Я твоя пленница - Алёна Рю

– На кого же я вас, дураков, оставлю? – усмехнулся лорд, обнимая меня в ответ.

– Дядя! – воскликнул вошедший за мной принц. – Я думал, ты на полпути в Аларию.

– А я думал, ты уже вывез ее из города.

Алтимор всё равно шагнул к нам и следом за мной заключил Кириана в объятья.

– Как вы по-семейному, – заметила с кухни Береника, широко улыбаясь. – Даже к вам четвертой захотелось.

– Но как ты нас нашел? – спросил принц, когда мы разошлись в стороны.

– Я знал, что ты иногда навещал кормилицу, – ответил Кириан. – Поэтому предположил, что и на этот раз ты выбрал ее.

– Мы не собирались возвращаться, – заметила я.

– Но у Нии созрел план, – добавил Алтимор. – Нам понадобится помощь.

При слове «план» Кириан наморщил лоб.

– Не нравится мне, как это звучит, – заметил он, хмурясь.

Береника хлопнула в ладоши.

– Согрею-ка я всем чаю.

Вскоре вчетвером мы расположились за кухонным столом, и принц коротко пересказал, о чем мы с ним говорили на колокольне, а потом обсуждали внизу.

По лицу Кириана было ясно, что ему ничего из сказанного не понравилось.

– Ал, – проговорил он, поднимаясь. – Можно тебя на пару слов?

Они вышли из кухни в соседнюю комнату. Но стены в доме Береники были куда тоньше дворцовых, и я всё равно слышала их разговор.

– Я надеялся, тебе хватит ума не втягивать Нию в свою борьбу, – Кириан злился. – Но я захотел убедиться лично, и вот пожалуйста…

– Мне понравился ее план, – отвечал Алтимор. – Но осуществлять его я буду сам.

– Ты правда готов отменить рабство? – усомнился его дядя и добавил с угрожающими нотками: – Потому что если ты собираешься снова Нию обмануть, я этого не допущу.

– Не собираюсь я никого обманывать, – торопливо ответил принц. – Не Нию уж точно. Да и она права. Кто сказал, что мы обязаны соблюдать эту отвратительную традицию? Просто потому, что так делает мой отец, а до него делал мой дед?

– Ты подумал о последствиях? – возражал Кириан. – Можно сколько угодно рассуждать о морали, но на рабах держится вся экономика страны.

– Это гнилой фундамент, дядя. И если мы его не перестроим сами, наш дом рано или поздно рухнет. Я готов и хочу быть тем…

– Кто войдет в историю, – лорд усмехнулся. – В этом все дело? В тщеславии?

– Я хочу поступить правильно, – упрямо говорил принц.

– Ты хочешь произвести впечатление на девушку, – стоял на своем Кириан. – А после коронации поймешь, что ошибался, и все вернется на круги своя.

– Нет.

– Я тебя знаю, Ал. Ты как бабочка, живешь мгновением. Сегодня ты хочешь одного, а завтра так же искренне будешь хотеть другого.

– Может, я изменился, – не отступал принц.

– Это не игра. Ты должен трезво оценивать риски и вероятные последствия. Толпа может пойти за тобой, но она же может тебя растерзать. Дворянам такое решение будет не по нраву. А на них испокон веков опирается власть императора.

– Дворяне мне уже вчера помогли, – бросил принц. – Толку от этих трусов? Я знаю одно, Кириан. Если все время бояться перемен, то ничего никогда не изменится.

– Изменится, – возразил Кириан. – Но вероятно, не в ту сторону, в какую хочется. Ладно, Ал, если это действительно твое искреннее желание, то я тебя поддержу. Но если ты опять обманешь Нию…

– Кажется, наш разговор пошел по кругу, – недовольно заметил Алтимор. – Если я обману ее, то потеряю навсегда. А я этого очень не хочу. Такой аргумент достаточно убедителен?

Когда они вернулись в кухню, мы с Береникой уже допивали чай и обсуждали, как получше замаскировать принца. От загара, который можно приобрести, если полежать денек на крыше, до кожаного ошейника с замочком.

– Это все ерунда, фантики, – проговорил Кириан. – Ала раскроют уже по манере держаться, а дальше его просто убьют.

– Ты большой оптимист, дядя, – усмехнулся за его плечом принц.

– Тебе понадобятся новое имя и предыстория, – высказала мнение Береника. – Но я солидарна с лордом Кирианом. Это слишком опасно.

– Нужно, чтобы кто-то тебя знал, – задумчиво проговорила я. – Видел в, так сказать, рабском положении…

Алтимор потер подбородок.

– То есть мне нужен хозяин? – и выразительно глянул на Кириана.

– Порка тебе хорошая нужна, – усмехнулся лорд.

– И это тоже, – кивнул принц. – Пара шрамов от хлыста на спине скажет обо мне больше, чем мое лицо.

– Ох, – Береника тяжело вздохнула и бросила беспомощный взгляд на меня, словно хотела сказать: «Ну хоть ты уговори его».

Но уже было понятно, что Алтимор закусил удила. Его теперь было не остановить, мы могли лишь помочь ему не разбиться.

– Мы пойдем в Собачью Яму, – объявил принц. – Ты сыграешь роль моего хозяина, и там я познакомлюсь с другими…

– Только не в Яму, – отрезал Кириан.

– А что это? – спросила я, но мужчины меня не слышали.

– К тому же лорда там всегда узнают, – продолжал Кириан. – А где меня, там и тебя.

Мне пришлось повысить голос.

– Что такое Яма? – спросила я так, что оба обернулись ко мне.

– Цветочек, лучше тебе не знать, – качнул рыжей головой принц.

– Согласен, – присоединился к нему Кириан.

Ах вот они как! Сговорились! Решили, что будут оберегать меня, а сами подставлять головы?

– Нет уж, мне надо знать, – я поднялась из-за стола. – Потому что, Ваши Высочества, роль хозяина, а точнее хозяйки, исполнять буду я.

***

На подготовку у нас ушло около недели. Алтимор загорел и обзавелся парой ссадин на спине. На последние мне было особенно больно смотреть. Хотя Кириан хлестанул его не сильно, те всё равно кровоточили.

– Не переживай, цветочек, – хорохорился принц. – Оно того будет стоить.

Мой план мужчинам, конечно, сначала не понравился. Но лучшего они не придумали. Поэтому меня было решено превратить в знатную госпожу. Купить дорогое платье и украшения, волосы уложить в высокую прическу и покрыть вместе с лицом вуалью. Заодно уменьшить шанс, что меня кто-нибудь узнает. Хотя кто это мог быть, я не представляла.

Кириану выпала роль моего охранника. Он купил у кузнеца кольчугу и шлем, закрывавший половину лица так, что его точно бы не опознали. На пояс повесил меч и до кучи обзавелся копьем.

– Если что-то пойдет не так… – любил поворчать он.

– Ты спасаешь Нию в первую очередь, – отвечал принц.

Чтобы не подставлять Беренику, мы переехали в съемный дом на соседней улице. Здесь было как раз три комнаты. И уж не знаю, договорились ли мужчины между собой, но минувшую неделю никто из них не совершал в мою сторону никаких поползновений. Ни объятий, ни тем более поцелуев. Я тоже держалась на расстоянии, стараясь никого не провоцировать.