Наваждение, или Мой чужой мужчина - Адалин Черно

Я смотрю на него тяжелым взглядом и понимаю, что он прав. Меня тянет к Жене, но до тех пор, пока память не вернется ко мне, эту тягу нужно подавлять.

— Я понимаю, — говорю я. — И не собираюсь делать что-то, после чего она останется несчастной.

Рыцарем я был, что ли? Где-то же научился говорить так искренне и прозаично, чтобы убеждать всех в том, что собираюсь поступить так, как сказано, когда как сам в этом не то, что совсем, но не уверен. Женя уж слишком притягательна и такая… я даже не могу передать, но почему-то в первые же сутки после того, как я увидел ее, мне захотелось быть рядом и оберегать ее.

Женя действительно возвращается минут через двадцать. И только после этого квартиру покидает Леша.

— Завтра поедем на обследование, Лешка все устроит, — Женя заходит в комнату и аккуратно садится на стул у дивана.

— Спасибо, Жень. И… прости. Вряд ли я такой неуравновешенный в жизни, просто… это состояние, когда ты ничего не помнишь, не знаешь. Я даже имени тебе сказать не могу.

— Все нормально, — говорит она. — У меня слишком разыгралась фантазия.

— Представляю, что ты подумала, — пытаюсь отшутиться я, но получается у меня плохо. То ли я не шутник по жизни, то ли девушка, сидящая рядом, слишком сильно волнует меня. — Посмотрим что-то? — неожиданно даже для себя предлагаю я.

— Не думаю, что… — она запинается. — Я только развелась и…

— Жень, — спокойно говорю я. — Мы просто посмотрим фильм. Включим какую-то новогоднюю комедию и посмотрим, да?

— Прости, — она краснеет и отводит взгляд, а после поднимается и говорит: — Я за ноутбуком.

Не знаю, о чем она подумала, но явно не о простом просмотре фильма. Стараюсь отвлечься, потому что и я начинаю думать о другом. Получается.

Женя действительно включает какую-то новогоднюю комедию, ставит ноутбук на столик и растерянно думает, куда ей сесть.

— Садись рядом, — указываю на диван и отодвигаюсь подальше, чтобы ей было комфортно.

Девушка раздумывает несколько мгновений, но все же садится, правда, на безопасном расстоянии. Фильм не идет. Я украдкой посматриваю на девушку и хочу, чтобы она расслабилась, потому что она сидит как в школе за партой: ровная спина, сложенные на коленях руки и прямая голова. Минут через двадцать она, все же, упирается в мягкую спинку дивана, правда, и так ей, видимо не удобно.

Я наблюдаю за ее попытками разместиться минут двадцать, после чего не выдерживаю, аккуратно протягиваю руку и прошу:

— Иди ко мне.

Она недоверчиво смотрит на мою руку, переводит взгляд своих больших искренних глаз на меня и даже, кажется, мотает головой, но в конец, когда я отбираю руку и отворачиваюсь, она таки садится ближе. И еще ближе…

Обхватываю ее за талию и тяну к себе, кладу маленькую подушку на колени и говорю:

— Ложись.

Она с сомнением смотрит на меня, но все же делает то, что я говорю. Укладывается головой на подушку, сворачивается клубочком и говорит:

— Спасибо.

— Так тебе будет удобно.

Мы не досматриваем фильм до конца, когда я понимаю, что Женя уснула. Вот так, у меня на руках, провалилась в сон. Я улыбаюсь и сижу так, с ней спящей, еще некоторое время. Любуюсь ее профилем, рассыпанными по подушке волосами и хрупким телом. Не знаю, каким нужно быть мудаком, чтобы изменить ей, а после наговорить всего, что я услышал от ее Димы, но она явно заслуживает лучшего.

Хочу прикоснуться к ней, но вовремя вспоминаю слова доктора. Он прав. Не стоит. У меня нет жены, но может быть невеста или девушка, которую я люблю. И я точно не хочу поступать с ней по-мудачески. Да и жена, чисто теоретически может быть. Гражданская. Что тогда? Рассказать ей, что я потерял память и влюбился в другую? А потом, когда вспомню? Что делать потом, ведь чувства к другой женщине могут вернуться, а по отношению к Жене я поступлю не лучшее ее недомужа.