Свет в ее глазах - Селина Аллен

Блейк делал это постоянно, целовал меня, обнимал и вел себя так, словно мы настоящая пара. И каждый раз, когда его губы касались моей щеки, носа или виска, я начинала нервничать от того, насколько приятно и комфортно было чувствовать себя рядом с ним.

Мы сыграли в рулетку, а потом в покер, мне не удалось выиграть ни там, ни там, а вот Блейк смог сорвать небольшой куш в покере. Я не была большой любительницей азартных игр, поэтому уже через час мы переместились в бар.

– Я выиграла в покер, – радостно поделилась Барбара, показывая мне фишки в руках. – Пошла ва-банк.

Слова Барбары заставили меня рассмеяться в голос.

– Представляю их лица. Хрупкая девушка обыграла индюков, которые считают себя профи.

– Да! Я показала им настоящий ютский покер!

– Ютский? В Юте практически не играют в покер10.

Барбара рассмеялась.

– Только мормоны, моя семья не относит себя к мормонам. Ладно, пойду, попытаю счастье в рулетке.

– Удачи, – улыбнулась я.

Стоило отвести взгляд от ее золотистого платья из шелка, как меня потревожили:

– Селеста, здравствуй.

Я обернулась. Передо мной стоял молодой мужчина лет тридцати, я видела его ранее, но вспомнить совсем не могла.

– Сэмюэль, – представился он. – Сэмюэль Фрост.

Ого. Тяжело было узнать в этом мужчине мальчика из моего детства.

Сэм – сын одного из отцовских друзей. В последний раз я видела его в детстве. Сэм был маленьким светловолосым и худым мальчиком с большими зелеными глазами. Сейчас передо мной стоял полноватый темноволосый мужчина с густой бородой.

– Привет, – я выдавила из себя улыбку.

Я сразу поняла, что могло завлечь его на открытие казино. Сэм общался с Конрадом.

– Ты просто потрясающе выглядишь, – сказал Фрост, а затем широко улыбнулся и совершенно неожиданно заключил меня в объятия.

Я одеревенела и даже пикнуть не смела ровно до момента, пока не почувствовала, как его рука накрыла мою поясницу.

– Спасибо, ты тоже. И очень изменился, – протараторила я, отстраняясь и нервно прикусывая нижнюю губу.

– Пропадаю в тренажерном зале, – объяснил он.

Сомнительно, конечно, но если он так говорит, поверю на слово.

– Ты так и живешь во Франции? – спросил он, горящими от предвкушения чего-то глазами.

Видимо, Сэм не так хорошо общается с Конрадом, если бы они дружили, то он бы знал, что мы с братом давно далеки от Франции.

– Нет, я живу в Нью-Йорке.

– А я в Бостоне. Не против обменяться телефонами и встретиться за чашкой кофе?

Или, может, сразу к тебе в постель?

– Это не очень хорошая идея. К тому же я здесь не одна…

– Да, она тут со мной, – сначала я услышала холодный властный голос, а секундой позже почувствовала на талии руку Блейка.

Сэм не успел ничего сказать, как Блейк с угрожающим спокойствием продолжил:

– Если ты еще раз решишь облапать мою девушку, то я сломаю тебе руки.

Девушку. И опять в моей груди возникла щекотка.

Фрост замер и несколько секунд стоял, уставившись на Блейка. Затем он поправил пиджак и неловко улыбнулся:

– Ну, хорошего вечера.

Как только Сэм ушел, я повернулась к Блейку.

– Ты… У меня слов нет! Ты просто отвратительнейший собственник! Я сама справилась бы, – уверенно заявила я.

Блейк нахмурился, и тут я заметила в его руках маленькую тарелочку с фруктовыми канапе. Он передал ее мне в руки.

– Количество особей мужского пола, предпочитающих лапать тебя при любом удобном случае, в последнее время зашкаливает. Хлыщу не следовало хватать тебя за задницу. В следующий раз он будет держать руки при себе.

Фрост тронул мою поясницу, а не задницу, как выразился Блейк.

Через секунду я почувствовала руку своего «парня», спускающуюся по моей пояснице к юбке платья.

– Как насчет того, что бы ты держал свои при себе, м? – поддела его я, не отрываясь от лицезрения зала.

– Мне можно, любимая, – спокойно ответил Блейк.

Опять он произнес это слово, и в моей груди разлилось что-то теплое и тягучее, заставляющее сердце трепетать.

– Все равно не стоит поступать, как пещерный человек.

– Если люди не будут подходить к тебе и пялиться на твои прелести, обещаю держать свою дубинку при себе.

Я взглянула краем глаза на Блейка и рассмеялась.

Когда нам надоело сидеть в баре, мы спустились и еще несколько раз сыграли в рулетку, я опять проиграла.

– А из тебя не очень хороший игрок в покер, – задумчиво выдал Блейк.

– Из меня не очень хороший игрок во что угодно.

Мой взгляд прошелся по залу. Люди выпивали и играли. Это место было наполнено весельем. Я не могла поверить, что приложила руку к созданию чего-то подобного.

Официальная часть прошла, мне больше нечего было здесь делать.

– Как ты смотришь на то, чтобы убежать к тебе домой? – спросила я, проводя носом по щеке Блейка.

– Ты знаешь, я всегда согласен.

– Только мне нужно на минутку подняться наверх.

Подпишу одну бумажку, которая освободит меня от оков в виде власти отца и уйдем.

– На минутку, – фыркнул вдруг появившийся из неоткуда Конрад.

Глядя Блейку в глаза, он аккуратно обхватил мое запястье и отстранил меня от него. Блейк промолчал, лишь сжал зубы от недовольства, но не стал ругаться с моим братом.

Отойдя на достаточное расстояние, где нас никто не мог услышать, Конрад сказал:

– Отец не прилетел…

Я вскинула брови.

– И это то, ради чего ты протащил меня через весь зал?

– Не утрируй, сестренка, мы отошли от твоего Штукатура всего на три шага.

– Прекрати его так называть.

– Нет, – заупрямился брат.

Я закатила глаза и сложила руки на груди.

– Не слишком ли открытое платье у тебя? – вдруг спросил он.

Мне нравилось мое платье: обтягивающее, короткое и с глубоким декольте, однако все еще в рамках приличия. Но в чем проблема Конрада? Дамочки здесь одеты куда более открыто.

– А ты полиция нравов? Тебе не кажется, что ты перегибаешь с братской заботой, Конрад?

– Не кажется, пока твои мозги не встали на место, я буду за тобой присматривать.

– Ты имеешь в виду Блейка? – прямо спросила я.

Конрад вздохнул.

– Он мне не нравится!

– Он и не должен тебе нравиться, он должен нравиться только мне!

– Джоанна, разве ты не видишь, какой он? Я давно навел справки, да глубоко копать даже не надо, чтобы понять, что Джефферсон игрок и ловелас. Ты ему не нужна.

Слова Конрада больно ударили по мне. А после в голове всплыли и слова Блейка.

– Я не собираюсь жениться, тем более заводить детей.

Он не женится, не