Окровавленная красота - Элла Филдс

Я и так достаточно перенервничала, учитывая историю нашей семьи, и поэтому немного разозлилась, что из-за него мы могли опоздать.

Томас не мог работать в течение нескольких месяцев после операции, и хотя он не нуждался в деньгах, я знала, что ему не терпелось вернуться к тому, что он считал нормальной жизнью.

После того, как мы обратились в суд, где Майло приговорили к двенадцати годам, он кое-что уладил, но я знала, что это только вопрос времени, когда у нас появится новый посетитель, или Том исчезнет на несколько дней или недель.

Майло был арестован до того, как смог покинуть больницу. Я выдвинула против него обвинения в покушении на убийство и похищении человека, а свидетель на лестничной клетке моей квартиры подтвердил его вину.

Мы несколько раз встречались взглядами, пока он сидел на скамье подсудимых. Он был наполнен миллионом вопросов и очевидных обвинений. Я просто смотрела. Впитывала человека, который изменил мою жизнь непредсказуемым образом. Увидев его снова, зная, что мое заявление поможет упрятать его за решетку, я не испытывала чувства вины. Это произошло, когда я увидела Шелли, его жену, стоически сидевшую в конце зала суда, с едва заметным намеком на эмоции на ее прекрасном лице.

Я жалела, что у меня не хватило духу уйти. Не сказать ни слова, потому что я не знала, что именно сказать. Я не несла ответственности за то, что разрушила их жизни. Виноваты они сами.

И все же, как только Майло увели и большая часть зала вышла на улицу, я остановила ее на тротуаре. Тихое извинение было готово сорваться с моих губ, но ее улыбка, даже когда она дрогнула, сказала мне все, что нужно было услышать.

Она не винила меня.

И когда Томас подошел и встал у меня за спиной, все, что она сделала, это кивнула, а затем ушла.

Я не знала, будет ли это последней попыткой избавиться от Томаса. Но была уверена, если и когда они попытаются, мы будем готовы.

Схватив пару балеток из гардеробной, я надела их и помчалась вниз по лестнице.

— О, привет, — протянул Мурри, останавливаясь под лестницей, когда увидел меня. — Ты прекрасно выглядишь.

— Где он?

Мурри всячески избегал моего взгляда.

— Мурри, — предупреждающе сказала я.

— Он сказал, что будет всего через полчаса.

— Дай угадаю, час назад?

Он пожал плечами, а затем благоразумно удалился.

Минуту спустя я ввела код и толкнула дверь, убедившись, что она за мной закрылась.

— Это не ответ, Грегори.

— Так и есть, клянусь, черт возьми. — Слова были прерваны криком, когда я обогнула лестницу.

Я ждала, уперев руки в бока, пока Томас не положил коренной зуб на серебряный поднос позади себя.

— Что случилось, Голубка?

— Что случилось? — повторила его вопрос.

Парень в кресле, у которого изо рта хлестала кровь, перестал стонать и переводил взгляд с меня на него.

— Простите за вторжение, Грегори. Я всего на минутку.

— Нет, нам нужно идти.

Том моргнул, глядя на меня, затем встал со стула и стянул с рук малиновые перчатки.

— Ты забыл, не так ли? — спросила я.

Мужчина средних лет, на лбу которого выступили капельки пота, сжал кулаки, изучая меня.

— Привет, — сказала я, за неимением ничего другого, что можно было бы сказать кому-то, кто, возможно, не выживет.

Понятно, что он не ответил, но пошевелил пальцами пристегнутой к подлокотнику руки.

— Голубка, что я тебе говорил о том, как нужно разговаривать с моими посетителями, — пробормотал Том себе под нос.

Я закатила глаза и стиснула челюсти.

Его посетитель, Грегори, ухмыльнулся, и мне его стало жаль, поскольку из кратера, который Том создал в деснах мужчины, сочилось еще больше крови.

— И я не забыл, — сказал он, проходя мимо меня в ванную. — Я просто потерял счет времени.

Идя за ним, я прошипела:

— Мы откладывали это на месяцы, а ты просто потерял счет времени?

Он потер руки, пока я смотрела ему в затылок.

— Когда они начинают говорить, Голубка, то их уже не остановить. Легко потерять счет времени.

Я вздохнула.

— Неважно. Пожалуйста, просто поторопись.

Томас насухо вытер руки полотенцем, затем схватил меня за запястье, когда я только собралась уходить.

— Не нужно дерзить, Голубка. Я знаю, ты расстроена.

— Если знаешь, то тебе уже нужно поторопиться.

Он не пошевелился, и я застонала, пытаясь вырваться из его хватки.

Томас засмеялся, и я остановилась, мое разочарование свернулось в крошечный комочек. Крошечный комочек, который разлетелся в пыль, когда он опустил голову, и его нос задел мою щеку.

— Когда ты злишься, все, чего я хочу, это поглотить твой прелестный ротик. — Губы коснулись моей кожи, оставляя дорожку из мурашек, направляясь к моему уху. Зубами нежно прикусил мою мочку, затем отпустил ее. — Пока от тебя не останется ничего, кроме податливой плоти, ты вся моя.

Стоны, доносившиеся со стула из соседней комнаты, отрезвили меня, и Том вздохнул.

— Позволь мне усыпить его, и я сейчас поднимусь.

Поцеловав меня в лоб, он ушел, а я направилась наверх, чтобы подождать.

— Похоже, остаток вечера у тебя свободен, Грегори. Можешь поблагодарить за это мою Голубку.

Улыбаясь, я закрыла дверь и покачала головой.

Беспокоило ли меня все то, чем он занимался? В некотором смысле да, все еще беспокоило.

Я не была застрахована от такого рода насилия. Не думала, что когда-нибудь стану такой. Но я уважала эту его сторону и знала, что он получал нечто большее, чем финансовую выгоду.

Возможно, однажды его потребность в такого рода разрядке еще немного ослабнет. Может быть, даже полностью.

Но если этого не произойдет, я буду рядом с ним, проливая свет, какой только могу, на моего темного принца.

Мой отец со стуком поставил на стол два пива, с бутылок сорвалась пена, когда он посмотрел на Томаса, а затем сел.

— Как продвигается новая работа, Джем?

Я сделала глоток воды.

— Хорошо. Всего лишь неполный рабочий день, но… — Томас взял мою руку в свою и слегка сжал. — Думаю, я продолжу работать там некоторое время.

Три месяца назад я устроилась на новую работу, преподавать третьеклассникам в маленькой школе в Миннене, соседнем городке Гленнинг. В той самой школе, которую мы с Хоуп посещали в детстве.

В моем классе было всего двенадцать детей, и я делила работу с женщиной, которая только что вернулась из декретного отпуска, но мне это нравилось.

И Лу тоже, поэтому я в первую