Wild Cranberry - Юлия Герина

Хоть я и не видела его, но чувствовала прекрасно. Вот он склонился к моему уху и тихо прошептал.

— Ты нужна мне. Нужна с нашей первой встречи, — миллион мурашек разбежались по телу, — и ты это прекрасно знаешь. Не дергай головой, моя злючка, не отрицай. Это сумасшедшее притяжение существовало между нами с самого начала. И твоя неприязнь ко мне гипертрофирована именно поэтому.

Не выдержав, открыла глаза и встретилась с его горящим взглядом.

— Нет!

— Не спорь. — Влад прижал указательный палец к моим губам. — Дай мне договорить.

Лучше бы я не открывала глаза! В один миг увязла в омуте его горящего взгляда. Меня затягивала туда сумасшедшая сила, и я совершенно четко осознала, что как прежде уже не будет. Было невозможно и дальше играть в безразличие.

— Я предлагаю тебе серьезные отношения, Кислинка. — Заметила с бешенной скоростью бьющуюся венку у него на виске. — Я сейчас говорю тебе это, а у меня сердце готово выпрыгнуть из груди. Не знаешь почему?

Отрицательно мотнула головой.

— Думаю, потому что я влюблен впервые в жизни. — Слабая улыбка пробежала по его губам. — Если не считать темноволосой девушки, семь лет назад укравшей мой покой в ночном клубе.

Он был так близко, его губы мягко, еле касаясь, блуждали по моему лицу, и я, кажется, была готова капитулировать, уступив и забыв обо всем на свете. Мысли путались, и я упорно пыталась зацепиться хотя бы за одну, чтобы выбраться из этого омута.

Вытащила руки из карманов, уперлась ладонями в его твердую грудь в безрезультатной попытке оттолкнуть Влада и обожглась, почувствовав жар его голой кожи. Желание Ветрова фи́говое полотенце скрыть было не в силах, и я напряглась в новой попытке сдвинуть его с места.

— Постой.

— Что? — К губам добавились руки, которые нежно поглаживали спину.

— Перестань, я прошу тебя!

— Кэт…

— Влад! — Он чуть отстранился, уступая. — Твои признания звучат очень красиво, ты умеешь очаровывать и сводить с ума. Нам обоим это известно. Но пойми…

Он прижал палец к моим губам.

— Кислинка…

Теперь я закрыла его рот ладонью.

— Я не могу доверять тебе, не могу, пойми.

— Ну что за бред, Кэт! Я не собираюсь тебе изменять!

— Уверен? Как долго? Месяц, два?

— Мне упасть на колени, что ли?

— Да ты можешь хоть опползаться здесь, — почему-то начала злиться, — это ничего не изменит! Я прекрасно знаю, как заканчиваются твои «серьезные» отношения.

— Кэт, — Влад тоже завелся, — ты собралась мне всю жизнь припоминать ту дурацкую историю с твоей подругой?

— Дурацкую? Ты обманул и предал!

— Дурацкую! Я никогда ей ничего не обещал!

Он в раздражении отошел и ударил кулачищем по столу.

— Да если на то пошло, я и связался с ней только из-за тебя!

— Даже так? Ты хочешь сказать, что это я виновата в том, что ты ее так некрасиво кинул?

— Во всяком случае затеял я тогда все это назло тебе!

— Назло мне? Ну, Ветров, ты и фрукт! Морочил девушке голову несколько месяцев, потом вообще изменил ей с ее же подругой, а виновата во всем я?

Вслед за ним мерила кухню возмущенными шагами. Мы остановились друг напротив друга, разделенные столом.

— А еще говорят, что у женщин логики нет! Ты сам-то себя понимаешь?

— Я понимаю только то, что не собираюсь больше оправдываться перед тобой! Забудем эту историю и точка! Сейчас речь идет о нас, и я уверен в своих чувствах и желаниях!

— Неужели? А как же все твои любимки? Что ты им скажешь? Будешь ежедневно десятки фоток рассматривать, а потом по ресторанам шляться? А мне что делать? Я, пока ты занят, могу встречаться с кем хочу?

— То есть в этом все дело?! Ты хочешь заранее получить индульгенцию? Если я загляну в чат, ты тут же к таракану своему помчишься?

— Я?! Вот как тебе так ловко удается перевернуть все с ног на голову?

— Мне? Заметь, это не я про будущие воображаемые измены заговорил!

— С тобой невозможно разговаривать, ты переворачиваешь все мои слова в свою пользу!

— А ты меня вообще не слышишь!

Мы стояли как два барана, разделенные кухонным столом. Я уперла кулаки в бока, Ветров же, поддавшись вперед, кулаками упирался в столешницу.

— Значит, нет? — прищурился он, ожидая от меня ответа.

— Значит, нет.

В очередной раз грохнув по столу кулаком, он молча вылетел из кухни, хлопнув дверью. Я же проводила глазами его упругий зад, обтянутый розовым полотенцем, а сердце, вопреки здравому смыслу, болезненно сжалось.

Смотрела в окно на красные огоньки фар ветровского кабриолета, растворившиеся в темноте. Ну и черт с ним! Бесится он. Можно подумать, я сказала неправду. Да он и сам прекрасно знает, что доверия ему нет ни на грош! Я не ждала клятв любви и верности, но пообещать прикрыть свой рассадник любимок можно было? А он что? Наехал на меня из-за таракана, черт, из-за Иосифа, тем самым уравняв меня с собой, прожженным изменником!

За завтраком вчерашняя драка была главной темой для обсуждения. Марк сообщил, что болел за Ветрова. А Светлана Владимировна рассказала, как поздно вечером заходила к Михельсонам передать извинения от отца, и Давид Соломонович сообщил ей, что Иосиф с Диной Абрамовной уехали в больницу.

— Наверняка побои зафиксировать понеслись, — сделал вывод отец.

— Я тоже так подумала, — расстроено покачала головой его помощница.

— Катя, что там вообще случилось-то? В честь чего они сцепились? — Отец изображал саму невинность.

— Ты лучше меня знаешь ответ на этот вопрос.

— Это почему же? — Он округлил глаза в притворном удивлении.