Греховные обязательства - Грейси Бек

Когда она наконец поднимает взгляд и видит меня, слегка вздрагивает. Широко распахнутые карие глаза встречаются с моими.

— Ты напугал меня.

Пожимаю плечами, отталкиваюсь от бортика и выхожу на каток, ступая на лед.

— Я не хотел.

Она скользит ближе и притормаживает в паре шагов от меня.

— Что ты здесь делаешь? Тренировка только через час. — Ее взгляд перемещается за мое плечо — к большим часам, которые, как я знаю, висят на стене.

— Я подвез Чарли, она хотела потренироваться в одиночку.

Ее глаза сужаются в замешательстве. За полтора года, что они с Шарлоттой занимаются этим, я никогда раньше не приходил с сестрой.

На секунду повисает тишина.

А потом мой рот сам открывается:

— Я вчера подслушал ваш с Шарлоттой разговор.

Ее плечи напрягаются.

Она опускает взгляд на лед.

— А…

Смущена.

Она избегает моего взгляда.

— Я не специально, — добавляю я. Это не совсем правда. — Но вы не особо-то и шептали.

Ее челюсть напрягается.

Я почти вижу, как она прокручивает в голове каждое сказанное слово. Она слегка откидывается назад и отводит взгляд. Ее лицо меняется, щеки заливает румянец.

От этого у меня внутри что-то неприятно сжимается.

Она сглатывает:

— Как много ты услышал?

Я делаю шаг ближе:

— Ты хочешь, чтобы кто-то научил тебя угождать парню.

Она вздрагивает, глаза резко встречаются с моими.

Не могу сдержать усмешки: румянец смущения на ее щеках становится еще ярче, такого оттенка я у нее еще не видел.

— Не стоит так это формулировать — когда ты так говоришь, это звучит… противно.

— Ну, тем не менее именно этого ты и хочешь — я слышал разговор. Хочешь получить пару советов.

— Как много ты все-таки услышал?

— Достаточно.

Она фыркает.

Моя усмешка становится шире, я наклоняю голову:

— Ты собиралась попросить Джастина научить тебя…

Ее голова резко поднимается:

— Я не собиралась… — слова вырываются слишком быстро, — я не собиралась просить Джастина, — заканчивает она уже тише.

— А кого тогда собиралась попросить?

— Еще не решила, — бормочет она, избегая моего взгляда.

— То есть на всем кампусе нет ни одного парня, который мог бы научить тебя, как…

Эти карие глаза снова смотрят на меня, ее руки взлетают, жестикулируя в воздухе и прерывая мою фразу.

Я усмехаюсь.

Она смотрит на меня в упор, и тут я вижу, как в ее глазах вспыхивает огонек.

— А что, если я хочу научиться угождать себе? Или говорить парню, чего хочу? Почему все обязательно должно быть про удовольствие парня?

Что-то внутри меня меняется.

Слова срываются с языка прежде, чем я успеваю их остановить:

— Ладно, ты меня убедила, я берусь за эту работу.

Блядь.

Теперь уже не возьмешь слова обратно.

Она моргает, глядя на меня:

— Что?

Что я творю?

— Когда хочешь начать?

— Прости?

— Ты же хотела кого-то опытного — насколько я знаю, именно так меня и называют в универе, — пожимаю плечами. — И я точно не доверю тебя никому из остальных парней.

Я напрягаюсь и выпрямляюсь, скрещивая руки на груди:

— Так когда хочешь начать?

— Я тебя не просила, — бормочет она.

Я знаю.

— Я предлагаю, Айви.

— А если я не хочу, чтобы это был ты?

— Почему нет?

— Ты лучший друг моего брата, брат моей лучшей подруги — это практически грех.

Я почти готов отступить, сказать ей забыть обо всем, потому что все, что она говорит, — правда, но…

— Это идеальный вариант: мы знаем, что не влюбимся друг в друга, так что все будет просто, никаких границ не будет нарушено.

— Что ты с этого получишь?

— Бесплатное репетиторство. Мои оценки должны быть идеальными, иначе я вылечу из хоккея. Три месяца, только до экзаменов — вот и все.

— Ты брат Чарли.

— И что?

— А то, что это все усложняет.

— Только если мы сами это усложним.

Ее дыхание меняется.

Я делаю шаг ближе:

— Никаких границ. Три месяца. Ты занимаешься со мной, а я учу тебя.

Она не отвечает.

Ее глаза всматриваются в мои, будто она пытается отыскать ловушку.

Ловушки нет.

Позади меня скребут коньки по льду.

Шарлотта.

Ну конечно.

Моя челюсть напрягается.

Не сейчас.

Я не смотрю на сестру.

Мой взгляд по-прежнему прикован к Айви.

Потому что мне нужен ее ответ.

Шарлотта подъезжает ко мне, и теперь мы оба смотрим на Айви.

— Готова? — Шарлотта поворачивается к Айви. — У нас примерно час, пока остальные болваны не явятся и не испортят нам тишину. — Сестра бросает на меня взгляд через плечо — взгляд без упрека.

Но я все еще смотрю только на Айви.

И ее взгляд по-прежнему прикован к моему.

— Да. Ладно, — тихо выдыхает Айви, будто ей стоило немалых усилий выдавить эти слова.

Это не для Шарлотты.

Это для меня.

Тепло разливается в груди.

Я не расплываюсь в улыбке.

Лишь чуть-чуть.

Легкая, понимающая усмешка.

Она тут же отводит взгляд.

Шарлотта хмурится:

— Ладно — что?

— Ничего. Давай начнем, — поспешно говорит Айви.

Шарлотта пожимает плечами и отталкивается.

Потом ее взгляд резко обращается ко мне:

— Что ты делаешь на нашем льду? У тебя тренировка только через час.

— Я же сказал — нужно отработать броски.

Она закатывает глаза:

— Ну конечно. Иди. Туда, — она машет рукой в сторону дальнего края. — Держись своей стороны.

Я разворачиваюсь и направляюсь к раздевалке, чтобы переодеться, ощущая взгляд Айви на своей спине, словно обжигающее прикосновение.

И это действует на меня сильнее, чем должно бы.

3

Совет третий: выбирай друзей, которые воплощают в себе того человека, которым ты хочешь стать. Ты подражаешь тем, кто рядом: если окружить себя людьми, чьи ценности и образ жизни не совпадают с тем, кем ты хочешь быть, ты никогда не станешь тем, кем суждено. Выбирай мудро, ибо ты выбираешь для своего прошлого, настоящего и будущего «я».

В этот час на катке тихо. Как и всегда, когда мы с Шарлоттой сюда приходим.

Она теперь не может, когда ее видят на льду.

Не потому, что не умеет кататься.

А из-за лиц.

Из-за жалости. Из-за перешептываний. Из-за этого «о Боже, помнишь, как…».

Она предпочитает, чтобы лед был пуст, чем мириться с этим.

Поэтому мы приходим рано.

Или поздно.

Когда здесь только мы, тишина и лед.

Сегодня тишина какая-то особенно гнетущая.

Обычно мне это нравится. Но сегодня кажется, будто нечем дышать — будто весь кампус затаил дыхание из-за того, что только что произошло.

Как бы мне хотелось хоть чем-нибудь отвлечь себя от того, на что я только что согласилась.

Иногда я думаю,