщился, задев пораненный бок.

— Ты был здесь?

Теперь нижнюю губу смешно жует. Да что с ним такое?

— Да.

— А почему не говорил?

— Я много где был, Хизер. Еще вопросы?

Ага, как же. У него рожа такая злая сейчас, что разговаривать дальше желания нет.

— Нет вопросов, — огрызнулась в ответ и демонстративно прошла мимо него к двери, стараясь не хромать. Вот только Райли догнал меня, схватил за руку и резко дернул к себе.

— Не молчи. Выскажи все.

— Высказать? — обвела взглядом свое запястье, зажатое точно в тисках. — У тебя швы разойдутся, Дэвид. Пусти!

Грустная улыбочка, и снова проснувшиеся демоны в глазах. Дейв толкнул меня к стене и навис грозовой тучей.

— Переживаешь за меня, Ангелочек?

— Переживала, но вижу, что с тобой все в порядке. Пусти!

— Не-а. Пока не скажешь, о чем думаешь. Ну же!

— Почему я должна делиться своими мыслями, когда ты вечно недоговариваешь? Ты специально столько денег кинул оргам. Ты проверял что-то, рассчитал все. Верно? Чего я не знаю, Дэвид?

Молчит. Изучает, каждое слово выверяет в своей башке. Пнуть бы его, да жалко.

— Почему название игры так сильно похоже на твое имя, почему выбрали твой Порше?

— Я не знаю, Хиз, — его взгляд вдруг снова стал виноватым. — У меня те же вопросы. Хочешь знать про Финляндию?

— Хочу.

— Получил стипендию на полугодовое обучение в Хельсинском Технологическом Институте.

— Ты учился здесь? — у меня защекотало в желудке, это все не совпадения!

— Сказал же только что, — снисходительная усмешка, точно последней идиотке простые вещи пытается втолковать.

— Почему сразу не признался?

— Из-за этого, — он ткнул меня между бровей. — Хмуришься и переживаешь. Это может помешать выполнять задания. Просто доверься мне, я знаю, что делать.

— А если бы мы меньше денег отправили? Куда бы меня заставили ехать?

— Понятия не имею, Хизер. Еще вопросы?

— Поцелуешь меня? — смотрела на его губы. Так близко. Как же мне горячо от его дыхания.

Он наклонился еще ближе, почти касаясь меня, и лениво протянул: — Нет.

Машину не брали. Дейв пояснил, что парковку искать будем дольше, чем если пешком пойдем к парому. По дороге сделали парочку селфи на фоне ярко-желтых жилых домов, и я сразу же отправила их Гектору. От него пришло напоминание о магнитике и вопрос, почему мажорик такой бледный? Не затрахала ли я в конец бедного парня?

Райли беззвучно рассмеялся над сообщением моего брата, морщась от боли в боку. Да уж. Затрахала — не то слово. И это у нас еще секса не было.

До пристани еле плелись и едва не опоздали на паром. Дейв потащил меня на корму и усадил себе на колени, пробурчав что-то про холодную лавку. А я была не против, но старалась не елозить, боясь потревожить рану. Слушала рев мотора, удары волны о борт и крики чаек, гнавшихся за кораблем. Долго думала, почему они летят за нами, а мой парень, с поразительной способностью проникать в мои мысли, рассказал, что птицы привыкли, что пассажиры их подкармливают.

— Ты говоришь по-фински?

— Знаю пару фраз.

— Как будет "я люблю тебя"?

— Ракастан синуа, — отвечает, не колеблясь ни секунды, и меня накрывает такой чудовищной ревностью, что сердце начинает рваться на части.

— Ты говорил такое кому-то уже?

Снова фирменный смешок, а его руки крепче обвиваются вокруг моей талии.

— Ага, — трется носом о мой затылок и кажется губами волосы пытает прихватить.

— Кому? — требовательно и испуганно одновременно.

Молчи! Не отвечай! Не хочу ничего знать о твоих девушках.

— Тебе, Хизер. Только что, уже забыла?

Почему человеку так сложно поверить в хорошее? В сказку, в которой появился рыцарь, готовый ради меня спустить в трубу целое состояние и получить по ребрам. Я постоянно жду подвоха, удара под дых. Мне страшно, что вот-вот открою глаза, а все окажется неправдой. Дейв Райли превратится в мираж, а в мою жизнь ворвутся одинокие серые будни Нейпервилла.

Играет или честен? Тот наш разговор об Амуре и Психее. Что это было?

— Хватит хмуриться, Хизер. У тебя морщины раньше времени на лице появятся.

Шутливо трет мне складку между бровями, а я от эмоций не то разреветься хочу, не то рассмеяться.

Слушаюсь его, вырубаю мысли, смотрю на уменьшающийся вдали город, прижимаюсь к твердой груди.

Дэвид рассказывает про крепость Свеаборг. Что у нее два названия. Одно из которых Соуменлинна. Шведская крепость и финская крепость. Объясняет мне, что такое Волчьи шхеры. Скалистые острова, на которых построены укрепления, а я тону в глубине его голоса. Никогда не думала, что буду слушать про Русско- Шведскую войну с таким интересом.