Нашла себе блондина! - Екатерина Вильмонт

– Ника, спок нок! И твоя жена спок нок! Она пррравдалучше, не лезет с глупостями!

Никита расхохотался.

– Терпеть не может, когда с ним сюсюкают, –пояснил Илья Наумович и понес сына наверх.

А на веранде появились новые гости, их было четверо. Троемужчин и одна женщина… Елена Ларина!

– О, какая встреча! – закричала она. – Мойлюбимый сценарист! Никита, кто бы мог подумать! Я счастлива! У меня сегоднятакой хороший день! Тени прошлого оживают, обретают плоть… Вышла наша картина,я приехала к Диме в гости, решили навестить Илью, и ты здесь сидишь, такойкрасивый, ешь вареники! – Она явно была под мухой.

– Леночка, сядь, успокойся, – сказал один из ееспутников. Его лицо мне было смутно знакомо. – Поешь лучше…

– Да что вы… как можно… Здесь столько калорий!

Тесто, сахар, сметана! Варварство! Я лучше выпью!

– В выпивке, между прочим, тоже много калорий! –не выдержала я.

– Кто это дитя? Ник, это твоя дочка? Хорошенькая!

– Нет, Лена, это моя жена! – отчеканил Никита, и яполюбила его еще больше, если такое вообще возможно.

– Жена? Ты сказал – жена? Значит, ты все-таки бросилсвою злыдню? Ради этой детки?

– Лена, отвяжись от него, тебе тут ничего несветит! – сказал ее спутник, и я его узнала, это был известный комикДмитрий Щапов. – Лучше обрати внимание на меня!

– Да пошел ты! Никита, налей мне еще!

– Может, хватит? – жестко спросил Никита.

– Хватит? Почему? Девочка, а ты видела «Запах осени»?Тебе понравилось?

– Лена, тебе не все равно? – попытался отвлечь ееЩапов.

– Как мне может быть все рано? Эта малышка в известномсмысле тоже его жертва… Как и я… Жертва Синей бороды… Никита, ты не думал, чтоты Синяя борода? Одну загубил, вторую… Им несть числа, теперь вот занесовершеннолетних принялся…

Надо сказать, что все это она произносила красивым низкимголосом и была при этом очень хороша Никита сидел хмурый, сжав губы. А я никапельки не ревновала! Мне было даже любопытно, я как будто со сторонынаблюдала…

– Слушай, Ленка, съешь что-нибудь, а то тебяразвезет! – обратилась к ней Наташа. – И вообще, гости дорогие,ешьте, вареников на всех хватит, я как знала, что кто-нибудь свалится наголову! Юра, бери сметану, без сметаны невкусно! Дима, соком полей!

– Никита, это, кажется, твой идеал женщины? Вот такаяклуша? Хочешь из девочки тоже такую сделать, чтобы вареники лепила, разжирела,как свинья?

– Ты что, с ума сошла? – вскочил Никита.

У Наташи на глазах выступили слезы.

– Почему? Но это же правда! У вас ведь гласность!

Нет больше запретных тем! Натка, ты обиделась, что ли?

Но это же правда, ты распустилась просто чудовищно, у вас жетут культ еды! Жрете в три горла…

Щапов подавился вареником.

– Все, заткнись! – рявкнул Никита.

В этот момент сверху спустился Илья Наумович, которыйукладывал сына и пропустил безобразную сцену.

– Что за шум, а драки нет? Кого я вижу? Ленусик!

– Илюша! Дорогой ты мой! Как я рада! – заверещалаЛарина, кидаясь ему на шею.

– Дима, мне неприятно говорить, но лучше бы ты ееувел, – негромко сказала Наташа.

– Натик, ты обиделась на пьяную дуру? Брось, наплюй, мывсе тебя обожаем, а эта бьется в истерике…

И фильм успеха не имел, и Никитка женился на другой, ееможно только пожалеть…

– Как-то неохота мне ее жалеть!

– Да ладно, брось, ты же добрая душа! Она уж и забылавсе, мало ли что бывает по пьяни…

– Ох, как тебе неохота расставаться сварениками, – засмеялась Наташа. – Черт с тобой, оставайся.

– Натик, любовь моя!

– Танюха, давай смоемся? – подошел ко мнеНикита. – Ненавижу пьяные скандалы.

– Хорошо, – обрадовалась я.

Никита что-то шепнул Наташе, та кивнула. Он сделал мне знак,идем мол. Я вскочила, но не успела и шагу сделать, как Ларина оторвалась отИльи Наумовича и вцепилась в Никиту.

– Ник, куда ты? Не уходи, умоляю! Побудь еще, дай хотьнаглядеться на тебя! Ну, пожалуйста, ради всего святого!

Он растерялся, я это сразу поняла.

А она все продолжала:

– Не уходи, побудь со мною! Я так давно тебя люблю,тебя я лаской огневою и обожгу и утомлю! Ты помнишь, да? Помнишь, как любилэтот романс?

Больше всего на свете мне хотелось материться! Но я понимала– сейчас нельзя!

– Не помнишь, забыл? Не верю! Ты просто при своейдевочке стесняешься… А помнишь, как я… Пойдем со мной, Никита, я тебе всенапомню, и ласки, и все… Девочка, ты позволишь ему пойти со мной? Я тебе егопотом верну. Дашь мне его напрокат?

– Ну, если он сам пойдет с вами, ради Бога. Берите егосо всеми потрохами. – Я сама услышала в воцарившейся тишине, как у менязвенит голос. – Никита, решать тебе!

Он словно очнулся от оцепенения, стряхнул ее с себя.

– Таня, идем!

– Ух ты, какие мы гордые! – пробормоталаона. – Только все равно она тебя скоро бросит! Вон с каким характеромдевочка, браво!

Никита взял меня за руку.

– Прости, Наташа, я…

– Никита, не уходи! – расстроился Илья Наумович.

– Илюша, бери завтра Натку, свое чудо-юдо и приезжайтек нам. Туда никто не ввалится, мы живем затворниками, – говорил он другууже возле машины.

Когда мы немного отъехали в глубоком молчании, я открылаокно и высунулась, чтобы меня хорошенько обдуло. Эта сцена далась мне нелегко.

– Танюха, ты была поистине великолепна.

– Так твою мать!

– Танька, ты чего ругаешься? – засмеялся он.

– Мне еще и не так хочется ругаться, причем давно!

– Давно?

– Да, с начала января!

– Ты что… знала?

– Представь себе!

– Но откуда?

– Случайно. Райка видела тебя с ней в Доме кино ислышала, что по вашему поводу люди говорят.

Он затормозил, съехал на обочину и повернулся ко мне:

– И ты молчала?

– Д что я могла сказать? Я очень мучилась, но потомрешила, что ты же выбрал меня, да?

– Господи, Танюха, я все думаю, что ты еще совсемдевочка, а ты настоящая умная женщина. Опять не удалось дурочку найти… Я люблютебя, Танька!