Ложь Моего Монстра - Рина Кент

— Это зависит от того, одумалась ты или нет. У тебя было достаточно времени, чтобы подумать об этом, нет?

— Что это значит?

— Ты собираешься отказаться от этой чепухи насчет ухода?

— Нет! Ты не можешь вынудить меня оставаться здесь против моей воли, Кирилл.

Он поправляет очки средним пальцем, выглядя холодным, как статуя.

— Свежая новость: я уже делаю это, и если ты будешь продолжать бросать мне вызов, я двинусь дальше.

— Дальше... как?

Неужели существует что-то хуже, чем держать меня в плену и лишить свободы?

— Ты никогда не покинешь это место, пока не перестанешь упрямиться без причины.

— Без причины? — эмоции снова возвращаются в мои слова, и я тычу пальцем ему в грудь. — Как можно отбросить в сторону то, что Ваше Величество заключает брак по расчету, без причины?

Он обхватывает мой указательный палец и остальную часть моей руки своей, а затем расправляет мою ладонь на своей груди. Точнее, на ровном ритме его бьющегося сердца. Мое собственное сердцебиение учащается и отказывается утихать.

Выражение его лица становится острее, и в его светлых глазах на долю секунды загорается оттенок странной эмоции.

— Вот тут ты ошибаешься. Я никогда не отбрасывал тебя в сторону. Ты делаешь это сама.

— Ну, извини меня, если я не хочу быть другой женщиной.

— Единственная другая женщина в этом уравнении — Кристина.

— Но именно она будет твоей женой! — мое зрение затуманивается, и я вытираю глаза тыльной стороной ладони.

Почему я так легко выхожу из себя? Почему я не могу быть такой же отстраненной, как он, пока он разрывает мою грудь?

Просто почему?

— Так вот кем ты хочешь быть? Моей женой?

Мои губы раздвигаются, и его слова делают странную вещь с моим кровоточащим сердцем. Зияющая рана медленно закрывается, как по взмаху волшебной палочки, и это чертовски странно, ведь я точно знаю, что сейчас он просто бросает мне кость.

Я всегда знала, что Кирилл преуспел в душевных пытках. Я просто не знала, что однажды окажусь в роли принимающей стороны.

Это просто слишком жестоко.

— Не говори того, что не имеешь в виду, — я фыркнула.

— Когда это я тебе лгал? — он подходит ближе, сокращая расстояние между нами, и обхватывает рукой мою талию, даже когда я упираюсь ему в грудь.

— Ответь на вопрос, Саша, хочешь ли ты стать моей женой?

Моя борьба ослабевает, отчасти благодаря его словам, а отчасти потому, что я вдыхаю его аромат кедра и леса с каждым вдохом. До этого момента я не понимала, как сильно скучаю по этому запаху и по нему самому.

Я вцепилась пальцами в его куртку, вбирая в себя его лицо. Он так близко, что я вижу свое отражение в его очках — уязвимое и глупое. Но я все еще держусь за него, за этот чертов оптимизм и дымовую завесу счастья.

Это все, что у меня осталось, и верить в наполовину полный стакан лучше, чем погрязнуть в страданиях.

— Если я скажу «да», ты воплотишь это в жизнь? — шепчу я.

Улыбка приподнимает его губы. Она не жестокая и не снисходительная. Не садистская и не хитрая. Это... торжествующая улыбка. Даже счастливая.

Я впервые вижу такое выражение на лице Кирилла, и не знаю, почему мне хочется улыбнуться в ответ.

Его свободная рука гладит мою щеку, и я инстинктивно склоняюсь к его прикосновению, затем она опускается к моей шее, и он обхватывает ее пальцами, шепча мне на ухо:

— Чертовски моя.

Он отпускает меня так же быстро, как и схватил.

— Я вернусь.

Я ошеломленно смотрю, как за ним закрывается дверь.

Как только он скрылся из виду, я бегу к ней и стучу по дурацкому металлу.

— Ты не можешь продолжать запирать меня, Кирилл! Отпусти меня!!!

Ответа нет. Я продолжаю бить по двери еще несколько минут, пока у меня не начинают болеть кулаки и ноги. Тогда я бьюсь об нее головой.

О чем, черт возьми, я думала?

Тот факт, что я вообще предложила стать его женой, сам по себе является аномалией, но то, что меня отвергли так тонко, заставляет меня кричать.

Кирилл определенно мастер манипуляций, поскольку я уже чувствую душевный удар от этой ситуации.

Черт возьми.

Проклятье.

Что если он будет держать меня здесь вечно, а потом мне придется пережить роль его любовницы?

О, Боже.

Я не смогу этого пережить.

Я выпрямляюсь. Нет. Я выберусь отсюда, несмотря ни на что.

В следующий раз, когда он вернется, я нападу на него и убегу. Если он этого не хочет, тогда ему не следовало заключать меня в тюрьму.

Однако вопрос в том, что если он не вернется в ближайшее время?

* * *

В тот момент, когда я думаю, что снова начну биться головой о дверь, она открывается.

Ровно через два дня.

Я вскакиваю с дивана, хватаю выбранный мною объект нападения — тяжелую вазу — и бегу к двери. Мои ноги подкашиваются, когда Кирилл входит с пожилым мужчиной, катящим чемодан.

Ваза остается висеть в воздухе. Очевидно, что я потеряла элемент неожиданности, но это только потому, что я была полностью ошеломлена.

Кирилл одет в элегантный смокинг, его волосы уложены идеально, а глаза блестят редким блеском за безупречными очками.

Моя рука теряет уверенность, и я позволяю ей и вазе упасть на бок.

— Что... происходит?

— Подожди здесь, — говорит Кирилл мужчине, который одет в элегантный костюм, имеет небольшой живот и пользуется сильным лосьоном после бритья, запах которого я чувствую отсюда. Он также держит в руках портфель, как какой-то бухгалтер.

После того как он кивает, Кирилл подходит ко мне и берет меня за руку. Я не успеваю протестовать, как он тащит меня и чемодан в соседнюю спальню и закрывает дверь.

Я выкручиваю руку и отпрыгиваю от него, в голове проносятся бесчисленные варианты. Я все еще могу ударить его сейчас и убежать. Тот мужчина снаружи не выглядел достаточно сильным, так что я, вероятно, смогу с ним справиться...

— У тебя здесь есть все, что тебе нужно, — он толкает чемодан в мою сторону. — Сделай это побыстрее.

Любопытство гложет меня, но я не трогаю его.

— Что внутри?

— Свадебное платье. Нижнее белье. Немного косметики на случай, если она тебе понадобится, —