Мастер и марионетка - Бренди Элис Секер

Треплет Дайшека по голове. Тот поднимает ее, будто она весит тонну, и тычется мордой в руки Кейна, выпрашивая ласку.

Вдруг лицо Кейна искажается. Он смотрит на меня, глаза темнеют.

— Что? — сажусь, пытаясь разглядеть морду Дайшека.

Он трясет головой, осматривается. Пытаюсь притянуть Дайшека за подбородок, но Кейн отталкивает мою руку. На ладони что-то мокрое.

Кровь.

— О боже. — Разглядываю ее, наполовину напуганная, наполовину брезгливая. — Ты хорошо поужинал, да?

— Это человеческая кровь.

Вскрикиваю, вытирая ладонь о землю.

— Человеческая?! Как ты вообще понял?

Но Кейн не отвечает. Его тело напряжено.

— Не хочешь показаться?

Этот голос. Грубый, жестокий, глубокий — он разливается теплом внизу живота.

Дессин.

Он переключился быстро. Значит, мы в опасности? Его спровоцировала кровь на Дайшеке?

Оглядываюсь. Лес едва освещен утренним светом. Кроме нас, здесь никого.

— Я теряю терпение, — предупреждает Дессин.

Волосы на шее встают дыбом. Я никогда не должна сомневаться в нем.

Тишина. Даже ветер не смеет шелохнуться.

— Если твой зверь доверяет мне, тебе стоит последовать его примеру. — Голос, как змеиный шелест.

Дессин смотрит на источник — за широким Гиперионом — затем на Дайшека, который остается спокойным.

— Я сам решаю, кому доверять.

Из тени выходит фигура в плаще. Лицо скрыто, но сразу ясно — это женщина.

Плащ распахнут, обнажая бледный живот и ноги. Черный шелк и кожа прикрывают грудь и бедра.

Мы молча уставились на нее.

— Если бы я хотела навредить, напала бы ночью.

Но Дессин не убежден. Его глаза изучают ее позу, одежду, язык тела.

— Нет, — произносит он. Редкий момент удивления в его голосе. — Ты из древней колонии.

Как тот человек, покрытый мхом в лесу Изумрудного озера... Кейн думал, он из Наядалей.

— И какой же? — ее тон гладкий и соблазнительный.

Ревность прокатывается по мне. Она говорит только с Дессином.

— Орда Ночных, — медленно отвечает он.

Женщина склоняет голову.

— Потомки Темных Эльфов, первых обитателей Темнолесья. Ты знаешь свои сказки.

Я в замешательстве.

— А я помню страшилки о твоем народе. Что тебе от нас нужно?

Его доминирующий тон успокаивает меня. Он не боится.

Она сбрасывает капюшон. Большие черные глаза смотрят на Дессина. Черты острые и элегантные, но кожа почти прозрачная, сквозь нее видны синие вены.

Лес будто сжимается.

Она улыбается — кошачья, голодная улыбка. В ее позе нет стеснения — только гордость и вызов.

Раздражение вспыхивает во мне, как молния. Ногти впиваются в ладони.

— Редко кто-то появляется в наших землях. Интересно, кто же так глуп, чтобы прийти из города?

Она остается на месте, чувствуя ауру смерти вокруг Дессина.

— Было бы глупо говорить, кто мы.

Она облизывает губы.

— Жаль. — Проводит пальцем по кожаному ремню на груди. — Тогда хотя бы скажи, сколько тебе лет.

Возраст? Разве не это спрашивал лесной человек?

Дессин наклоняет голову.

— Мне двадцать три, ей — девятнадцать.

Двадцать три? У него был день рождения, и он не сказал мне!

Сверлю его взглядом. Зачем он вообще ей что-то рассказывает?

Она кивает, будто что-то поняла.

— Сегодня мы с Ротвейленом разобрали пару охотников из Демехнефа. Их будет больше. Вам стоит пойти со мной в деревню, пока их не увели Тени.

Тени. Скарлетт рассказывала о них — перерожденные формы жизни, одержимые злыми духами.

Она что, верит, что они существуют?

Дессин выглядит так же озадаченно, как и я.

— Почему мы должны тебе доверять? — Я наконец набираюсь смелости спросить.

Ее зрачки скользят ко мне, будто она только сейчас заметила мое присутствие.

— Потому, Скайленна, что причинить тебе вред — значит помешать пророчеству, которое я хочу увидеть исполненным.

5. Ночная орда

Я не могу сдержаться.

Смех вырывается из меня, как воздух из сдувающегося шарика.

Это лицо Дессина. Полное неожиданности от того, что женщина знает мое имя. Я так ждала, когда он попробует собственное лекарство. Его темно-карие глаза резко переключаются на меня — обиженные, но старающиеся скрыть удивление.

— Это смешно? — его голос острый, как новый клинок.

Киваю.

— И как мне называть тебя сейчас? Я знаю, у тебя много имен. — Женщина делает шаг вперед, и Дессин мгновенно вскакивает.

Я перестаю смеяться.

Знать мое имя — одно. Но знать о его состоянии? Откуда ей известно об альтерах? Я сама узнала об этом недавно.

Дессин делает провокационный шаг, нависая надо мной, как ангел хаоса.

— Твое пророчество знает интимные детали моей жизни, — говорит он спокойно. Слишком спокойно. Как затишье перед бурей. — Детали, которые я скрывал ценой огромных усилий.

Женщина поднимает подбородок, осознавая, что зашла слишком далеко.

— Меня зовут...

Но Дессин уже достает меч, и лезвие оказывается у ее шеи. Он прижимает ее к дереву, мощные руки сжимают бледное горло.

— Я убивал за меньшее, — рычит ей в ухо.

Я вскакиваю рядом с Дайшеком, который рычит на вспышку насилия.

Он не может ее убить. Нам нужно выяснить, откуда она столько знает.

— Женщина, которая...родила тебя, — хрипит она. Ее бесцветное лицо быстро розовеет. — София! — выкрикивает из последних сил.

Дессин ослабляет хватку, пробудившись от имени матери Кейна.

— Говори.

— Она должна была рассказывать тебе истории о колониях. И когда делала это, давала советы на случай, если ты вырастешь и окажешься в беде! — Ее голос, прежде соблазнительный и сладкий, теперь сдавленный и торопливый.

Дессин смотрит вдаль. Слушает. Анализирует то, что не слышно остальным.

Кейн.

София говорила это Кейну, не Дессину. Он ищет в памяти или слушает, как Кейн подтверждает информацию.

— Она сказала искать убежища в семи лесах. Древние колонии знают больше, чем город.

Он изучает ее позу, его глаза наполнены угрозой.

— Как тебя зовут?

— Руна. — Она выпрямляется. — Наше пророчество гласит, что ты появишься на нашей территории в возрасте девятнадцати и двадцати трех лет.

Дессин отступает, бросая взгляд на меня.

— Ты хочешь помочь нам? — спрашиваю я.

— Так написано.

Я ловлю взгляд Дессина.

— Нам стоит пойти с ней. Хотя бы чтобы узнать больше о пророчестве.

Но он не уверен. Если этого нет в его плане, значит, этого не должно быть. Сомнение на его лице — как падающая звезда. Редкое. Мифическое.

Я делаю шаг вперед.

— Мы обязаны Софии разобраться в этом.

Его внимание возвращается ко мне, как резинка.

Он кивает. Хотя видно, как ему тяжело отступить от своего плана.

Дессин поворачивается к Руне.

— Если предадешь нас... я не замедлю отрубить тебе голову первым.

Она понимает. Если она знает столько, сколько утверждает, то ей должно быть ясно: Дессин не бросает слов на ветер.