Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

— Как я писал вам в письмах, жители Земель Звука зажгли ложные костры, чтобы мы не смогли определить место её приземления. Мы находились у одного из таких костров, когда в небе вспыхнул истинный огненный знак Веллинтрис.

— И как народ Мефлуаны нашёл её раньше вас? — спросил король.

Народ Мефлуаны. Это было древнее название жители Земель Звука, уходящее корнями к шести Основателям земли. Пяти — если верить «Истории Пяти», как верил в неё весь остальной мир. Мефлуана, Муза. Создательница музыки и искусства. Единственная женщина из Пяти, если не считать забытую шестую Основательницу — Таведвен.

Драконий Принц встретил взгляд отца.

— Похоже, она приземлилась за день до своего огненного знака. Тяжело раненная. Их люди, должно быть, были более чувствительны к возмущению.

Браксторн не отводил взгляда, пока сын не опустил глаза.

Затем король посмотрел на меня.

— Как тебя зовут?

Я кивнула.

— Ворска, Ваше Величество.

— Сколько тебе лет?

— Пять спанов, Ваше Величество.

Он улыбнулся, и это болезненно исказило его лицо.

— Удачный возраст. Ты прожила всю жизнь в Землях Звука?

Сердце у меня дрогнуло. Я ожидала допроса, но в комнате витало ощущение острия ножа.

— Да, Ваше Величество. Я родилась под серебряными колоколами Селладора, но мать увезла нас в Госсамир, когда я была ещё совсем мала. Все мои воспоминания, до сегодняшнего дня, — в его лесах.

Он помедлил, затем снова одарил меня той самой улыбкой карриалворта.

— Любопытно, — сказал он, будто это было что-то иное. Он шагнул ближе, и у меня сжались пальцы на ногах. — А твой отец. Что ты о нём знаешь?

Я изо всех сил старалась сохранить самообладание и держать голос лёгким и приятным.

— Он был торговцем.

Браксторн шагнул вперёд ещё раз, его пальцы соскользнули с края стола. Тишина была такой же смертельной, как первый шторм Домина.

— Почему это важно, отец? — спросил Лангнатин.

Его вмешательство разрезало жуткое напряжение, и я быстро вдохнула. Браксторн заставил себя усмехнуться.

— Я никогда прежде не встречал жительницу Земель Звука с такой… внешностью. Если бы мне пришлось гадать, я бы отнёс её к жительнице Земель Вкуса. Или даже к Землям Касания.

То, как он это произнёс, заставило мой желудок скрутиться. Или даже к Землям Касания. Словно это было чем-то грязным, постыдным. Какое королевство теперь хуже назвать своим? То, что меня родило и вырастило, или то, которое я называла домом последний спан? Любое делало меня чужой — два королевства, существующие вне их Триады. Цепляться за оба означало стать чем-то ещё более нежеланным.

Я не знала, стоит ли мне говорить. Это был не вопрос, не напрямую. Это было обвинение.

Лангнатин вмешался, его голос был таким же ровным, как всегда.

— Вы не бывали на севере уже много спанов, отец. Большинство из них такие же бледные, как мы, но есть и с её окраской. Возможно, её отец был кочевником.

Мне с трудом удалось не взглянуть на него. Это была ложь. Ложь, чтобы помочь мне. Почему он это делал?

— Вполне, — сказал Браксторн. — Мне никогда не нравились эти земли. От них веет печалью. К слову, о внешнем виде, сын. Ты немедленно подстрижёшься. Я не потерплю, чтобы мой сын носил волосы длиной, как у дикаря из племени.

Скорость, с которой он перечеркнул целую культуру, ударила по мне. Это был целый спан моей жизни в тех лесах, и, по его мнению, это могла быть вся моя жизнь.

Лангнатин издал звук согласия.

— Как только мы закончим.

Браксторн снова замолчал, и комната погрузилась в ледяную тишину.

— Мой советник сейчас в отъезде, но он вернётся в ближайшие дни. Пока я не обдумаю это и не получу его мнение, я позволю тебе остаться здесь в качестве гостьи. Под охраной. Постоянно. Для твоей же защиты, разумеется.

— Разумеется, — ответила я.

Он улыбнулся, но эта улыбка едва коснулась его щеки, не говоря уже о пронзительных глазах.

— Дракон останется в моих покоях.

Лангнатин поднял взгляд от стола.

— Ваше Величество, я должна возразить, — сказала я сразу, делая шаг вперёд. Врагг схватил меня за плечо, и я замерла, сердце дёрнулось. — Я ценю ваше щедрое предложение. Но дракон должен оставаться со мной. Он ещё не открыл глаза, ему всего десять дней. Если сейчас отнять его у меня, когда наша связь так хрупка… я боюсь, это навредит ему. Даже убьёт.

Браксторн махнул рукой, и Врагг отпустил меня. Король потер щёку, оценивающе глядя на меня.

— Вот как?

Я снова кивнула.

— Я прошу, чтобы он оставался со мной, пока ему не исполнится два сезона. К концу Хипа он, возможно, будет достаточно взрослым, чтобы ненадолго быть вдали от меня.

Браксторн уставился на меня, и я опустила взгляд, напряжение заставляло тело застыть.

— Что ты об этом думаешь, сын? — спросил он Лангнатина.

С подбородком, всё ещё опущенным, я наблюдала за Драконьим Принцем. Снова он выглядел беспокойным, словно этот разговор был слишком скучным, чтобы тратить на него столько времени. Он не смотрел на меня, когда ответил:

— Давайте дадим ей Танмер. А потом пересмотрим.

Я нахмурилась, несмотря на себя.

Я не ожидала от него поддержки — и с какой стати? Он уже предавал меня раньше, разрушил саму мою жизнь, и я не думала, что он станет лучше относиться к жительнице Земель Звука. Но с тех пор, как мы прибыли в Драундхейвен, он будто изменился. Стал жёстче. Может, это и есть его истинное лицо.

И всё же он солгал о моей внешности. За все годы на севере я видела лишь одного человека с кожей темнее моей — торговца, мимо которого прошла в свой первый день. В Госсамире все были белы, как выпавший снег.

Зачем Лангнатин защищал меня, а затем советовал забрать у меня дракона через сезон? Я совсем его не понимала.

— Танмер, — повторил Браксторн, переводя взгляд с сына обратно на меня. — Хорошо. Но только если это будет на благо дракону, ты понимаешь. Ему нужно учиться независимости.

Я кивнула, снова глядя в пол.

— Да, Ваше Величество.

Браксторн шагнул ко мне, а Врагг с недовольным ворчанием отошёл к двери.

Моё сердце загрохотало, когда король сократил расстояние. Он поднял руку, и мне показалось, будто само время замедлилось. Вдох, — приказала я себе. — И выдох. Я вспомнила каждый совет Ивон, удерживая себя, как держатся деревья — неподвижные и живые, даже когда не двигаются.

Браксторн протянул палец к моей шее, и сердце в груди взбунтовалось.

Но затем он провёл