Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

— И, — начал он, обводя пальцем круг в сторону моих коленей, — как это?

Я закатила глаза.

— Иди сюда, болван. Он, скорее всего, не укусит. Не думаю, что он уже дорос до этой стадии.

Он слегка побледнел от этих слов, но всё же подошёл, осторожно приближаясь к кровати.

— Есть стадия укусов?

Я похлопала по месту рядом с собой, и, как мы делали столько раз раньше, он сел, и я почувствовала его тепло у своей ноги. Слёзы снова подступили — грусть среди радости. Я забыла, каково это: находить дом в людях. Мне пришлось зарыть это знание в снег, чтобы выжить, думать только о своём следующем шаге.

— Осторожно, — сказала я.

Его рука дрожала, когда он протянул её и коснулся спины малыша.

В одно мгновение дракон шевельнулся.

Чужак?

Сет отдёрнул руку, словно его укусила змея.

— Друг, — успокоила я его.

Затем я схватила руку Сета и снова положила её ему на спину, удерживая его ладонь у его бока. Дракон лишь спокойно дышал.

Я почувствовала, как страх Сета растворяется, сменяясь благоговением, и улыбнулась ему.

Он наблюдал за дыханием дракона.

— Он такой тёплый.

Я кивнула.

— Веллинтрис часто дышала на него огнём, неудивительно, что в нём осталось немного этого жара.

Через прикосновение я ощутила, как в нём вспыхнула тревога.

— Почему ты пришла сюда, Тани? Браксторн — не добрый хозяин даже для своей семьи. Неужели не было другого места, куда ты могла пойти? Или места, куда ты можешь сбежать сейчас?

Я опустила взгляд на его ноги, позволяя себе почувствовать все его эмоции. Я отвыкла от этого, и всё же знала Сета достаточно хорошо, чтобы понимать — в нём нет и тени злого умысла. Любое негативное чувство рождалось лишь из заботы обо мне.

Он не стал бы предавать меня по своей воле. А союзники мне сейчас были нужны как никогда.

— Тебе не стоит так за меня переживать, — сказала я, легонько постучав по его руке и снова встретив его взгляд. — У меня есть план.

— Какой план?

Я улыбнулась.

— Выйти замуж за победителя Игр Лейтхарта, разумеется.

Он моргнул, затем повернулся на кровати, чтобы посмотреть на меня как следует. Он не убрал руку, и его тревога за меня лишь усилилась.

— Тани, победителя не было. Ты же это видела, верно? Поэтому ты и ушла. Они все сгорели.

Сердце глухо ударило в груди.

— Не переживай, я прекрасно помню, что произошло. Я не сошла с ума. Лес не исказил мои воспоминания.

Сет моргнул, а потом с раздражённым звуком вытащил руку из-под моей.

— Ты меня прочитала?

Я просто смотрела на него.

Его дыхание стало тяжелее.

— Ты всё ещё чувствуешь.

— Я всё ещё чувствую. И я ищу завершение своей Судьбы.

— Ты не Сломленная? — спросил он, его голос стал выше. — Как ты не Сломленная?

— Лангнатин убил всех остальных. Все они пали, — объяснила я. — Все, кроме него.

— Но он сжёг их. Он навсегда остановил Игры Лейтхарта, когда убил тех людей. Только осторожные манипуляции не дали Триаде полностью распасться.

— Да, — сказала я. — Я как раз думала, как ему удалось уйти от ответственности за убийство половины сыновей Триады.

— Браксторн объявил, что если ты сумеешь встретить свою Судьбу, то подвергнешь мир опасности.

Я горько рассмеялась.

— У них было так много веры в меня.

Сет лишь провёл пальцами по волосам, выглядя ещё более растерянным.

— Ты хочешь сказать, что веришь, будто Лангнатин был победителем тех Игр?

Я подняла руку, разжимая и сжимая пальцы.

— Моя сила всё ещё при мне. Он был последним, кто остался на ногах. Значит, это должен быть он.

Мой друг детства наклонился вперёд, уперев локти в колени.

— Это слишком много, чтобы осознать сразу.

Я ждала, пока он сложит всё воедино, сплетёт нити гобелена из последних пяти лет. Моя рука скользнула по спящей спине дракона, находя утешение в его тепле.

— А твоя Судьба? — спросила я. — Ты закончил Служение?

Он поморщился.

— Восемь лет с Грулином. — Его рот опустился вниз. — Последние четыре были откровенно худшими.

— Но теперь у тебя есть она, вся твоя сила, — сказала я, глядя на его Метку. Его видения всегда были такими узкими и близкими по времени. Насколько же всё изменилось? — Что ты видишь?

Сет вздохнул.

— Больше, чем мне хотелось бы. Теперь у меня есть видения других. Моё проклятие пытается понять, когда именно они сбудутся.

Он схватил меня за руку, и его глаза были полны невыплаканных слёз.

— Я только жалею, что не увидел твоё возвращение. Видение тебя, сидящей здесь со мной, поддерживало бы меня куда лучше все эти годы.

Моя нижняя губа дрогнула.

— Я тоже хотела бы, чтобы ты меня видел. Но я здесь сейчас.

— И ты вернулась, чтобы выйти замуж за Лангнатина? — В его вопросе звучала мрачная покорность. — Он убил нашего кузена, Тани. Даже не моргнув.

Я вздрогнула. Я едва ли могла забыть. Браскриллан — человек, который когда-то хотел моей руки. Их кузен. Второй сын и сильный дуэлянт, сожжённый заживо в расцвете сил.

— Я подслушала разговор ещё в Ивенфолде, когда туда приезжал Драконий Принц, — сказала я, тщательно подбирая слова. — Он говорил о древнем оружии, которое можно найти в Госсамире. Когда я поняла, что моя Судьба — выйти замуж за Лангнатина, я осознала: он никогда не возьмёт меня в жёны, если готов сжигать собственных людей, лишь бы не дать мне обрести мою силу.

Я пожала плечами, глядя на Сета.

— И потому я отправилась в Госсамир. Я думала, что, если найду древнее оружие сама, смогу заявить на него права и обменять его на его руку. Если я смогу убедить его, что не представляю угрозы, что я Сломленная… Я толком не продумала всё до конца. Но потом я узнала правду об этом оружии.

Сет кивнул, уже зная ответ.

— Последнее яйцо Веллинтриса.

— Это яйцо было надеждой, — призналась я. — Я могла изменить волосы, одежду, но никогда не смогла бы изменить свои глаза. Лангнатин всегда бы знал, кто я такая, и, скорее всего, отверг бы меня из-за этого. Но с привязанным ко мне драконом я могла стать кем-то другим.

— Ворска из Госсамира, — сказал Сет. — Знаешь, Браксторн поручил мне разузнать о тебе больше. О твоём происхождении.

— Ворска существует, — сказала я. — Она молодая женщина из лесного племени, и в детстве она вместе с