Машина любви - Жаклин Сьюзан

— Оставайтесь с ней, Серджио. Я обещаю вам, что если Китти не станет, то позабочусь о том, чтобы вам платили пожизненную пенсию.

Серджио пожал плечами.

— Деньги для меня еще не все, — он помолчал. — Робин, сделайте мне рождественский подарок, чтобы у меня осталась память о вас.

Они стояли у витрины, где были выставлены мужские часы с браслетами, украшенные бриллиантами. В глазах Робина появился отблеск недоверия.

— Ладно, приятель. Что привлекает эти большие черные глаза?

— Вон там, — Серджио подвел Робина к витрине, в которой были выставлены золотые браслеты. — Мне всегда хотелось иметь такой.

Робин сдержал улыбку. Эти браслеты стоили самое большое восемнадцать долларов. Он сделал жест рукой.

— Выбирайте.

Молодой человек обрадовался, как ребенок, и выбрал самый дешевый браслет.

— Можно мне выгравировать на нем свое имя? За это, правда, придется заплатить дополнительно. Робин улыбнулся.

— Ну, что ж, назвался груздем — полезай в кузов. Пишите все, что хотите.

Серджио захлопал в ладоши. Пока он шумно объяснялся по-итальянски с хозяином лавки, Робин ходил от одной витрины к другой. Внезапно его внимание привлекла пантера из черной эмали с зелеными глазами. Он сделал знак продавцу.

— Сколько?

— Четыре тысячи.

— Лир?

— Долларов.

— За это?

Продавец положил брошь на кусок белого бархата.

— Это самая красивая брошь, которую можно найти в Риме. Ей триста лет, а этим изумрудам в глазах нет цены. Вам придется платить за нее пошлину — это антикварная вещь.

Робин стал внимательно рассматривать пантеру. Камешки в глазах были точно такого же цвета, как у… Он отвернулся, но, быстро спохватившись, попросил продавца завернуть ее. Он должен был сделать что-нибудь для Мэгги после той ночи. Робин заполнил чек и положил коробочку в карман.

Робин еще никогда так приятно не проводил Рождество. В очаге потрескивал огонь, елка, украшенная разноцветными лампочками, доставала до самого потолка. В полночь все достали свои подарки. Китти подарила Робину и Серджио бриллиантовые запонки, а Серджио преподнес Робину золотой медальончик с изображением святого Христофора. Робин был тронут и смущен.

— Это талисман, — объяснил Серджио. — Вы ведь столько путешествуете.

Китти тоже очень обрадовалась подарку.

На следующий день вилла заполнилась многочисленными гостями. Робин много выпил и остаток ночи провел в квартире красивой югославки, муж которой был в Испании в командировке. Половину следующего дня они провели в постели, занимаясь любовью. Он возвратился в палаццо без сил, но довольный.

Неделя пролетела быстро.

Серджио отвез его в аэропорт.

— Позвоните мне, если Китти будет плохо себя чувствовать, — настоятельно попросил Робин. — Заставьте ее обследоваться. Она не признается вам, что плохо себя чувствует, чтобы не показаться старухой, но если у вас возникнут малейшие опасения — вызывайте врача.

— Можете на меня положиться, Робин. Они подходили к залу для вылетающих пассажиров. Багаж Робина был уже зарегистрирован.

— Робин, вам, наверное, тоже нужно показаться врачу.

— Но я чувствую себя здоровым, как бык.

— Нет, тут другое.

Робин внезапно остановился.

— Что вы имеете в виду?

— Вас что-то сильно беспокоит. Вы кричали во сне две ночи подряд. Прошлой ночью я даже прибежал в вашу комнату…

— И что же я кричал?

— Вы метались в кровати, цеплялись за подушку и кричали: «Умоляю! Не оставляй меня!»

— Слишком много водки, — сказал Робин.

Он пожал Серджио руку и пошел к самолету. Но он думал о его словах во время всего путешествия и даже тогда, когда показывал брошь на таможне, где он вынужден был заплатить астрономическую пошлину. И он думал об этом, возвращаясь домой в такси. Что-то странное было во всем этом. Даже в лучший период своих отношений с Амандой никогда он не дарил ей таких дорогих вещей. Может, его угнетало чувство вины? Но четыре тысячи долларов плюс пошлина — слишком дорогая цена за одну проведенную ночь. Ночь, которую он даже не мог вспомнить.