Эллиот Майлз - Т. Л. Свон

– С каких это пор? – фыркает подруга. – Насколько я помню, в прошлый раз ты говорила, что будешь искать мистера Совершенство, чтобы он был отцом твоих детей.

– Может, хватит уже? – раздраженно осаживаю ее я. – Не надо видеть в этом то, чего нет. Я же не вижу! Это просто неделя под теплым солнцем. – Подхожу к входной двери и резко распахиваю ее, демонстрируя вид на разыгравшуюся метель. – Заснеженный Лондон не так уж привлекателен в рождественские праздники, Ребекка. У меня осталась одна неделя отпуска, и посмотри… – Снова указываю на снег. – Чем я, черт побери, буду заниматься здесь в такую погоду?!

Она молча смотрит на меня.

– Это всего на одну неделю, и я вовсе не тупица, – говорю я, поднимаясь по лестнице. – Бога ради, мы с тобой говорим об Эллиоте Майлзе! Можно подумать, он сумел бы разбить мне сердце!

– Ты пребываешь в заблуждении! – запальчиво кричит она мне вслед.

– А ты – королева драмы, – огрызаюсь я, закатывая глаза, и плюхаюсь на постель. Надоело!

Пару минут лежу и жалею себя: жаль, что Ребекка за меня не порадовалась.

А потом по моему лицу расплывается широкая улыбка… Ну и черт с ней, зато я сама рада за себя!

Итак… Смотрю на раскрытый чемодан, лежащий на кровати: что еще нужно для романтической поездки с богом секса?

Хм-м… Перечитываю список.

Паспорт – есть

Купальник – есть

Крем от загара – есть

Платья для свиданий – есть

Белье – есть

Туфли – есть

Книги – есть

Ноутбук – есть

Свитер – есть

Сумочка с туалетными принадлежностями – есть

Зарядка для телефона – есть

Противозачаточные таблетки – есть

Лубрикант – есть, есть, и еще раз точно – есть. У меня настолько все саднит, что это не шутки.

Этот мужик – тот еще зверь. Не то чтобы я жаловалась. Тот самый случай, когда приятно до боли.

На секунду зависаю над чемоданом, раздумывая, что еще может понадобиться.

Улыбаюсь и подхожу к шкафу.

Красное платье для нетбола – последний штрих.

Через час звякает оповещение в телефоне, и я улыбаюсь. Это Эд – для него у меня особый звук.

Привет, Пинки!

Как поживаешь?

Что новенького?

Отвечаю:

Все прекрасно. А как прошло твое свидание с мойщицей сортиров?

Пока я смотрю на бегущие точки, нервы скручиваются в узел. Прилетает ответ:

Невероятно.

Вот даже как?

От удивления ахаю, прихлопнув рот рукой.

Едва сдерживая волнение, пишу:

Невероятно – это сильное слово.

Что ж там такого хорошего было?

Снова вижу точки и аж приплясываю на месте от нетерпения. Я так и знала, что его тоже проняло.

Не только меня.

Она – она такая… Невозможно описать словами, насколько она страстная женщина. Остановимся просто на том, что это была великолепная ночь. Сегодня я на неделю забираю ее, так что, возможно, у меня не будет интернет-связи, чтобы писать тебе.

Возбужденно хохотнув, принимаюсь за ответ. Ничего себе, впервые за все время какой-то намек на оптимизм в отношении нашего будущего. Возможно, после этой поездки в Эллиоте проявится чуточку больше от моего Эдгара.

Боже, я так на это надеюсь!

Ты ее увозишь?

Ого!

Задерживаю дыхание, дожидаясь, что он напишет.

Хочу на некоторое время заполучить ее в свою безраздельную собственность.

Улыбаюсь, счастливо жмурясь. Я тоже хочу тебя только для себя.

Расхаживаю по комнате, раздумывая, что бы такое написать.

М-м-м…

Вот это ей повезло! Желаю приятно провести время. Черкни, как сможешь.

Целовашки-обнимашки

Ладно, скоро спишемся.

Обнимашки-целовашки

Приходит эсэмэска.

Жду у выхода.

Ц.

Выглядываю в окно спальни и вижу черный «бентли», припаркованный у бордюра.

«Целую» в конце его эсэмэски на самом деле не должно меня так сильно волновать.

Напоследок окидываю комнату взглядом, и у меня появляется отчетливое ощущение, что что-то забыла, но убей меня бог, если я знаю, что именно.

Сбегаю вниз по лестнице.

– Бек, я уехала! – на ходу окликаю подругу.

Она появляется на пороге своей комнаты и с улыбкой протягивает ко мне руки.

– Будь осмотрительна.

Обнимаю ее.

– Обязательно.

– И хорошо проведи время.

– Непременно.

– И просто возвращайся домой в любое время, когда захочешь. Если вы не уживетесь, тут же ноги в руки – и бежать.

Закатываю глаза.

– Да, мамочка! Я буду послушной девочкой. Жаль, что Дэниела нет дома, я хотела повидаться с ним перед отъездом.

– Он только вечером вернется.

– Попрощайся с ним за меня.

– Ладно.

Бек открывает дверь, и я торопливо протискиваюсь мимо нее. Чувствую себя Скарлетт О’Хара, сбегающей из Алькатраса. Я знаю, что не следовало бы так возбуждаться, но ничего поделать не могу. Эндрю стоит у двери и сразу забирает у меня чемодан.

– Спасибо, – улыбаюсь ему.

Стараюсь идти к машине, а не бежать со всех ног. Эллиот выходит и открывает передо мной дверцу.

– Привет, – говорит он.

Он такой высокий, нависает надо мной как колокольня; я встаю на цыпочки и целую его.

– Привет!

Его ладонь опускается на мою ягодицу, и он улыбается мне.

– Привет, – повторяет снова.

– Давно не виделись, – смешливо отвечаю.

Он усмехается и отступает в сторону, чтобы я могла сесть в машину. Я напоследок оглядываюсь и вижу Ребекку, которая стоит в дверях, наблюдая за нами.

Да, я знаю, что слишком уж назойливо лезу с поцелуями, но… он же считает меня невероятной, а тебе, подруга, пора уже думать о собственных делах.

Сажусь в машину, и Эллиот садится рядом со мной.

Эндрю, положив мой чемодан в багажник, занимает свое место за рулем.

– Спасибо, Эндрю, – улыбаюсь я ему.

Он кивает мне, выруливая на улицу.

– Здравствуйте, Кейт, рад снова видеть вас.

Эллиот поудобнее устраивается на сиденье и наблюдает за мной. На нем голубые джинсы, белая футболка и кроссовки, на сиденье рядом с собой он положил темно-синюю куртку-бомбер. Его голубые глаза сегодня как-то особенно проникновенны… впрочем, может быть, дело просто в невероятных розовых очках, которые я добровольно нацепила.

Я первая протягиваю руку, кладу на его бедро. Квадрицепсы у него толстые и мощные, и я вся трепещу от того, что могу вот так его трогать.

Он приподнимает мою руку, целует кончики пальцев, и я блаженно улыбаюсь ему.

– И что значит этот взгляд, Кэтрин? – усмехается Эллиот.

Украдкой смотрю на Эндрю – я сейчас не смогла бы