Опьяненный любовью - Салли Маккензи

– Тогда почему ты совершенно голый, Гарри? – спросила, уставившись на дверь, Летиция.

Пен тоже интересовал ответ на этот вопрос. Ей хотелось увидеть лицо Гарри, но тот продолжал держать ее как щит перед собой.

– Он голый, потому что согрешил со мной, – драматично заявила леди Сьюзен.

– Я голый, потому что по дороге домой искупался в пруду, а придя, обнаружил на своей кровати леди Сьюзен. Посреди комнаты лежит мое полотенце. Оно было у меня на бедрах, пока его не сдернула эта дама.

Полотенце Пен заметила не сразу.

Пытаясь помешать Пен его увидеть, леди Сьюзен сделала шаг вперед. Будь она в платье, уловка удалась бы. А так Пен лишь лучше разглядела ее волосатые голени и толстые лодыжки.

– Он спустился за… – Леди Сьюзен судорожно оглядела комнату и увидела на каминной полке графин. – За бренди, чтобы меня подпоить.

– Графин пуст, – сказал Гарри.

Леди Сьюзен его слова проигнорировала.

– Его одежда наверху…

– Где я хотел переодеться.

– …Он сбросил ее у кровати.

– Возле двери, о косяк которой я ударился головой, потому что вы устроили мне засаду. Пен знает, какой наверху низкий потолок.

Пен кивнула.

– Да. Это каморка с очень низким потолком.

– Едва переступив порог, я увидел леди Сьюзен, лежащую – ну ладно, сидящую – на моей кровати в ожидании. Я дернулся в испуге и ударился головой о косяк. А когда очнулся, леди Сьюзен уже лежала на спине, раскинув ноги. Я бросился бежать.

Пен почувствовала, как Гарри пошевелился, пожимая плечами.

– В одном полотенце далеко мне было не убежать. И я обрадовался, когда пришла Пен.

Леди Сьюзен подбоченилась. Потом театрально указала в их сторону пальцем. Пен изумилась: эта женщина, совершенно голая, держалась так, будто была наряжена в бальное платье.

«Быть может, она наряжена в отчаяние?»

– Летиция, не верьте ему! На его простынях моя кровь.

– Кровь свиньи, – возразил Гарри. – Вы мне в этом признались.

– Чья кровь, узнать нетрудно, – заявила Пен. – Нужно спросить у мясника.

Наконец Летиция повернулась, но, избегая смотреть на обнаженных, устремила взгляд в потолок.

– Нет нужды. Леди Сьюзен, получив вашу записку, я спросила Бэсс, видела ли она вас? Я подумала, что мы могли разминуться. Хозяйка ответила, что не видела, и спросила, для чего леди понадобился пузырек свиной крови? – Летиция вздохнула. – Бэсс догадалась – для чего. Поскольку тут же поинтересовалась: удастся ли леди женить на себе графа?

Пен невольно рассмеялась. Слова Бэсс попали прямо в яблочко.

– Прежде чем хозяйничать на постоялом дворе, Бэсс жила в приюте. Такие уловки ей знакомы.

Лицо леди Сьюзен – да что там, все ее тело! – вспыхнуло от ярости.

– Одевайтесь, – произнес Гарри. – Вам пора.

– Да, – кивнула Летиция. – Пожалуйста. Вы смущаете нас, и не только тем, что выставляете себя напоказ.

Леди Сьюзен гневно глянула на Летицию, потом на Пен и Гарри, и наконец – наконец! – повернулась и пошла наверх.

Летиция подошла к полотенцу, подняла его с пола и, отведя глаза, подала Гарри.

– Прости, Летиция.

Обертывая бедра полотенцем, Гарри отступил от Пен. И она сразу почувствовала, как ей не хватает тепла его тела.

– Боюсь, до Лондона тебе с матушкой придется ехать с этой ненормальной в одной карете.

– Да, – скривилась Летиция. – Она нас измучила уже по дороге сюда. А теперь… – Она повела плечом. – Надеюсь, она всю дорогу просидит надувшись в углу. В противном случае я ей скажу, как глупо было с ее стороны пытаться женить тебя на себе.

Потом Летиция улыбнулась Пен.

– В таверне у Бэсс был лорд Мадлгейт. Он стал настоящим поклонником «Вдовьего пива».

Пен улыбнулась в ответ.

– Да, мне рассказала об этом леди Дэрроу.

Брови Гарри поползли вверх.

– Ты говорила с моей матерью?

– Да, она приезжала в приют повидаться с Гарриет.

Пен при Летиции о встрече распространяться не хотела.

– Как она узнала, что ты здесь?

– Ей рассказала леди Сьюзен.

Брови Гарри взметнулись совсем высоко.

– Пока мы с вами разговаривали, – обратилась Летиция к Гарри, – леди Сьюзен вернулась в гостиницу. Лорд Мадлгейт сказал мне, что они с леди Дэрроу столкнулись с леди Сьюзен, когда пришли посидеть в таверне. – Летиция повернулась к Пен. – Он также сказал, что леди Дэрроу чрезвычайно рада, что ты здесь, Пен. Она… Она знала, что у тебя ребенок…

– Подождите, – сдавленным голосом произнес Гарри. – Матушка знала о Пен и никогда мне об этом не говорила?

– Она считала, что это ребенок Уолтера, – объяснила Пен.

– С какой это стати? – насупился Гарри.

– А с такой, что Уолтер был известный ловелас, – сухо сказала Летиция.

– Но Пен и Уолтер?.. – спросил Гарри. – Как могла матушка такое подумать? Пен никогда бы… – Он остановился на полуслове, потом прочистил горло. – Я думал, матушка заметила наши с Пен, так сказать…

Пен дотронулась до руки Гарри.

– Помнишь? То лето твоя мать провела в лондонском доме.

– Когда я была беременна Бьянкой, – добавила Летиция, – и сразу после того, как она родилась.

– Верно. Припоминаю.

– В любом случае… – Летиция сменила деликатную тему. – Леди Дэрроу тут же направилась в приют, оставив лорда Мадлгейта в таверне с кружкой пива и повелев, как только я приду, все мне рассказать.

Тут послышался топот леди Сьюзен по лестнице – обувшись, она могла выражать ярость громче. Спустившись, она сурово на всех посмотрела… Ладно, не на всех. Весь ее гнев обрушился на Пен.

– Хорошенько подумай, прежде чем выходить за графа, – хриплым от злости голосом проговорила леди Сьюзен. – Свет никогда не примет графиню Дэрроу простолюдинку.

– Хватит, леди Сьюзен, – сказал Гарри.

Та продолжала сверлить взглядом Пен.

– Это для ее же блага. Она явно не понимает, что будет отвергнута.

Пен и правда никогда не была в Лондоне, но сносить оскорбления леди Сьюзен молча не собиралась.

– Встреча с вами дает мне прекрасное представление о том, каким низким и подлым может быть свет, – сказала Пен.

Эти слова, боясь выдать страх и волнение, она выпалила на одном дыхании. Да, мать Гарри обещала ее поддержать, рассчитывала она и на Летицию, но…

Но она опережала события. Между ней и Гарри еще ничего не решено.