Опьяненный любовью - Салли Маккензи

– Признаюсь, я выбросила это из головы, – продолжила леди Дэрроу. – Это звучит бессердечно? – Она вздохнула. – Возможно, так и есть. У меня появилась новая внучка, которую я могла бы любить, но когда одна и та же боль пронзала мое сердце, я вынуждена была научиться защищать его, иначе оно бы разорвалось.

Леди Дэрроу поставила чашку на столик.

– Пен, в поместье бегает по меньшей мере дюжина моих внуков и внучек, на которых я не могу претендовать и о существовании которых я не догадывалась, пока через год, а то и больше не проявлялась отметина Грэмов. Еще при жизни Уолтера я о каждых крестинах в приходской церкви думала: не моего ли малыша крестят?

Она провела рукой по лицу.

– Конечно, они никогда не будут моими внуками. Даже после появления отметины, когда всем становилось ясно, что отец – Уолтер, все делали вид, что это дети арендаторов, поскольку граф откупался от беременных любовниц Уолтера.

Лицо ее опечалилось.

– Летицию особенно угнетает, что восемь из этих детей – мальчики.

Пен кивнула. Она никогда не смотрела на ситуацию с точки зрения леди Дэрроу, но теперь поняла, насколько это больно.

– Ты и сама знаешь… или скоро узнаешь в полной мере: работа матери трудная, неблагодарная, а порой, кому особенно не повезло, в высшей степени удручающая… даже надрывающая сердце. Я не могла удержать Уолтера от прелюбодеяния с этими женщинами. Я лишь молила Господа, чтобы все происходило по их согласию. – Ее лицо застыло. – Так и было, насколько мне известно. Я не поверю, что он кого-то насиловал.

Леди Дэрроу вопросительно посмотрела на Пен.

Пен поспешила успокоить ее.

– Леди Дэрроу, я никогда не слышала, чтобы Уолтер кого-то принуждал. Да ему и не нужно было. Женщины… Не я, разумеется, но многие женщины… страстно желали – как бы это сказать? – провести с ним время. У него была репутация очень… – Наверное, ей не следует расхваливать матери Уолтера любовные победы сына. – Веселого парня.

Лицо леди Дэрроу немного смягчилось:

– Вот и хорошо. Я иной раз удивлялась, думая об Уолтере. – Она покачала головой. – Нет, смотреть на все это было ужасно.

– Я думаю, возьми Уолтер хоть одну силой, – обнадеживающе проговорила Пен, – отец жертвы тотчас вломился бы в дом и рассказал об этом графу.

Леди Дэрроу кивнула:

– Именно так я себе всегда говорила.

– Вы не спрашивали лорда Дэрроу?.. – нахмурилась Пен.

Леди Дэрроу сказала, что слуги ей рассказывали о том, что отец Пен считал Гарриет ребенком Уолтера. Странно. Она думала, что граф сам сообщил своей жене эту новость.

Графиня покачала головой.

– Нет. Подобные темы мы с мужем не обсуждали. Собственно говоря, мы с ним вообще ничего не обсуждали. У нас был типичный брак по расчету. Я родила ему наследника, потом второго мальчика, а дальше жила своей жизнью, а он – своей. Были времена, когда мы неделями друг с другом и словом не перемолвились. Было так… одиноко.

Вдруг Пен подумала, что так восхищавшая ее неземная красота леди Дэрроу на самом деле была достигнута… отстраненностью.

– Гарри сказал мне, что собирается жениться по расчету на леди Сьюзен, – вырвалось у Пен, прежде чем она успела подумать.

«Дура! Это не мое дело. Леди Дэрроу совершенно справедливо поставит меня на место».