Владыка воронов - Лана Александровна Ременцова

– Ну что ты решила, завтра скажешь да? Или ты ещё не готова?

Девушка отрицательно качнула головой. Роланд снял с пояса кнут и стеганул с такой силы, что она вскрикнула.

– Скажешь?

Пленница опять слабо мотнула головой – нет.

– Скажешь сука, иначе будешь сдыхать здесь медленно! Уже воняешь как дерьмо.

Она закрыла глаза, моля небо забрать её поскорее, но когда почувствовала укусы, открыла глаза и ужаснулась. Ворон стоял у стены, презрительно, наблюдая, как нежную кожу кусают варки (маленькие хищные зверьки, похожие на крошечных детёнышей волков). Этих зверей боялись все. Они выгрызали все мягкие места пленников и когда убивали, по законам воронья государства считалось, что и душу сгрызают, и жертва не наследует Царствие Божие. Остановить их было невозможно, пока они не разъедали жертву до смерти.

– Нет! Не надо, убей меня быстро, пожалуйста, умоляю, только не эти дьявольские отродья, – каждое слово ей далось уже так тяжело, что она хрипела.

– Ты сдохнешь от их зубов, особенно будет больно, когда я положу одного из них к твоей сладкой дырке, пожалуй возьму этого самого прыткого, – он потянулся к одному варку, в плотной перчатке. – И бесценной души у тебя тоже не останется.

– Умоляю, оставь мне только душу, – её голос слабел от боли и жуткого страха потери души. Варки уже разодрали ноги и бёдра с боков, противно чавкая.

– Я задаю тебе в последний раз тот же вопрос. Ты выйдешь за меня замуж? Подумай, если опять «Нет», я выйду отсюда и больше не вернусь, – он подошёл к решётке, собираясь выйти.

– Да… – выдавила из себя и тут же канула в темноту.

– Вугор!

Подручный как из-под земли вырос, быстро кинув взгляд на грязное окровавленное тело пленницы.

– Убей этих тварей и отнеси её к мудрецу, пусть исцелит и когда залечит тело, готовится к свадьбе. Передай ему, чтобы не осталось не одного шрама, иначе я его самого скормлю варкам.

Вугор стремительно залетел в темницу и убил мечом всех хищных тварей, взял полумёртвую девушку на руки, укрыл плащом и вынес наверх. По дороге он с волнением заглядывал в исхудавшее бледное лицо, страшные синяки под глазами, распухшие губы, погрызанное варками тело кровило во многих местах, а там, куда они ещё не достали на талии и шее разлились синие пятна от грубого захвата во время насилия владыкой. «Бедная девочка, но когда ты станешь его женой, всё изменится, поверь, он хороший, и возможно, даже уже влюблён в тебя, только ещё и сам не понимает этого».

Она застонала. Он посмотрел в её глаза. В них теплилась слабая жизнь и какое-то чувство обречённости.

– Сделай из зверя любящего мужа. Ты красива, сильна духом, в тебе есть всё, чтобы изменить его, научить любить. Он самый сильный и красивый ворон и если полюбит, будет защищать тебя ценою собственной жизни.

– Ненавижу…

– Сакура, пойми же. Ты создана для любви, жизни, рождения детей. Живи! Умереть ты всегда успеешь.

Она устало закрыла глаза и вновь провалилась во тьму.

Вугор вылетел из замка и полетел к мудрецу. Пролетел поле, влетел в деревню, виляя в воздухе в порывах сильного ветра. Дом старого ворона был на окраине деревни на самом высоком пригорке. Он влетел во двор и постучался в ветхие, низкие, деревянные двери.

Спустя минуту она открылась. Мудрец стоял в чёрной длинной рубахе подвязанной пеньковой верёвкой наподобие мужского платья. Ему хватило одного взгляда на кровавую ношу подручного владыки, чтобы всё понять.

– Варки?

– Да.

– Вноси.

Вугор занёс, оглядываясь: просторная комната, в которой стояли две широкие скамьи из грубого сруба, одна у печи, другая у высокого стола. В углу находилась занавеска. По стенам висели множество сухих трав и дубовые веники. У порога корзина с желудями.

– Положи за занавеску, – проворчал старец.

Вугор локтём открыл плотную ткань и, увидев достаточно добротную кровать с мягким матрацем, уложил девушку прямо в его плаще, на котором уже появились багровые пятна. В ноздри сразу ударил терпкий запах луговых трав, которыми был набит матрац. Он поморщился.

– Не морщись, хорошие травы, целебные. Иди, я вылечу её.

– Владыка передал, чтобы не осталось не одного шрама, иначе…

– Знаю, можешь не продолжать, он скормит меня варкам.

Вугор переминаясь с ноги на ногу, под тяжёлым чёрным взглядом мудреца, кивнул.

– На теле не останется, а в душе да, его я не властен залечить.

– Её душа не твоя забота. Владыка хочет жениться на ней как можно скорее, и вся она вместе с душой достанется ему.

– Зверь он.

– Осторожнее со словами, мудрец, я могу отрезать тебе язык, – подручный подсознательно сразу дотронулся до кинжала, висящего на левом боку.

Хозяин дома молча открыл двери настежь и замер. Вугор вышел, потоптался минут пять по двору и взлетел, а в мыслях проскочило: «Старый прохвост, попробуй только не исцелить её, я сам тебе перья повыдёргиваю».

Он полетел по деревне, принадлежащей владыке, выглядывая девку посочнее. Крестьяне – вороны суетились, кто кормил лошадей, кто начищал мечи воинов, другие чистили чугунные котелки. Вугор спустился на центральной поляне у колодца.

– Подайте воды, – рявкнул, выставив руки в бока.

Крестьяне испугались, узнав правую руку владыки и грозного главного военнокомандующего.

– Возьмите, – один из них седовласый ворон поклонился, зачерпнул из ведра, стоящего на краю колодца и подал деревянную плошку с чистой водой.

Тот выпил, вытерев рот рукой.

– Мне нужна девка. Кого предложите?

Старик отшатнулся, боясь, что он потребует его внучку, первую красавицу на деревне. Остальные крестьяне попятились назад, подсознательно закрывая спинами девушек, находящихся в это время на поляне.

– Вы решили нарушить договор? – его брови сошлись над переносицей. – Раз в месяц вы даёте нам девку, и только владыка решает, кому она достанется, ему, мне или лучшим воинам за заслуги перед государством. Многие из них стали жёнами и матерями, – он вытащил меч.

Наперекор ему выскочил рослый крестьянин.

– Может, хватит из наших девок шлюх делать? Из орлиц выбирайте.

Лицо Вугора поменялось, посерело, в глазах образовался огонь ярости, рука поднялась и в мгновение ока, перерубила смельчака пополам.

– Мятеж? – прорычал он и, схватив за шкирку следующего, отрубил ему голову. Окровавленный меч блеснул в лучах полуденного солнца, кровь закапала на землю. Вугор сделал им боевой круг над головой и только решил, зарубить ещё кого-то, как тишину внезапно нарушил пронзительный женский крик:

– Не надо! Я пойду, – из-за спин мужчин вышла девушка.

Глаза Вугора уставились на неё: румяная, круглолицая яркая красавица с длинной толстой косой, спускающейся ниже бёдер. Высокая девичья грудь особо привлекла его внимание, сквозь тонкую, белую, льняную ткань угадывались тёмные