Сильнее ветра - Лия Аструм

– Но мы оба знаем, что ты совсем не ангел. Ангелы так не текут.

Она замерла, и я склонил голову к плечу, пытаясь зафиксировать каждую деталь этого потрясающего зрелища. Полностью дезориентированная, с румянцем на щеках она неподвижно лежала на столе с раздвинутыми ногами. В глазах полный раздрай и сумасшедший блеск потемневшего неба. Расширенные зрачки и искусанные в хлам губы. Такая она очень мне нравилась. Поплывшая от похоти. Представляющая мой член в себе. Последний был очень солидарен с ней в этом вопросе.

– Тише, Эм, – склонившись над ней, прошептал я и обвёл языком по контуру её маленькое ушко. – Сейчас я сделаю тебе хорошо.

– Максвелл… – Тихий всхлип и противоречиво на выдохе: – Я не хочу.

– Я уже говорил. Я люблю проверять сам.

И не дав ей время осмыслить сказанное, разорвал тонкую ткань. Она с треском разлетелась на клочки, и этот звук проехался по мозгам, запустил в сознании странные визжащие сигналы, требующие немедленно прекратить. Остановиться.

Но стоило мне увидеть гладкий лобок с влажными блестящими складками, как я мгновенно разучился думать. Все мысли схлынули в штаны, к месту которое решило взять первенство и сделать всё за меня.

Большим пальцем я коснулся клитора, провёл вниз, собирая обильную смазку, и погрузил внутрь, срывая с непокорных губ стон, от которого у меня помутнело в глазах. До чёрных точек, мушек и хрен пойми чего… Но сигналка стихла, оставляя передо мной самую опасную для вменяемости картину.

Ещё секунду назад она пыталась убежать, а сейчас выгибалась дугой, цеплялась пальцами за край стола и царапала ногтями дерево, двигаясь навстречу моей руке. Плотные бархатные стенки сумасшедше туго сокращались вокруг пальца, и я очень старался не представлять, насколько охренительно горячо будет на его месте члену, потому что только от одной мысли об этом я мог позорно кончить в штаны.

Я перевернул ладонь и, погрузив два пальца в обильно истекающий проём, согнул, надавливая на чувствительную точку.

Она пробормотала что-то нечленораздельное.

– Не слышу.

– Я не хочу… – Рваный шелест с истерзанных губ.

Упрямая сучка.

– Я сейчас утону в твоём «не хочу».

Комнату наполнил запах секса. Пряный, плотный, густой. Я жадно втягивал его носом и мысленно имел её во всех позах. В реале же я терпеливо доставлял ей удовольствие и из последних сил сдерживал свои животные порывы. Насчёт «утону» я совсем не шутил. Смазки было невероятно много. Она чавкающе хлюпала, стекала по пальцам и капала на стол. Словно мою девочку не трахали целую вечность. От последней догадки я как кретин пришёл в полный восторг.

– Давай, Эм, постони для меня, – подначивал я и, вогнав два пальца до упора, надавил большим на клитор. Как на кнопку, запустившую целую серию сексуально хриплых стонов и сумасшедше острых спазмов. Она дрожала и захлёбывалась воздухом, в котором витал крышесносный запах её возбуждения. – Умница.

Одуряющая пульсация мокрых стенок била по пальцам и по мозгам. Бешеная барабанная дробь сердца и частичная потеря рассудка. Я практически в ауте. И мне не терпелось уйти в него полностью.

Ангел пал, и прямо сейчас у меня были все шансы вырвать с корнем его крылья. Для этого нужно было расстегнуть ширинку и достать член. Проще простого.

Но я медлил.

Какого хрена я медлил?

Вместо этого я отпустил шею, усыпанную непозволительным количеством засосов, и успокаивающе положил ладонь на подрагивающий живот, разглядывая бегущие по раскрасневшемуся лицу дорожки слёз. Они текли тонкими прозрачными линиями, и я, не удержавшись, по-маньячески размашисто слизал одну из них.

Соль растаяла на языке вместе с возбуждением во влажных, медленно проясняющихся глазах. Ей словно дали противоядие, и теперь мутная поволока рассеивалась, стремительно заполняя голубые радужки осознанием происходящего. И когда цвет достиг своей прежней чистоты, она со всей силы толкнула меня в грудь.

А я не стал сопротивляться.

Спрыгнув со стола, она яростно одёрнула подол платья, осмотрела непригодные остатки своего белья, по которым я успел вдоволь потоптаться, и перевела взгляд на меня. И этот взгляд мне совсем не понравился. Сломанный… разочарованный…

– Ты! – Она шмыгнула носом и сжала руки в маленькие кулачки. – Воспользовался моим состоянием!

Хотелось продемонстрировать мокрую, пропитанную её возбуждением ладонь. А лучше засунуть влажные пальцы ей прямо в рот, чтобы лично распробовала вкус «насилия». Но я решил, что потрясений на сегодня и так достаточно.

– Тогда беги, Эм, – зловеще протянул я. – А то вдруг я снова решу тобой воспользоваться, ты не захочешь и кончишь.

– Ненавижу тебя! – сквозь слёзы яростно прокричала она и пулей вылетела из комнаты.

Ощущая себя крайне злым и ещё в большей степени неудовлетворённым, я дал себе несколько минут на то, чтобы прийти в себя: успокоить нервы и не спешащий ложиться спать орган. В ближайшем туалете смыл следы «насилия» и спустился вниз, где нашёл Мейсона, который, к моему удивлению, встретил меня с очень недовольным лицом. Ему тоже обломали фееричный секс?

– Объяснишь, что это значит? – процедил он сквозь зубы и сунул мне под нос свой телефон с открытой почтой.

Самое верхнее сообщение было от Джейкоба Стюарта. Нашего общего знакомого.  Чёрт, я перепутал и дал ему адрес не личного ящика, а рабочего. К которому, конечно же, имел доступ Лотнер.

– Информация, – спокойно ответил я и, выхватив у него телефон, нажал на кнопку загрузки файла.

– Зачем тебе инфа на неё, ты можешь мне объяснить? – напирал Белль.

– Не только на неё. Но и на её дружка. Хочу знать, что он из себя представляет. Может, он трахает волейболисток на пляжах Австралии, пока Эм строит из себя недотрогу.  – Хотя, она уже нихрена не недотрога. – Какого чёрта так долго? –  раздражался я, смотря на заполненную больше, чем на половину, полоску загрузки.

– Ты что? – Мейс понизил голос. – Влюбился в неё?

После этого вопроса я оторвался от экрана и в упор посмотрел на друга.

– Ты идиот?

– Это ты идиот, Велл! – Мейсон ткнул тростью мне в грудь. Ну просто Аль Капоне воскресший.  – Ты роешь на неё инфу. Да что на неё? На её жениха! Ты глазами её сжираешь! И какого чёрта она в засосах?! Это ты расстарался?!

Я обвёл взглядом гостей, пытаясь среди них найти светлую макушку.

– Угомонись. Она вырвала из моих лап подружку, словно спасала от группы насильников. Потом они уехали.

Может, немного переусердствовал. Ничего страшного. Заживёт.