Где властвует любовь - Джулия Куин

– Подумаешь, одолжит что-нибудь у Энтони, – отмахнулась Элоиза. – У них одинаковый размер. У Грегори, кстати, тоже. Только у Бенедикта другой.

– Он на два дюйма выше, – вставила Гиацинта.

Пенелопа кивнула, изображая заинтересованность, и бросила взгляд в окно. Карета замедлила ход – очевидно, кучер пытался пробраться через скопление экипажей на Гросвенор-сквер.

– Сколько народу ожидается сегодня вечером? – спросила она.

– Насколько мне известно, приглашено пять сотен гостей, – ответила Вайолет. – Дафна не часто устраивает приемы, зато с большим размахом.

– Это уж точно, – пробормотала Гиацинта. – Терпеть не могу толпу. Представляю, какая там будет духота сегодня вечером.

– Какое счастье, что ты у меня последняя, – притворно вздохнула Вайолет, бросив на дочь любящий взгляд. – У меня просто не осталось энергии ни на кого другого.

– В таком случае жаль, что я не была первой, – дерзко ответила та. – Только подумайте, сколько бы мне досталось внимания, не говоря уж о деньгах.

– Ты и так богатая наследница, – заметила Вайолет.

– И всегда находишь способ быть в центре внимания, – поддразнила Элоиза.

Гиацинта только ухмыльнулась.

– Между прочим, – сказала Вайолет, обращаясь к Пенелопе, – все мои дети будут присутствовать на сегодняшнем балу. Я уж не помню, когда мы собирались все вместе в последний раз.

– А бракосочетание Пенелопы? – напомнила Элоиза.

Вайолет покачала головой.

– Грегори не смог отлучиться из университета.

– В программу вечера случайно не входит, что мы все выстроимся по росту и исполним праздничный гимн? – поинтересовалась Гиацинта. – Только представьте: «Поющие Бриджертоны». Мы могли бы сделать состояние на сцене.

– Что-то ты сегодня цепляешься ко всему, – заметила Пенелопа.

– Нужно срочно выдать ее замуж, – сказала Элоиза, обращаясь к матери.

– Вначале тебя, – произнесла Гиацинта.

– Я работаю над этим, – загадочно отозвалась Элоиза.

– Что? – Слово вырвалось из трех ртов одновременно и прозвучало довольно громко.

– Это все, что я собиралась сказать на эту тему, – заявила Элоиза таким тоном, что никто не усомнился в ее непреклонности.

– Я все равно докопаюсь, в чем тут дело, – заверила Гиацинта своих спутниц.

– Не сомневаюсь, – ответила ее мать.

Элоиза повернулась к окну.

– Приехали, – объявила она.

Дамы подождали, пока кучер откроет дверцу, а затем выбрались наружу одна за другой.

– Боже, – одобрительно произнесла Вайолет, – на этот раз Дафна превзошла себя.

Они помедлили, восхищенные открывшимся видом. Гастингс-Хаус сиял огнями. В каждом окне пылали свечи, а на улице горели фонари, украшавшие фасад здания. На парадных ступеньках толпились лакеи, встречавшие гостей.

– Жаль, что леди Уистлдаун здесь нет, – заметила Гиацинта с искренним сожалением в голосе. – Ей бы это понравилось.

– А может, она там, – возразила Элоиза. – Собственно, я почти уверена, что она там.

– Дафна пригласила Крессиду Тумбли? – спросила Вайолет.

– Наверняка, – отозвалась Элоиза. – Но я не считаю, что она леди Уистлдаун.

– Думаю, больше никто так не считает, – сказала Вайолет, поставив ногу на первую ступеньку. – Пойдемте, девушки, нас ждет удивительный вечер.

Гиацинта шагнула вслед за матерью, а Элоиза двинулась вместе с Пенелопой.

– Что-то необычное в воздухе, какая-то магия, – заметила Элоиза, озираясь по сторонам, словно никогда не была на лондонском балу. – Чувствуешь?

Пенелопа только взглянула на нее, опасаясь, что если откроет рот, то выболтает все свои секреты. Ночь действительно казалась насыщенной энергией, как это бывает перед грозой.

– Как будто наступил решающий миг, – размышляла вслух Элоиза, – и жизнь может полностью измениться. За одну ночь.

– Ты о чем? – спросила Пенелопа, встревоженная выражением глаз подруги.

– Ни о чем, – ответила Элоиза, пожав плечами. Но на ее губах мелькнула загадочная улыбка, когда она взяла Пенелопу под руку. – Пойдем, бал начинается.