Изменница - Виктория Холт

За полдником Дикон был в превосходном настроении. Он рассказал, что во время конной прогулки он и Эймос Керью объехали поместье, от которого Дикон был в восторге.

— Эверсли! — восклицал он. — Это просто сокровищница! Но, к своему сожалению, я не обнаружил кое-каких вещей. Я подозреваю вас, госпожа Джесси. — Дикон указал на нее пальцем. Джесси побледнела, и я увидела, как ее рука сжала край скатерти. — Да, — продолжал Дикон. — Я подозреваю вас в этой женской привычке все вокруг изменять.

Джесси немного расслабилась.

— Ну, я люблю это делать время от времени.

— Да, мы все это любим, — сказал Дикон. — Это вносит разнообразие в нашу скучную жизнь. Когда я был здесь в последний раз, меня очаровала коллекция нефритов. Дядя Карл много путешествовал, и кое-что ему удалось сохранить. Я считаю, его нефриты немало стоят.

— Перед тем как его хватил удар, ваш дядя вел себя странно, — заметила Джесси.

— Да, да… — вмешался доктор. — Мне кажется, вы говорили, что у него возникла навязчивая идея продать свои вещи, поскольку ему, якобы, не хватало денег…

— Ну да, — сказала Джесси. — Он приглашал в дом гостей, а потом, бывало, пропадала какая-нибудь вещь. Просто вы замечали, что ее нет. К тому же его светлость имел привычку прятать вещи.

— Очень жаль, — сказал Дикон. — Я попытаюсь найти некоторые вещи из нефрита, которые не обнаружил. Вероятно, дядя Карл куда-то их спрятал. Я очень надеюсь, что он не продал курительницу фимиама. Это была необычная вещь, одна из моих самых любимых.

— Вполне возможно, что она спрятана, — сказала Джесси. — Вы должны мне ее описать, и я велю горничным поискать. Вероятно, она спрятана в таком месте, которое вам и в голову не придет.

— Это будет наша новая игра, — сказал Дикон. — Кстати, я надеюсь, что больной не очень расстроился вчера вечером?

— Он был немного взволнован, — заметил доктор.

— Тем, что я появился, вы хотите сказать? Но он даже не взглянул на меня. Он не смог бы меня увидеть из-под этого колпака, надвинутого прямо на глаза.

— Я не думаю, что он действительно знал о вашем присутствии, — сказал доктор. — Но, ощутив что-то необычное, он мог почувствовать неудобство. Поверьте мне, его состояние настолько опасно, что я не могу допустить этого. Я полагаю, будет лучше, если я установлю контроль за посещениями, чтобы он чувствовал себя спокойно.

— Не слишком ли много посетителей сразу, а?

— Я думаю, это можно понять.

— Здесь был старый сундук, который меня весьма интересовал, — сменил тему разговора Дикон. — Не очень хороший, но с изумительными медными вставками. Правда, дерево местами подгнило, а кое-где поедено жучком. Думаю, он изготовлен во времена Тюдоров. Я ведь всегда интересовался мебелью, правда, Сепфора? Мой недостаток в том, что я всегда интересуюсь не тем, чем надо, но это неважно. Как любят говорить в моей семье, я до сих пор еще ребенок.

— Так что с этим сундуком? — спросила я.

— О, я только пытался найти его, вот и все. Я думал, он в зимней гостиной, но, очевидно, ошибся, потому что на его месте увидел сундук гораздо более позднего времени. Возможно, я видел его не здесь. Сепфора, что вы собираетесь делать сегодня после обеда? Наверное, вы не собираетесь навещать дядю Карла?

Мы оба посмотрели на доктора Кэйбла.

— Не о чем говорить, — произнес он. — Я вообще не уверен, что вы сможете сегодня его увидеть. Он сейчас не в состоянии кого-либо принимать.

— Слишком много посторонних в доме, — заметил Дикон.

— Откуда бы он мог это узнать? — спросила я.

— Загадка, — сказал Дикон, ухмыляясь.

Мне было приятно выйти из-за стола. Я хотела покинуть этот дом, чтобы не видеть Дикона. Мой сон стал беспокоить меня. Я совершила длительную прогулку верхом, на этот раз не к морю. И, когда я решила, что пора возвращаться, был уже пятый час. Я повернула на дорогу, ведущую к Грассленду, — симпатичному поместью, окруженному лужайками с высокой травой, от которых, я думаю, оно и получило свое название.

Около ограды я увидела привязанную лошадь. Я узнала ее — это была лошадь Дикона.

«Дикон не теряет времени даром», — подумала я. Моим первым желанием было уехать прочь как можно скорее. Я не хотела видеть Эвелину, но потом подумала, что, может быть, мне следует наставить Дикона на путь истинный. В конце концов, он член нашей семьи, хотя совсем еще ребенок. Одно дело развлекаться с незамужней девушкой, но, если у нее есть муж, Дикон может навлечь на себя серьезные неприятности.

Хотя, я думаю, он просто по-дружески зашел в гости и мои обвинения напрасны.

Я привязала лошадь, быстро подошла к входной двери и позвонила.

Дверь открыла горничная и вопросительно взглянула на меня.

— Госпожа Мэйфер дома? — спросила я.

— Да.

— Пожалуйста, передайте ей, что здесь госпожа Рэнсом.

— Прошу вас войти, — сказала горничная. Я прошла в зал, немного меньший, чем в Эндерби, и без галереи менестрелей.

— У госпожи сейчас гость, — сказала горничная, — но я доложу о вас.

Вскоре она вернулась:

— Прошу вас, следуйте за мной.

Я поднялась за служанкой по широкой лестнице и прошла в гостиную.

Эвелина пошла мне навстречу, раскрыв объятия. На ней было модное розовое платье, ее лицо было искусно подкрашено, волосы аккуратно убраны в прическу. Она вся светилась от удовольствия. Безусловно, ей нравилось играть роль хозяйки дома. Увидев мужчину, расположившегося в одном из кресел, я догадалась, что это Эндрю Мэйфер, а в кресле напротив, вытянув ноги, развалился Дикон.

— Какая радость! — возбужденно проговорила Эвелина. — Пожалуйста, проходите и познакомьтесь с моим мужем. Я очень много говорила Эндрю о вас.

Мне показалось, что я уловила скрытый смысл в ее словах, но сделала вид, что ничего не заметила. Эндрю Мэйфер поднялся и, опираясь на трость, подошел ко мне.

— Очень рад познакомиться с вами, — сказал он. Я смотрела в его добрые голубые глаза. Его улыбка была приятной и действительно доброжелательной.

— Моего второго гостя вы знаете, — продолжала Эвелина.

Дикон встал и отвесил мне шутовской поклон.

— Да, я заметила его лошадь и…

— Какое разоблачение! — пробормотал Дикон, подняв глаза к потолку. Вы знаете, меня послали сюда, чтобы присмотреть за ней, но, кажется, это она присматривает за мной.

— Но всюду успеть за тобой совершенно невозможно, — сказала я.

Эвелина усмехнулась. Затем обратилась к мужу.

— Ах, Эндрю, милый, садись, — сказала она. — Ведь тебе тяжело стоять.

Она взяла его за руку и бережно подвела к креслу.