Неверный. (не) твои дети - Мила Гейбатова

– Я тоже так думала до вчерашнего дня. Стоп, что значит «ты тоже»? Кто еще беременная, ты? – Женя смотрит на меня пытливо.

– Эм, – не хотела я откровенничать, мне это несвойственно, даже с Женей, ляпнула от неожиданности, – н–нет, – пытаюсь неловко соврать, – тебе показалось, я не это имела ввиду.

– Катя! – строго отчитывает меня подруга. – Не темни. Это от того тайного поклонника, в которого ты влюбилась? Несколько месяцев ходила счастливая, но тогда, это, наверное, хорошо, что ты беременная, нет? – Женя внимательно вглядывается в мое лицо. – Конечно, твоя работа не располагает к подобному развитию событий, но я так поняла, твой мужчина обеспечен, сможет вас содержать.

– А что же ты расстраиваешься из–за Игоря? Он не бедный парень, работящий, квадратными метрами обеспечен, будете ребенка на свежем воздухе растить в здоровой экологии, – не сдерживаюсь от колкости.

– Ты прекрасно знаешь, что это не для меня, – мгновенно мрачнеет подруга. – Да и у меня есть некоторые особенности со здоровьем, – она замолкает на секунду, а потом все же решает продолжить откровенничать. – Сердце. Оно не самое сильное. В обычной жизни практически незаметно, я пью лекарства, но спорт точно не для меня. Да и к беременности нужно относиться крайне серьезно. И потому я не хочу вот так случайно рисковать не только любимой научной деятельностью, но и жизнью.

– Женька, – обнимаю подругу, а у самой слезы на глазах, – прости, я ляпнула, не подумав.

– Да ладно, все нормально. Я тоже была нетактична, я не могу решать за тебя.

– Мой женат, – решаюсь на откровенность.

– Что? Нет? – смотрит пораженно Женя.

– К сожалению, да, – печально киваю.

А вот остальные детали совсем не хочется озвучивать. Мы с Женей не то чтобы очень близки, хотя другой подруги у меня попросту нет, но и нагружать ее Ивановыми не стоит, у нее у самой проблемы.

– И что будешь делать? – спрашивает Женя.

– А сама–то что? – возвращаю ей вопрос.

– Я аборт. Я рассталась утром с Игорем, так ему и не сказала, не смогла. Просто поняла, что лучше разойтись сейчас, пока он не начал перекрашивать стены дома в мой любимый сиреневый цвет.

– И как он все воспринял?

– Плохо, конечно, – подруга тяжело вздыхает, – но, в итоге, он и сам понял, что не готов променять деревню на меня. Так что, – она пожимает плечами.

– А про беременность ты не сказала, – произношу очевидное.

– Хм, естественно, – хмыкает Женька, – если бы он знал, то не отпустил бы. Я три дня собиралась с духом, напросилась к нему в гости, хотела взвесить все. Ты знаешь, импульсивные поступки не в моей привычке. Вот и взвесила. Решила, что нужно спасать нас с ним от несчастного брака, у нас у обоих есть шанс на светлое будущее.

– Как мудро, мне бы так, – говорю, немного опешив. – Нет, честно. Я так не умею.

– Какая разница, у нас с тобой один путь – к врачу. Только денег сейчас, как назло, нет, а по полису я не рискну идти. Это не та процедура, которую нестрашно провести бесплатно.

– К врачу, ты права, – соглашаюсь с подругой, имея ввиду совсем не то, что она. – А деньги есть, – вспоминаю о пачках купюр за цветочным горшком, – я помогу.

10

На работу я так и не попадаю, сказываюсь больной и клятвенно обещаю к выходным быть огурцом. Вместо презентации записываю нас с Женей в частную клинику у дома и собираю ее и себя в срочном порядке в путь.

– Страшно мне что–то, – бормочет подруга перед входом в здание.

– Дальше будет страшнее. Все равно сначала полный осмотр, узи, анализы, только потом дальнейший процесс. Ты успеешь передумать, не переживай, – успокаиваю я ее.

– Нет, мне нельзя передумывать, – заявляет она упрямо, качая головой, – у меня наука и здоровье.

– Значит, сделаешь это, – реагирую спокойно.

Я тоже для себя уже все решила. Конечно, не так глобально и без четкого раскладывания аргументов по полочкам, как это обычно делает Женя, но, главное, я знаю, как мне поступить в этой ситуации. А дальше… Что делать дальше, буду думать потом.

– Ты тоже сделаешь, да? Тебе ведь также оно не надо? – спрашивает Женька, вцепившись в меня перед самыми дверьми.

– Гхм, – произношу, думая, как ей ответить.

– Вы к нам? Проходите, – к счастью, от откровенности меня спасает администратор клиники, открывая перед нами с Женькой дверь и приглашая зайти внутрь.

– К вам, – говорю и решительно шагаю, затаскивая за собой подругу.

Нас быстро оформляют, я оплачиваю, и перед двумя кабинетами мы расходимся. Я специально записала нас так, чтобы обе не мучались ожиданием, одновременно прошли необходимые процедуры.

– Здравствуйте, присаживайтесь, – произносит с улыбкой молодая женщина–врач, – давайте сначала ответите на несколько вопросов, потом ляжете на кушетку, сделаем узи.

– Супер. Спасибо, – отвечаю отрывисто.

Только сейчас я понимаю, как сильно нервничаю. Ведь придется очень быстро окончательно принять свое новое положение. Если бы не Женька и родители Влада, я бы еще месяц, наверное, ходила в прострации и избегала врачей. Но реальность такова, что уже на третий день после теста мне приходится идти на более ответственные шаги.

Отвечаю на общие вопросы врача про здоровье и отстраненно думаю про Женьку. У нее ситуация в чем–то посложнее будет. Хотя я бы не отказалась от преданного парня, коим и является ее Игорь. Но вот проблемы с сердцем, тут уже сложнее. Тут пусть врачи советуют, не мне умничать.

Да и с Игорем она очень правильно рассуждает, разумно. Она не я, которую приголубили, я и растаяла. Она оценивает отношения с точки зрения общих целей в жизни, желаний, а не исключительно по наличию чувств на конкретном отрезке жизненного пути.

– Ложитесь, пожалуйста, – произносит врач, прерывая мои мысленные рассуждения о подруге.

Фух, самое интересное. Я ведь даже не знаю свой срок, кровь не сдавала, не успела, а цикл у меня всегда был нестабильным, я и подвох–то не сразу заподозрила.