Всё дело в тебе - Эльвира Смелик

Даша предполагала, Гард на природе и свободе начнёт резвиться, целыми днями торчать на улице, а он неотвязно таскался следом, она в дом, и он в дом, а если не успевал и случайно оставался снаружи, встав на задние лапы с видом бедного родственника заглядывал в окна, смотрел с упрёком и тихонько поскуливал. Забавный.

Ульяна всё-таки не выдержала, прикатила один раз, с Юрой, под предлогом, что привезла продукты. Но Даша бы точно не умерла с голоду. Небольшой магазинчик был на станции и уже более солидный — в деревне, той самой, располагавшейся по другую сторону от железнодорожных путей. Но остаться на ночь посетители не решились, видимо, чтобы лишний раз не намекать и не бередить раны, укатили вечером. А потом…

Потом было просто потом. Приехав с дачи, Даша действительно устроилась в сетевой ресторан с азиатской кухней — официанткой — проработала весь август, стараясь не думать про первое сентября.

Только — куда ж от него деться? Всё равно наступило. Но не бросать же учёбу. Ещё чего? Тем более, время прошло, и вроде бы уже успокоилось, не саднило слишком сильно. Так, вполне терпимо. Даша переживёт.

И вообще не факт, что они будут часто пересекаться. Раньше же не пересекались. И, кстати, первого сентября — тоже обошлось. Всё в порядке. Но уже второго…

Переходя из одной аудиторию в другую вместе с девчонками из группы, она вполне могла бы не смотреть в ту сторону. Какого чёрта её дёрнуло? Никто ведь не толкал в бок, не кричал «Гляди!», не заставлял поворачивать голову.

Лакшин стоял с Юрой и ещё с каким-то парнем. Боком. О чем-то говорил, активно жестикулируя. И тоже мог её не заметить. И не заметил. А Даша прошла мимо, ведь уже спокойно прошла мимо, но зачем-то взяла и оглянулась. Под влиянием внезапно вспыхнувшего идиотского предположения: сейчас он тоже обязательно оглянется.

Да как же? Размечталась. Он и не подумал. Или подумал? Вдруг шевельнулся. Но Даша не выдержала, отвернулась. Так и не узнала. Потому что не хотела разочаровываться: ведь, скорее всего, ей просто померещилось. Она на автопилоте прошла ещё несколько метров — и всё, застыла неподвижно, боясь сделать следующий шаг.

Вот вроде бы стоишь на месте и даже не шелохнёшься, а всё равно падаешь-падаешь-падаешь, причём не быстро, медленно, очень медленно. Чтобы как следует прочувствовать, ощутить по полной неизбежность и безнадёжность. А дно всё равно где, далеко или уже близко, потому что это не важно — разобьёшься ты об него или не разобьёшься. Это ничего не решает. Ведь ты умрёшь ещё на лету, сердце не выдержит, разорвётся, разлетится на миллионы осколков. Оно уже заходится, агонизирует.

— Даш, ты чего? — окликнула её, развернувшись, немного ушедшая вперёд Надя.

Она попятилась, махнула рукой, произнесла:

— Я сейчас.

Не могла она, не могла — находиться здесь, видеть кого-то, разговаривать ни о чём, сидеть на парах, слушать умные лекции. Но и куда идти, что делать, понятия не имела. Опять на автомате спустилась вниз, вышла на улицу, двинулась вдоль набережной, но далеко не ушла, тоже не смогла, ноги почему-то плохо слушались. Свернула в скверик, села на первую попавшуюся скамейку, запрокинула голову. Чтобы слёзы не лились наружу, а вернулись назад, внутрь.

«Нет, Дашуля, держись! Не расклеивайся, не надейся. Потому что — глупо. А ты ведь всегда была практичной и разумной, трезво оценивала людей и ситуации».

Тогда почему? До сих пор. Время же прошло. Да она уверена была, что уже не так беспокоит, что справилась. А ничуть. Стоило только его увидеть, стоило только на секунду ослабить контроль и выпустить воспоминания, как когда-то было хорошо. С ним.

«Как же я его ненавижу. Как я его ненавижу».

Зачем он вообще влез в её жизнь? Чего ему понадобилось? Девушек же кругом полно. Всяких. И намного лучше, и намного красивее, и намного сексуальные. И зачем она жалеет до сих пор, что закончилось всё слишком быстро? Разве не лучше?

Когда же отпустит? Ну, сколько же можно? И холодно почему так? Всего же второе сентября — ещё и не слишком осень. И хватит сидеть тут, страдать! Хватит! Всё равно пара последняя, и, оказывается, она почти уже прошла, просто Даша не заметила. И тогда понятно, с чего она вдруг замёрзла. Просидела на месте полтора часа, а с реки тянет холодом.

Теперь как бы отлипнуть от скамейки, а то ощущение, будто с ней срослась, и мышцы слегка одеревенели.

Даша упёрлась в крашенные деревянные бруски ладонями, оттолкнулась, поднялась, подхватила сумку. Всё — домой. А завтра…

А нафига загадывать, что будет завтра? Всё равно ошибёшься. И Даша справится, как-нибудь справится. Это просто сегодня так вышло, потому что первый раз, а чем дальше, тем обязательно будет проще.

Ко всему привыкают, и она привыкнет. Просто станет меньше глазеть по сторонам, перемещаясь по корпусам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍