Сделка - Людмила Волок

– Ну что, сделали? – спросил Прилипко, поднимая глаза на вошедшего Сергея.

– Да вроде сделали.

Серега с самого утра побывал в отделе кадров – начал собирать документы для поступления в автотранспортный. Крестный идею горячо поддержал; в душе он даже ликовал: наконец-то любимый крестник взялся за ум и начнет учиться. Он видел, что с парнем что-то происходит; наверняка, девушка замешана. Но с расспросами не приставал – для этого у Сереги мать есть. А его дело – помочь парню поддержкой.

– Молодец, – еще раз похвалил крестника за принятое наконец решение поступать в институт. – Не переживай: на сессию всегда отпустим без проблем. Ты, главное, учись, и на этот раз чтобы вуз не бросал!

– Не брошу, это уж точно, – пообещал Сергей.

У него зазвонил мобильный, и парень вышел из гаража. Номер не высветился – странно, неужели дружки Вадима никак не могут успокоиться? Или он снова что-то натворил?

Заранее предвкушая неприятный разговор, Сергей ответил резко и сердито:

– Алло!

– Аня в реанимации, – вместо приветствия сообщила трубка голосом Ольховского.

– Что?! Почему? – заволновался Сергей. Он даже не спросил, чем обязан звонку этого человека.

– Ты сейчас на маршруте? Или выходной? – проигнорировав вопрос, начал в свою очередь деловито выяснять Анин отец.

– Что с Аней? – почти закричал Сергей.

– Ну вот, нашла коса на камень… – заворчал Александр Петрович. Но про себя удовлетворенно отметил: парень не начал покорно отвечать, а гнет свое. Волнуется…

– Надеюсь, все будет в порядке. Если ты приедешь.

– Где она? – отрывисто спросил Сергей. Дышать ему стало трудно, воздуха не хватало, и он, расстегивая куртку, так ее рванул, что чуть не сломал замок.

– Приезжай в первую больницу, я тебя встречу возле реанимационного отделения.

– Сейчас буду, – проговорил скороговоркой, нажал «отбой». Подбежал к первому, кого встретил на территории гаража – уборщице тете Клаве.

– Тетя Клава, слушайте внимательно: я на смену не выйду. Чрезвычайные обстоятельства. Должен бежать. Передайте Прилипко! – и умчался за проходную – ловить такси.

Тетя Клава от изумления даже глаза вытаращила:

– Куда? Какие такие чрезвычайные?

Всегда такой спокойный и уравновешенный Никольский вел себя, как ненормальный! А вдруг, действительно, с парнем что случилось?! Молодежь…

Она быстрым шагом направилась в кабинет к начальству, приоткрыла дверь и испуганно проговорила, обращаясь к Прилипко:

– Там Никольский, ужас, весь расхристанный, глазами вращает, сказал – на смену не ждите – чрезвычайные обстоятельства!

– Не понял, – встревоженный заведующий гаражом встал из-за стола и распахнул дверь полностью: – Конкретнее говорите, Клавдия Васильевна! Где Серега?

– Так убежал, говорю же! Чрезвычайные!

* * *

Сергей метался на обочине дороги, беспорядочно взмахивая руками, пока возле него не притормозил забрызганный грязью «жигуленок».

– Первая больница, срочно! – завопил Серега, падая на переднее сиденье.

Перед последним светофором попали в пробку; Сергей ерзал на месте, злился. Наконец, не выдержал, сунул водителю деньги и выбрался из машины.

– Ты куда?! – завопил тот. – Сейчас поедем, все равно быстрее будет машиной!

Но Сергей его не слышал. Сначала быстрым шагом, а потом – бегом, по слякоти, лавируя между машинами и шарахающимися от него прохожими, Серега бежал что есть сил. К своей любимой, к своей судьбе, к своей жизни.

Он примчался к больнице, задыхаясь, весь мокрый от пота. Не останавливаясь, на ходу снимая куртку, побежал на третий этаж – к реанимации.

Возле отделения стоял Ольховский.