Я подарю тебе любовь - Татьяна Алюшина

— Лена, — тихо позвал.

— Я еще не сплю, — отозвалась она.

— Я давно уже хотел тебе сказать…

— Это плохое начало, — улыбаясь, не открывая глаз, ответила она. — Лучше без предисловий, они тебе пока не очень удаются.

— Мм-да… — согласился он. — Я хочу, чтобы Васька носил мою фамилию. По-моему, Василий Денисович Арбенин ему очень подходит.

Лена глаза открыла, улыбалась, но к Денису не поворачивалась, так и лежала на боку.

— Если я не ошибаюсь, для этого, как минимум, надо жениться на его матери.

— Ну! — согласился с предположением Денис.

— Арбенин! — чуть не хохотала уже она. — Тебе кажется, что восклицания типа «Ну!» — это аналог предложения выйти замуж? Ты уверен, что это так делается?

— Я не знаю, как делается, — признался Денис и насторожился.

Ленка включила лампу на столике, повернулась к нему, посмотрела на его мучения, села на кровати и весело предложила:

— Давай для начала попробуем словами!

Денис тоже сел, взял ее ладонь двумя руками и спросил напряженно:

— Замуж за меня выйдешь?

— Выйду, а то как же! — рассмеялась Ленка.

— Фу! — выдохнул Денис, притянул ее к себе и обнял. — Я перетрухнул!

— Ну, не так все было страшно, правда? — посмеивалась Лена. — Как зуб вырвать, раз — и все!

— Ленка, ты ненормальная! — рассмеялся Денис.

— Ты мне уже говорил, что-то там про то, что я лучше любой нормы.

— Гораздо лучше! — заверил Денис. — Лен, я еще хотел об одном…

Он посмотрел на нее, отстранившись немного.

— Тяжело тебе? — посочувствовала Лена.

— Да, уж! — признался он и, чуть понизив голос, тихо признался: — Я бы хотел сделать один предмет, который не делал никогда еще. Детскую колыбель. — Помолчал, вглядываясь в ее лицо, и добавил: — Для нас.

Он так нервничал, напрягся весь, что Лена решила помочь, положила ладони Денису на грудь, наклонилась ближе и доверительно сообщила:

— Мы в нее не поместимся!

Денис усмехнулся, уткнулся лбом в ее лоб, отпуская напряжение.

— А ребенок? Может, когда-нибудь?..

Ленка поцеловала его в лоб, перебралась вперед, устроившись у него на коленях, оперлась спиной Денису на грудь, взяла его руки и обняла себя ими.

— Я знаю, что колыбель, которую ты сделаешь, будет самой прекрасной в мире! — И оживилась, спросив: — Слушай, а сколько времени понадобится, чтобы ее сделать?

— Ну… — прикинул Денис, — мне придется ее делать параллельно с другой работой, заказ сейчас большой, интересный и объемный. Может, полгода, может, больше.

Денис, совершенно успокоившись после нелегкого испытания, целовал Лену тихонько в макушку и покачивал.

— Мне так нравится все, что ты придумал. Правда, я не разбираюсь в чертежах, но и на эскизах видно, что красота получится необыкновенная! Просто фантастическая! — восторгалась Лена.

Денис, очаровываясь этим моментом, женщиной в его объятиях, ее пылкой восторженностью его работой, теплом, которое поселилось в его жизни и в его доме, смаковал эти ощущения.

— Но знаешь, — вмешалась в его очарование моментом Лена, — с колыбелькой я бы посоветовала тебе тоже не затягивать.

— Почему? — прикрыв глаза от полноты чувств, улыбался расслабленно Денис, не особо вникая в слова.

— Можешь не успеть, — ответила Лена.

— Почему? — не выпадая из состояния благости, прижался к ее голове щекой, продолжат тихо покачиваться вместе с ней.

И тут осознал, что она сказала. Покачиваться он перестал, выпрямился и как-то быстро, так что Ленка и ойкнуть не успела, развернул к себе лицом, перекинув ее ноги на свои бедра.

— Что? — строго спросил.

— Да ничего, ничего! Что ты так переполошился! Все нормально в нашем эфире! — успокаивала Лена и разъяснила: — Просто, если тебе понадобится больше полугода, ты можешь не успеть.

Денису снилась колыбель, как он будет ее делать, в деталях, какое дерево подберет, какую резьбу вырежет и маленькие пальметки в углах, в виде животных и растений — оберегов ребенка от дурных снов и злых духов. Он видел, какая она получится, эта колыбелька, с небольшими вставками из золотой проволоки в тех местах, где чаще всего будут хвататься детские ручки.

А великий мастер Михаил Захарович Володарский будет смотреть сверху на маленького Арбенина и улыбаться, благословляя.