Опальная жена Его Высочества. Право на предательство - Мария Вельская

Лагран. Лагран.

Твою ж тварь!

Наши с Маэни взгляды пересеклись.

– Будет сделано, Ваше Высочество! – Уверенный кивок.

В полном молчании я смотрела на то, как Маэни выводит за дверь дочь маршала Центрального корпуса императорской армии. Дочь человека, из-за которого меня убили в прошлой жизни. Женщину, которая там, в утерянном прошлом, носила дитя от моего мужа и готовилась стать императрицей.

Я вспомнила.

И сейчас больше всего на свете хотела или разрыдаться на крепком мужском плече, или поколотить чучело.

А что? Говорят, хорошо помогает от нервов. Поколотил, прилепил поверх листик с портретом врага – и всё, нервов как ни бывало.

Большой чёрный кот потерся мордой о мои колени и громко вызывающе заурчал.

Настроение у нас с Корри стало боевым.

Глава 18. Выбор принцессы.

После ухода Кайриэны Лагран обстановка резко изменилась. Лиола Шаттен одарила оставшихся девиц презрительным взглядом и едва заметно нахмурила брови.

Несколько кандидаток, которые до этого пытались мне дерзить и искали одобрения императрицы, были удалены.

Сама эрса Хелени Целестина Мъярг сделала вид, что происходящее её ни капли не интересует и, щуря глаза, полностью погрузилась в беседу со своими фрейлинами.

Я знала, что это не победа, нет. Просто небольшой реванш. Пока что.

Защитные артефакты, которыми меня снабдили по приказу кронпринца, молчали. Но ощущение опасности н куда не исчезло. Взгляд императрицы медленно сдирал с меня кожу. Эта женщина уже ненавидела меня самозабвенно, истово, с полной отдачей. Я была камнем на шее её любимого сына. Она не понимала, что единственное, чего я хотела – исчезнуть из их жизни навсегда. Вернее, так было раньше…

Я скрыла зевок и доброжелательно посмотрела на следующую кандидатуру в мои фрейлины.

Девушка была высокого роста, слишком смуглая, с тремя маленькими родинками на щеке, широкий костью и обаянием бойца-гренадера.

Она явно чувствовала себя неловко в длинном светло-желтом платье по столичной моде, да и то ей откровенно не шло. Она вообще не подходила этому дворцу – как любой искренний человек.

– Моё имя – Эллара Стаэлли, Ваше Высочество, – голос у девушки был потрясающим. Глубокий, чистый, звонко-громкий. Хоть в опере пой, хоть приказы отдавай.

– Стаэлли? Дочь советника Стаэлли, Верховного судьи империи? – Не поверив своим ушам, переспросила я и бросила быстрый взгляд на герцогиню Шаттен.

Та едва заметно прикрыла глаза, подтверждая. Вот же хитрая бестия!

Это… Это было невероятной удачей.

– Д-да, – девушка гулко сглотнула и покраснела.

Я видела, знала – сейчас она чувствовала себя ужасно неловкой и неуклюжей, огромной и лишней.

Я сама была такой когда-то. А Эллара была выше меня почти на полголовы – многих мужчин за пояс заткнет.

– Всё хорошо, Эллара, не смущайтесь, – я улыбнулась девушке как можно мягче и ободряюще коснулась её руки. Кто-то противно хихикнул, – я ценю искренность и правдивость, а не угодливость и услужливость. Уверена, вы меня понимаете.

Наши взгляды столкнулись. У дочери Судьи были глаза цвета топлёного шоколада и… ярко-зелёные, явно окрашенные волосы. Причём красила девушка их не сама, судя по злорадным взглядам некоторых леди.

– Я буду счастлива защищать Ваше Высочество и помогать вам в любом начинании. Я готова принести вам клятву верности! – Эллара мотнула головой, как норовистая лошадь и упрямо выпятила подбородок.

Она покраснела ещё гуще, передернула плечами, но не сдалась.

– Корова племенная, а всё туда же, – шёпот был почти неслышным, но мой слух стал заметно лучше.

– А вымя-то какое, позорище, – добавили шёпотом.

Рука девушки дёрнулась, пытаясь прикрыть высокую большую грудь. Эллара была девушкой статной и выдающейся во всех отношениях. Про таких наша нянюшка говорила восторженно – на одну грудь уложит, другой прихлопнет, огонь-девка!

Да, будь она обычной горожанкой или деревенской девчонкой, отбоя бы от кавалеров не было. Но мир знати жесток.

Я в него не вписывалась, хотя куда там моим статям, а эту девушку откровенно травили. Наверняка отец ничего не знал, мужчинам такие мелочи неинтересны.

– Корри, – ласково улыбнулась я размякшему и зачесанному мантикотику, – ты же любишь закусывать красотой глупых девиц, правда?

Кто-то взвизгнул.

Кто-то взвизгнул.

Мантикора, как пантера, поднялся гибко с моих колен, одарил всех присутствующих презрительным взглядом, спрыгнул на пол и, крадучись, направился к сжавшимся девицам.

Императрица обернулась. На её лице было написано лёгкое недоумение. Я ощутила прикосновение магии, но чужая сила мгновенно отпрянула, стоило ей коснуться моей защиты.

– Прислушайтесь к доброму совету, моя принцесса, – с мягкой нежной улыбкой проворковала вдруг одна из фрейлин императрицы.

Она поднялась – и изящной походкой умирающей лебеди направилась к нам.

В воздухе запахло скандалом. Мантикот, задравший лапу возле одной из будущих фрейлин, замер, щуря глаза и нервно дёргая усами.

Выцветшая, как недокормленная моль, и такая же худая, фрейлина императрицы склонилась ко мне, обдавая едким запахом цветочных духов.

– Вы же хотели проверить всех на артефакте, который определяет невинность? – В сгустившейся тишине её голос прозвучал резко. – Ходят слухи, – она облизнула тонкие светлые губы, – что эрса Стаэлли не девица. Вам не стоит марать свою репутацию, отвергая невинных девушек из известных семей и приближая себе дочь…

– Великого Судьи? – Я с «недоумением» улыбнулась, хлопнув ресницами.

– Ах, она всего лишь принятый в род бастард, – скривила личико фрейлина.

Эллара сжала побелевшие пальцы. Её грудь заколыхалась, грозя прорвать ткань платья. По щекам поползли некрасивые алые пятна, а в глазах отразилась безысходность.

Настоящий ужас. Неподдельный.

Фрейлина императрицы медленно перевела туманный паучий взгляд на застывшую девушку.

Я видела в её глазах торжество.

Видела, как оживились остальные гиены.

Только три девушки остались совершенно равнодушны к происходящему.

Одна – в скромном, явно переделанном платье ещё прошлого сезона жалась к окну. Вторая, не скрываясь, читала, не замечая ничего вокруг. А третья сжимала кулачки, и на её маленьком личике был написан воинственный клич. Казалось, ещё немного – и она кинется на эрсу фрейлину и расцарапает ей лицо.

В комнате стало так душно, что воздух зазвенел.

Может, мне и хотелось бы, чтобы в этот момент на пороге возник прекрасный принц-защитник, и в одно мгновение решил все мои проблемы.

Но пока самой большой проблем был как раз этот самый принц.

Что ж…

Я подавила дрожь. Нельзя показывать неуверенность – съедят.

Нужно срочно решать,