Wild Cranberry - Юлия Герина

Отец с помощницей переглянулись и синхронно перевели на меня взгляды. Я же, закатив глаза, замотала головой.

— Похоже, у него от ударов Иосифа крыша поехала. А если это последствия сотрясения, что думаете?

— Что тут думать? Скорую нужно вызывать, — настаивала на своем Светлана Владимировна.

— Ни в коем случае! Лучше положите меня в кровать к Кэт, и всю боль как рукой снимет.

— Ага, размечтался, — рассмеялся отец. — Женись сначала!

— Это обязательно, решили ж, как только чуть-чуть подживет, чтобы не пришлось детям потом объяснять, почему их папка на свадьбе был с фингалом.

— Я ему сейчас в гостиной на диване постелю, — подвела я черту под этим идиотским диалогом. — Светлана Владимировна, вы его пока проводите в ванную, пусть помоется, а я потом раны обработаю как смогу.

— А я бы все-таки вызвала скорую, — задумчиво протянула папина помощница. — Ну или хотя бы съездила в травмпункт.

Через полчаса Ветров в одном розовом полотенце на бедрах сидел передо мной на кухонной табуретке. Серьезных ран у него не было, так, ушибы и ссадины.

Специально найдя в аптечке карандаш-зеленку, малевала на нем замысловатые узоры. Влад шипел от боли, когда карандаш проходился непосредственно по ране, а я в этот момент получала несказанное удовольствие.

— Ты можешь подуть хотя бы?

— Еще чего! Терпи.

Смазав спину, обошла мерзавца и встала между его широко расставленных коленей. Впервые я была так близко к практически голому Ветрову, и мои мысли моментально улетели в далекую от медицинской помощи реальность. У Влада было красивое подкачанное тело, гладкая кожа, чуть тронутая загаром, и небольшая татуировка на левом плече. Пальцы без спроса пробежали по коже и замерли возле его ключицы. Черт!

Почувствовала, как ладони Ветрова обхватили мои бедра, и он притянул меня к себе, уткнувшись носом в живот. Горячее дыхание сквозь тонкую ткань футболки согревало кожу.

— Кэт…

— М-м-м?

— Ты пустишь меня сегодня?

— Нет.

Он поднял голову и посмотрел вверх, встречаясь со мной взглядом.

— Уверена?

— Ветров! — Уперлась в его плечи ладонями в попытке вырваться. — Ты на себя посмотри, герой-любовник! Да на тебе живого места нет. Ты вообще зачем к Иосифу полез, а?

— По-твоему, я должен терпеть, как сначала он лапает тебя, а потом пожирает глазами?!

— Лапает? Когда?

— Когда вы у качелей о чем-то любезничали.

Вспыхнувшая злость в глазах Ветрова была совершенно не наигранная, он и правда кипел от ревности.

— Кэт, я тебя серьезно предупреждаю, если хочешь, чтобы в следующий раз этот таракан выполз отсюда на своих двоих, прекращай с ним общаться, ясно?

— Ты совсем сдурел?

— Нет, но Михельсона рядом с тобой видеть не хочу! Впрочем, как и любых других мужиков.

— Ты кто такой, Ветров, чтобы указывать, с кем мне общаться, а с кем нет? Может быть, мне вообще в родной дом дорогу забыть ради твоего спокойствия?

Тыкнула его прямо в рану на лбу карандашом-зеленкой, вымещая раздражение, бурлящее в крови.

— Ой! Осторожнее. Больно ведь!

— Короче, Ветров, — сделала последние зеленые штрихи по достаточно глубокой царапине у него под глазом, — я буду общаться с кем и когда хочу, понял?

Отложила зеленку и, взяв мазь от ушибов, начала осторожно размазывать ее по уже порядком посиневшим гематомам на скулах и разбитой губе. Боялась представить, что скажет Влад, когда увидит себя в зеркале, потому что, зациклившись на своей ревности, он даже не обращал внимания на то, чем я его тут мазала.

— Не понял! — прорычал он, когда я оставила в покое его лицо и, отступив, начала обрабатывать ссадины на руках. — Кэт, не выводи меня из себя! Я, между прочим, сам еще не знаю, на что способен в приступе ревности.

— Зато я уже знаю! Устроить беспричинный мордобой ты точно способен и наезжать на меня без повода. С какой стати ты вообще решил, что можешь мною командовать?

Отошла, закончив работу.

— Не изображай из себя дурочку, Кэт. Тебе не идет. Ты прекрасно знаешь, что мы уже несколько недель как не чужие друг другу люди, а скоро, я надеюсь, будем и еще ближе.

Ветров протянул ко мне свои ручищи, но я успела отскочить.

— Не трогай меня, иначе я позеленею. — Окинула его красноречивым взглядом и не смогла удержаться от смеха.

Ветров удивленно вскинул бровь и, встав, наконец-то осмотрел себя.

— Ты что за зеленое чудище из меня сделала, а? Я как на работу в понедельник пойду?

— То есть фингал под глазом, расцарапанный лоб и распухшие скулы тебя не смущают?

— Шрамы украшают мужчину, тем более полученные в бою за прекрасную даму. — Он замер около темного окна, в котором хоть и не четко, но все же было видно его отражение.

— Ты и лицо мне этой зеленой дрянью изуродовала?

— Другого антисептика в доме нет. У нас из вечно раненных только Марк, которому пока все равно, чем его мажут. Он еще хвостом ни перед кем не крутит и в боях за прекрасных дам не участвует.

— А я значит, кручу?

— А скажешь нет?

Мерзавец отошел от окна и направился в мою сторону.

— Кэт, давай-ка вернемся к нашему разговору. — Он приближался, а мне некуда было бежать. Сзади холодильник, по бокам плита и кухонный стол.

— А может, давай-ка ты сначала штаны наденешь?

— Они в стиральной машине.

— Я тебе отцовские принесу.

— Не уверен, что они мне сегодня понадобятся.

Мне почему-то расхотелось шутить, когда он подошел совсем близко. Лицо Влада, несмотря на зеленые разводы, было очень серьезно. Он не сводил с меня глаз, гипнотизируя и подавляя. Между нами было не больше полуметра. Еще шаг, и я попала в кольцо его рук, которые он положил на столешницу по обе стороны от меня.

— Я больше не хочу говорить намеками и больше не хочу недомолвок между нами.

Влад склонил голову,