Ржавчина - Виктория Юрьевна Побединская

От одного упоминания внутренности стягивает в морские узлы. Потому что Вирджиния – единственное место, куда я не попаду точно, а Кавальерс – единственная команда. Я мечтал оказаться там с седьмого класса. И именно эта мечта пошла прахом пару недель назад, когда я познакомился с их тренером.

– Я тоже туда подала, – ничего не подозревая, улыбается Анна. – Но лишь потому что знала, ты точно его выберешь.

Я притягиваю ее к себе, слегка покусывая за кончик носа.

– Маленькая сталкерша.

Пусть и дальше считает, что у нас есть шанс.

Она беззвучно смеется, и я к этому уже даже привык. Но самое главное – я вижу, как она перестает стесняться, и даже сейчас, рассказывая о том, что никогда не сбудется, ведь учеба в Вирджинии стоит больше пятидесяти тысяч, я не смею ее останавливать.

– Только представь, как мы будем гулять по лужайкам, на которых сам Джефферсон бродил когда-то. Держась за руки в ротонде, не от кого не скрываясь. Целоваться в библиотеке до одури. Ты видел, какая там библиотека?

Я, улыбаясь, качаю головой.

– Одна из самых лучших в мире, Август. Давай, я тебе покажу, – ее телефон валяется на соседней парте, и она тянется, чтобы достать, но я перехватываю ее за талию, сажая к себе на колени.

– Можем, лучше съездим туда как-нибудь, например, на выходные? Погуляем по этой твоей ротонде, – предлагаю я, а потом шепотом добавляя: – И если нас пустят в библиотеку, то ждать начала семестра не обязательно.

Вместо ответа Анна прижимается губами к моим.

– Видимо, это да? – смеюсь я, притягиваю свою Принцессу ближе, чтобы еще раз медленно и глубоко поцеловать. Надо отметить, за то время, что мы вместе, она в этом деле очень поднаторела. И теперь намеренно сводит меня с ума.

Наши сердца стучат так, что мы не слышим, как открывается дверь. Не слышим шагов и, судя по всему, покашливания, потому что оторваться друг от друга невозможно. И едва не подскакиваем, когда со стороны доски раздается голос:

– Я так понимаю, вам теперь один на двоих проект давать нужно?

Вот же блин!

Эта дотошная, никогда не оставляющая меня в покое мисс Остин стоит, сложив руки на груди, но на удивление на этот раз на ее лице нет ни грамма недовольства. Она улыбается.

– И вы еще будете рассказывать мне, О’Доннел, что не влюбились в Анну в самый первый день, когда стащили ее парту?

Принцесса тут же смущенно опускает глаза, но я целую ее в висок и гордо отвечаю:

– Ошибаетесь. Я влюбился в нее гораздо раньше.

Глава 33. Анна

С наступлением весны каждого из нас все сильнее одолевает паника. Начинают приходить электронные письма с приглашениями. Я подала документы в пять университетов.

Колледж Вильяма и Мэри, очень милое и какое-то по-книжному волшебное место для таких, как я, – тихих ботаников. Он очень маленький, камерный и находится в моем самом любимом месте – недалеко от Колониального Вильямсбурга – городка, куда я каждый раз сбегаю, чтобы подумать о жизни.

Вторым номером был Университет Вирджинии. Поступить туда сложно, но, признаться, он был моей самой большой надеждой, единственный вариант, в котором я была уверена и не ошиблась. Август подал документы именно туда.

Третьим был Ричмонд. Я выбрала его по тому же принципу, отбрасывая колледжи, где нет сильных баскетбольных команд и пытаясь угадать, куда О'Доннел мог бы отправиться.

Четвертым был выбор родителей – Чапел-Хилл. Он входит в двадцатку лучших вузов Америки, и там учится Тобиас. Более того, его квартира находится рядом с кампусом, так что мне не пришлось бы даже жить в общежитии.

И последним – Шарлотт. Университет, документы в который вместо меня отправил Майкл. Этот университет был его альма-матер, но так как Тобиас проигнорировал их приглашение, выбрав более престижный вариант, Майкл решил попытать счастье снова. Хотя, в глубине души он просто не верит, что Чапел-Хилл захочет кого-то, вроде меня.

Когда утром мама кричит с кухни, что на мой ноутбук пришло письмо, я буквально умоляю небо: «Пожалуйста, пусть нас двоих возьмут в Вирджинию, ну или хотя бы в Ричмонд. Пожалуйста». Я еще понятия не имею, что именно мы будем делать с платой за обучение Августа, но решу этот вопрос. Если понадобится, тоже пойду работать. Вдвоем мы сможем. У нас обязательно получится.

Я несусь вниз и перед столом резко останавливаюсь, потому что на экране сине-белая эмблема Чапел-Хилл.

– О, Боже, дорогая, открывай, – мама прижимает ко рту ладони.

Мои руки даже не трясутся и дыхание не перехватывает, когда она читает вслух, наклонившись из-за моей спины:

– С радостью сообщаем, что вы приняты в Университет Северной Каролины города Чапел-Хилл…

Ее следующие слова тонут. Рассмеявшись, она кричит Майклу, что меня взяли. А я, не моргая, смотрю на два слова: «Вы приняты».

Вы приняты.

Приняты.

Монотонный родительский бубнеж о том, что я буду учиться в одном из лучших университетов не просто страны, мира, расплывается фоном. Какое счастье и удача…

– Я знала, что они обязательно тебя выберут! – обнимает мама, пока я выдавливаю улыбку. Убедить родителей выбрать Ричмонд вместо Северной Каролины теперь дело почти невыполнимое.

Когда все поздравления получены, дежурные улыбки розданы, мне приходит сообщение от Ив.

«Можно с тобой поговорить?» – пишет она, и я набираю:

«Конечно».

«Тогда через пятнадцать минут на нашем месте».

Я переодеваюсь в клетчатую юбку и объемное бежевое худи, собираю волосы в хвост и на такси добираюсь до парка на Джефферсон-авеню. В отличие от меня, Ив уже вовсю водит, поэтому оказывается на месте раньше. Ждет на нашей любимой лавочке с видом на озеро.

«Привет», – показываю жестом.

– Привет, – и тут я замечаю, что в руках у нее распечатанное письмо с эмблемой колледжа Сары Лоуренс в Нью-Йорке.

– Вау, – вырывается из меня. – Ив, я тебя поздравляю. Это очень, очень круто!

Она поднимает на меня покрасневшие глаза.

– Эй, – сажусь я рядом и до того, как успеваю подумать о том, что делаю, обнимаю ее за плечи. – Все будет хорошо.

– Нет, – качает она головой. – Мне нужно уехать уже в августе. А Сол останется здесь.

Никто из нас не говорит, что будет дальше, потому что нам обеим ясно. Они расстанутся. Глупо верить в отношения на расстоянии, когда тебе восемнадцать. Когда впереди новая жизнь, новые люди, новые возможности. Да и парни Ржавого города не из тех домашних мальчиков, что станут девушку ждать годами. Они сотканы из свободы. И если ты решишь привязать их цепью, они просто