Идеальный мужчина - Дженни Маркас

Проснувшись на следующее утро, Холли остыла, но теперь на смену злости пришло чувство унижения. Мысль спрятаться получше и никогда больше не показываться в школе казалась ей наиболее привлекательной. Но выбора у нее не оставалось: Джин не принадлежала к числу тех матерей, которые позволяют своим детям устраивать «выходные для мозгов». Она считала, что если они в состоянии двигаться, обе ее дочери должны каждый день ходить в школу.

Холли удалось проскользнуть в школу незамеченной. Но пока она копалась в своем шкафчике, в коридоре появился Адам, который направлялся прямо к ней. Хотя она и знала, что прятаться бесполезно, Холли все же попыталась укрыться за открытой дверцей шкафчика и закрыла глаза.

— Знаешь, о чем сегодня все утро говорят в школе? — невзначай спросил Адам.

Ну конечно же, она знала. Вздрогнув, Холли открыла глаза и посмотрела в полной уверенности, что он начнет смеяться над ней. Но все получилось не так. Вместо насмешки он мило улыбнулся ей.

— Они говорят о грузовике компании Крипси Крим, который попал в аварию на Восьмой авеню, — заверил он. — Куча пончиков и абсолютно бесплатно. В такой суматохе все напрочь забыли, что случилось раньше восьми утра.

Все так же улыбаясь, он подтянул рюкзак, кивнул ей и отправился на первый урок.

Ну и ну. Холли посмотрела ему вслед. Неужели он и впрямь так мил, как кажется?

Из-за грузовика ли с пончиками или из-за чего-то еще, но в тот день Холли не заметила ни косых взглядов, ни насмешек. Может быть, в этой школе все уже давно привыкли к подобным инцидентам во время родительских собраний.

— Нет, просто у нас у всех сумасшедшие матери, — рассуждала Эмми, когда они уходили из школы. Девочки вместе шли по улице; Эмми пригласила Холли перекусить после занятий. — У моей мамы, например, 433 сумочки.

— Да, — заметила Холли, — но она ведь не приносит их все на родительские собрания? — Она все еще немного сердилась на Джин. Пока девочки ждали зеленого сигнала светофора, Холли сетовала. — И вот так всегда. Сперва она еще подает какие-то надежды, но потом, не встретив за две недели идеального мужчину, связывается с каким-нибудь неудачником. С каким-нибудь парнем, который и мизинца ее не стоит. — Они с Эмми уже завернули за угол, а Холли все ворчала: — И когда ничего не выходит, — потому что никогда ничего не выходит, — мы собираемся и уезжаем. Снова и снова. И я ничего не могу с ней поделать. — Она говорила все громче и громче. — Я даже сбежать не могу.

Эмми остановилась озадаченная.

— Кажется, ты говорила, что не против переездов, — отозвалась она.

— Я не против, — ответила Холли. — То есть я и сейчас не против. То есть… — Ах, она прекрасно все понимала. Ей явно, абсолютно, определенно, до смерти надоели переезды. Одна мысль о том, что надо снова собирать вещи, приводила ее в отчаяние. Она глубоко вздохнула: — Я просто приехала сюда, — выговорила она наконец. Она настолько углубилась в свои мысли, что ей понадобилось какое-то время, чтобы понять, что Эмми уже остановилась у входа в ресторан. Холли взглянула на название. — «Ривер Бистро»? — спросила она.

Эмми повела пораженно озирающуюся по сторонам Холли в ресторан, который посещают топ-модели со своими друзьями-миллиардерами, здесь все выглядело на высшем уровне. Конечно, в тот момент ресторан был практически пуст, и официанты в белых фартуках готовились к дневному наплыву посетителей.

— Что мы здесь забыли? — зашипела Холли на Эмми. — Я не могу себе позволить и близко подойти к подобному заведению, не говоря уж о том, чтобы заказывать здесь еду.

Эмми рассмеялась.

— Успокойся. Все под контролем. Мой дядя Бен — владелец ресторана. — Она указала на открытую кухню на другом конце зала, где привлекательный, темноволосый мужчина — на вид приблизительно одного с Джин возраста — разговаривал по телефону и одновременно расставлял на решетке кастрюли и сковороды.

— Сколько ты заставил ее ждать? — выспрашивал Бен у своего собеседника по телефону, когда Холли и Эмми приблизились к нему. Заметив Эмми, он подошел, чтобы поцеловать ее в щеку, продолжая разговор. — Час? — спросил он. — Она права. Ты точно — свинья.

— Это Холли, — шепнула Эмми дяде.

Бен кивнул и повел их к низкому холодильнику, где начал сервировать для них мороженое.

— Единственное, что еще может тебя спасти, — между делом говорил он в трубку, — это цветы. — Он поставил розетку с шоколадным мороженым перед Эмми и повернулся к Холли. Слушая своего собеседника по телефону, он посмотрел на нее. — Фисташковое, верно? — спросил он шепотом.

Холли, не задумываясь, кивнула. Она всегда любила фисташковое мороженое, скорее всего, если не фисташковое, она бы и вовсе отказалась от мороженого. Но как же он догадался?

— Как он узнал? — спросила она Эмми, когда Бен начал готовить для нее мороженое.

— Он знает женщин, — ответила Эмми, отправляя в рот ложку мороженого и закрывая глаза от удовольствия.

Продолжая свой телефонный разговор, Бен подал Холли полную до краев розетку и ложку.

— И не гонись за дешевизной, — посоветовал он своему собеседнику, — самые лучшие, целую охапку и с длинными стеблями.

Холли попробовала мороженое и улыбнулась. Теперь она внимательно прислушивалась к тому, что говорил Бен.

— Конечно, сработает, — уверял он, — розы всегда действуют.

Холли закатила глаза. Как примитивно.

— Он же не верит в то, что говорит, правда? — спросила она Эмми.

Эмми лишь пожала плечами и взяла еще ложку мороженого. Но Бен слышал ее вопрос. Он слегка улыбнулся Холли, завершая свой разговор.

— В любое время, приятель, — ответил он. — Пока!

Он нажал клавишу отбоя на телефоне и убрал его в карман. Потом наклонился к Холли.