Пятая зона пульса - Юля Артеева

Ее тон приобретает истеричный оттенок, и меня откидывает в прошлое. Я там быть не хочу, поэтому вцепляюсь в ладонь Темы, которую он мне протягивает.

Сорвавшись на нервный смешок, сообщаю:

— Ты их проиграла, Ян. Аренду оплачивал я. Тем не менее повторяю: мне насрать. Отнесу в полицию все скрины, которые у меня есть. Даже если не правовая система, так внуки обманутых бабушек тебя вздернут. Так будет даже лучше. Не очнешься — пойду к твоему деду и сдам все твои номера и адреса.

Последнее мне дается очень сложно. Я не знаю, как в действительности обстояли дела у них дома, но то, что своего дедушку Яна всегда боялась — это факт. И мне приходится играть на этом поле, хотя это она меня туда вывела.

В динамике снова тишина. Потом я слышу, как моя бывшая девушка медленно вбирает в себя воздух, протягивая его сквозь сжатые зубы.

А потом цедит:

— Да пошел ты!

— В чем-то не прав?

— Какая же ты скотина!!! — кричит, срываясь на визг.

Я спокойно подытоживаю:

— Одно сообщение, и я тебя по всем фронтам уничтожу.

— У тебя кто-то есть? — догадывается наконец. — Есть, да?! Все ради нее? Тогда все твои фотки в сеть улетят, понял?! Покажи гениталии всему миру, раз ты такой свободный! Новой телке понравится наше хоум видео? А, Леш? Понравится?

— Делай, что хочешь, — проговариваю спокойно. — О последствиях я тебя предупредил.

Я сбрасываю звонок, и вдруг понимаю, что меня потряхивает. Холодный озноб, ползущий по спине, захватывает власть над телом и спазмирует мышцы.

Тема поднимается со своего места и подходит, чтобы заключить в неловкие медвежьи объятия. Хлопает меня по спине и уточняет тихо:

— Как думаешь, выложит?

— Нет. Думаю, нет. Но ощущения хреновые.

— Ника бы поняла…

— Такое очень сложно понять, — хмыкаю куда-то другу в бицепс.

Когда он отстраняется, я часто моргаю и отвожу глаза. Слез нет, а вот потекший нос приходится вытереть. Чувствую себя младшеклассником, который натворил дел, а теперь не знает, куда бежать и перед кем извиняться.

— Лех, запись есть. Скрины есть. Все по фактам. Ее реально может ждать охренеть какое возмездие.

— Да… — соглашаюсь тихо. — Только если эта мразь сейчас психанет… Наш секс станет достоянием общественности. А какой бы понимающей Ника ни была…

— Оставайся у меня.

— Чего? — фыркаю от неожиданности.

Друг смущается и сует руки в карманы спортивных брюк. Пожимает плечами и говорит:

— Постелю тебе на диване. Если Яна выложит киношку, так посмотрим вместе с попкорном, и придумаем, что делать. Если нет, тогда мы радостно напьемся, и я расскажу, как проснулся в постели с голой Витой.

— Ты еще не тренируешься?

— Полноценно пока нет. На завтра планов нет.

— Тогда звучит как идеальный план. Есть что выпить?

Темча складывает руки на груди и усмехается:

— У меня? Нет, конечно. Ножки в сапожки и хреначим по дорожке. — Смахнув невидимые крошки со столешницы, он уточняет крайне серьезно: — За джином?

Откинувшись на спинку стула, я покачиваюсь на двух ножках. Делаю вид, что мучительно раздумываю.

— Я просто забыл, что именно лечит от осознания собственных идиотских поступков. Джин? Не ром?

Темча смеется, но как-то невесело. Качнув головой, словно не верит всему происходящему, он уходит по коридору в сторону спальни и кричит на ходу:

— Джин! У меня есть рецепт от врача!

— От вашего спортивного? — шучу, выходя в коридор.

Обуваюсь и накидываю пуховик. Глядя на себя в большое зеркало при входе, замечаю, что глаза значительно погасли. Ника зажигает, Яна гасит. Всегда гасила. Разве тяжело было это понять вовремя?

Вытащив телефон из кармана, быстро проверяю все соц сети. Везде тишина. Мне теперь до старости трястись, что я могу стать порноактером поневоле?

— Я думаю, она не выложит, — говорит Власов, и я дергаюсь.

Спрашиваю:

— Почему? У таких людей снижен самоконтроль и повышена возбудимость.

Он, стоя уже в коридоре, натягивает на себя худи и скидывает капюшон с головы, тут же поправляя волосы, приглаживая их пятерней.

Замирает на мгновение, а потом проговаривает медленно:

— Я помню ваши отношения на тот момент, когда ты со мной еще делился. Она очень продуманная, Лех. У нее всегда была стратегия удержания власти и подавления твоей воли. Может, это не из головы идет, а просто от натуры, но… Яна умная. Она сообразит, что в тупике. Я почти уверен.

— Почти, — отзываюсь тихо.

— На этот случай мы и идем за джином.

Мне почему-то становится смешно. Искренне и легко. Вскинув в воздух кулак, я возвещаю:

— Тогда вперед! Навстречу приключениям!

Я обуваюсь и интересуюсь в шутку:

— Телефоны сдадим друг другу? Даже боюсь того, каких пошлостей могу накидать Нике под градусом.

— Положим в сейф. Я… тоже побаиваюсь собственных сообщений.

Кинув на Темчу быстрый взгляд, вижу, как остро прорисовываются черты лица от того, как сжимаются его челюсти.

Бормочу тихо:

— Может, это наоборот было бы к лучшему.

Глава 47

Джин мы открываем прямо на улице, поэтому домой идем долго, но крайне весело. Власов, видимо, очень старается меня отвлечь и без конца шутит и идиотничает. Смотреть за тем, как кривляется этот широкоплечий медведь без смеха невозможно. В очередной раз разразившись хохотом от неловкой пантомимы Артема, я упираюсь ладонями в колени и не могу даже вдохнуть.

Наконец разогнувшись, я с удивлением понимаю, что ресницы мокрые. Вытирая глаза, сообщаю:

— У меня было ощущение, что все-таки буду плакать этим вечером.

— Рад, что от смеха, — хмыкает друг и, сделав глоток из бутылки, передает ее мне. Запивает тоником и интересуется: — А у тебя вот не было ощущения, что мы мало запивки взяли? Это бы больше пригодилось.

— А круглосуточную доставку для кого придумали, клоун?

— Справедливо. О, смотри, горка!

И, указав тоником на какую-то навороченную детскую площадку, устремляется туда. Я смеюсь и кричу ему вслед:

— Ты там сломаешь все, дебил!

— Нам надо на горку! — орет он, перешагивая через декоративный заборчик и тут же запинается об бордюр.

Качая головой, иду за ним и на ходу прикладываюсь к джину. Он жжется, проходясь по слизистым, но ощущения уже притуплены выпитым.

— Для хоккеиста ты иногда охренеть какой неловкий.

— Так и мы не на льду. А ты, друг мой, для пловца иногда слишком занудный, — произносит Тема назидательно, оглядывая детский комплекс. — Или тут нет связи? Чего ты ржешь? Я неправильно понял твою игру? Для пловца ты… Ты… Блин, это космический корабль, понял?!

Я снова смеюсь. Вокруг темно, на улице ни души, на этой площадке