Его маленькая слабость - Алиса Лиман

ГЛЕБ

Вылезаю из машины, и иду к Аниной двери, пока меня не опередил Витек. Но этот проворный мерзавец уже тут как тут. Бросаю выразительный взгляд на водилу и он понимающе отступает на шаг назад.

— Анют, ну чего ты там? — спрашиваю, заглядывая в машину.

— Ой, не смотрите! Сейчас платье поправлю… — ворчит она, отворачиваясь от меня корпусом и подтягивая тесный лиф. Надеюсь, я не переборщил со шнуровкой.

— Опять выкаешь, — бурчу себе под нос.

Выпрямляюсь и оцениваю придирчивым взглядом свой любимый клуб. Почему-то именно это заведение из всей сети вызывает у меня отеческий трепет.

Слышу, что Витек снова ближе подходит:

— Мне вас в машине ждать? Или лучше с вами войти?

— Будь здесь, — не оборачиваясь, велю я. — Волноваться не о чем. Там все свои.

Ко входу уже тянутся гости. Киваю то одному, то другому. Подозрительно щурюсь, замечая новые лица на нашем закрытом мероприятии. Стоит пересмотреть политику приглашений для аукционов. Они с этим «плюс один» всякий сброд тянуть начинают.

— Эм, — Витек мнется, явно желая что-то еще спросить.

— Выкладывай уже. Знаешь же, не люблю, когда мямлят! — строго говорю я, все же повернувшись к водиле лицом.

— Глеб Виталич, вы ж это… надеюсь хоть не себе ноги брили?

— Ты о чем? — непонимающе морщусь я.

— Ну, Анюта в машине ругалась, что вы расстарались и ноги побрили, и…

До меня наконец доходит, что имеет в виду Витек, и я едва не складываюсь пополам от смеха:

— Даже если себе, тебе, что за дело? Или опять Надежде побежишь докладывать? Так она больше у меня не работает!

Лицо Витька становится пунцовым:

— Да ничего я ей не говорил! — начинает оправдываться он. — Она спросила, чего видал, ну я и сказал, что по магазинам прокатились. А она – змея хитрющая, еще спрашивает: по женским или по мужским? Ну, я и…

— Впредь будешь знать, — строго говорю я и понижаю голос. — Кстати, о тех, кому нельзя доверять! Чуть не забыл. Свяжись с начальником охраны, и вели прислать мне видео с камер за пятое декабря. Чем быстрее, тем лучше! И если еще раз начнешь трепать языком что не попадя, я тебе прослушку в машину поставлю. Понял меня?!

Хотелось бы продолжить воспитательный процесс, но в мой пиджак на уровне ремня вцепляются тонкие пальчики:

— Пойдемте? — спрашивает Анюта.

Подхватываю ее под локоть и помогаю выбраться из машины:

— Ну что, готова? — улыбаясь, спрашиваю я, попутно проверяю, все ли с ней в порядке.

Мотает головой, а я смеюсь в ответ. Вечер начинается весьма занятно.

Уже через пару минут мы оказываемся за сценой. Аня заметно нервничает, потому я не спешу отпускать ее ладонь.

— Все будет хорошо, — бормочу я. — Мне лишь нужно, чтобы ты спела в живую. Как умеешь. Они влюбятся в тебя, так же, как я.

Вижу, что это мало помогает. Анюта хоть и пытается скрыть волнение, но бедный подол платья уже измялся под ее нервными пальчиками.

Кивком показываю подоспевшей гримерше, что еще не время. И заключаю Невеличку в объятия:

— Если так боишься, я могу пойти с тобой.

— И петь будешь? — не без сарказма спрашивает она.

— Ну вот, оказывается, тебя нужно было вывести из зоны комфорта, чтобы ты перестала мне выкать?

— Я туда еще и не заходила, — продолжает язвить девушка, закусывая губку.

Прихватываю ее подбородок пальцами и тянусь к губам:

— Скоро зайдем, — усмехаюсь я, и оставляю короткий поцелуй на ее губах.

— Иди уже, — не отстраняясь, шепчет она в мой приоткрытый рот.

— Куда? — непонимающе хмурюсь.

— Работать, Глеб Витальевич! Вы же сюда не целоваться приехали. Надеюсь, — и последнее она сказала с толикой очевидной ревности.