Десять писем - Лия Аструм

За всё это время я не получила ни одного звонка, ни одного даже коротенького сообщения. Будто те пятнадцать минут в моей комнате были просто игрой моего больного воображения. Признаться, я испытала весь спектр неприятных эмоций. Сначала придумав сотни причин в его оправдание, я ждала хоть какой-то весточки от него. Потом на смену жалкого ожидания пришла злость на этого козла, который безнаказанно может меня так страстно прижимать, а потом попросту забыть о моём существовании. И, наконец, принятие. Ему просто плевать на меня, а мне нужно прекратить выдумывать то, чего нет.

И всё-таки я скучала. Никогда не признаюсь, но пару раз я пыталась отправить ему сообщение, заново набирая и удаляя текст нелепого содержания. В итоге гордость победила, и они так и остались забытыми недописанными черновиками в архивной папке.

Почему я не испытывала такой привычной радости в мой любимый день? Потому что он забыл. В Токио уже была ночь, а это означало лишь одно –  поздравление я не получу.

Затушив сигарету, я уселась в плетёное кресло, думая о том, что один из моих любимых праздников пройдёт в этом чёртовом доме. Трис предлагала арендовать ресторан, нанять организаторов, фотографов, собрать чуть ли не весь Манхэттен и отгулять на полную катушку. И я согласилась бы, если бы Алекс почтил меня своим присутствием. Чтобы надеть свой лучший наряд и раскидывать обворожительные улыбки направо и налево, демонстрируя напускное счастье и показывая, как меня совсем не трогает его затянувшееся молчание. Но увы, планы пришлось изменить, и я решила ограничиться ужином в кругу близких. Хотя я не уверена, что к близким можно отнести партнёров и друзей Ричарда. Впрочем, по большому счету, мне уже стало плевать. Это мой последний день рождения в этом склепе воспоминаний.

– Какого хрена ты здесь расселась? – раздался возмущённый голос Лекси. Загородив собой солнце и уперев руки в бока, она с напускной злостью сканировала меня взглядом.

– А ну-ка, вставай! – Схватила она меня за руку. – Пойдём делать из тебя принцессу. Господи, ещё и накурилась, – ворчала она, пока тащила меня в спальню. – Пахнешь как бродяга с улицы.

Они точно родственники.

Спустя несколько часов по взгляду Лекси не сложно было догадаться, что результатом проделанной ею работы она осталась удовлетворена. Она отказалась от всех стилистов и с огромным энтузиазмом принялась делать мне макияж сама. Я ей доверяла, потому что в учебные годы она не раз изгалялась над моим лицом, дабы улучшить свои навыки визажиста, и получалось у неё довольно неплохо.

«А сейчас стала настоящим профессионалом», – думала я, рассматривая в зеркале своё новое лицо.

Проведя массовую экзекуцию над моими вещами, Лекси самостоятельно выбрала мой праздничный наряд, и теперь я скептически рассматривала висящее на дверце шкафа платье и стоящие на полу чёрные туфли на шпильке, которой запросто можно забить человека насмерть.

– Я не смогу надеть лифчик!

– Он тебе не нужен.

– Я замёрзну, и у меня встанут соски.

– Дома тепло, а если встанут по другой причине, то никто не заметит. Там плотная ткань.

– Ты видела этот каблук? Я упаду и сломаю ногу!

– Не упадёшь.

– Давай соберём волосы наверх.

– С этим платьем лучше оставить распущенными. Сделаем лёгкие волны.

– Я считаю…

– Вивиан, заткнись! – не выдержала она, больно дёрнув меня за прядь волос. – У тебя что, дни психоза?

– Нет, – промычала я, потирая ноющий участок кожи на голове.

– Тогда сиди молча, – бескомпромиссно закончила она наш маленький спор и продолжила колдовать над моей причёской.

 Надев на себя лучший, по мнению моей наглой подруги наряд, я широко раскрытыми глазами уставилась в собственное отражение. Рыжие пряди лёгкими волнами раскинулись по плечам. Некоторые из них выгорели и после плойки ассиметрично чередовались от тёмно-медного до золотисто-оранжевого. По мне, было очень даже красиво. Но Лекси, совсем не стесняясь, не упустила шанс сказать, что это больше похоже на неудачное окрашивание, заявив, что в следующий раз приедет с чемоданом каких-то волшебных масок.

Вызывающий красный бархат выше колен с длинными рукавами облепил меня словно вторая кожа, а глубокий v-образный вырез доходил чуть ли не до пупа и совсем не оставлял никакого простора для фантазии. Каблук был размером с мою голову, и я всерьёз задумалась о собственной безопасности. Она с ума сошла?! Даже для меня это было слишком.

В душе я понимала, что моё психованное настроение связано вовсе не с платьем и туфлями. Наряд был достаточно откровенным, сексуальным, но не пошлым. Я носила и похлеще этого. Моя злость и детские капризы распространялись сегодня на всех и каждого только потому, что его, этого высокомерного, самоуверенного, наглого (я могла продолжать бесконечно), напыщенного гада не будет. Я не хотела праздника без него и от этого бесилась ещё больше.

«Никогда его не прощу, – пообещала я самой себе. – Если не поздравит до полуночи – никогда не прощу».

Очень интересное занятие выставлять требования тем, кто никогда о них не узнает.

«Не прощай. Только трусы не забывай выжимать при виде его», – расхохоталась гадина внутри меня.

Достав из шкатулки с драгоценностями подвеску в форме лотоса, я попросила Лекси застегнуть застёжку на тонкой серебряной цепочке.

– Она сюда совсем не подходит, – ворчала подруга, перекидывая мои волосы на одну сторону. – Сюда нужно что-то более изящное и на более длинной цепочке. Эта слишком короткая.

– Без неё я не выйду из этой комнаты, – угрожающе произнесла я, всем своим видом демонстрируя, что в этом вопросе я уступать не намерена.

Эта подвеска – единственное, что подарил мне Друг, и я очень трепетно относилась к ней. Она имела для меня особенное значение, поэтому и оказывалась на моей шее только в особенный день, напоминая мне о том, что я не буду расти вечно и совсем скоро навсегда отмоюсь от грязи, прилипшей ко мне на долгие годы.

– Боже, хорошо. Только не надо так на меня смотреть, – закатила глаза Лекси и, щёлкнув застёжкой, поправила мне причёску. – Выглядишь потрясающе! – улыбнулась она.

К шести часам вечера стали собираться гости. Не решаясь пока спуститься вниз, я рассматривала их со второго этажа. Я заметила Эвана в кругу коллег с работы, Нейта с Трис, о чём-то оживлённо переговаривающихся на другом конце зала, а также громко смеющихся Джеймса, Энди и Криса возле стола с закусками.

 Некоторых гостей я даже не знала. Видимо, это и были партнёры и друзья Ричарда. Сам же он, совершенно не выглядящий больным, держа в руках бокал шампанского, скорее, для вида, потому что пить