Когда тает лед - Ханна Грейс

– Знаешь, чего ты мне еще не сказал? – «Только спокойствие». – Ты не попросил прощения. Ты не сказал: «Прости меня, Стейси. Прости, что я позорил тебя. Прости, что создал такую атмосферу, что тебе пришлось переехать. Прости, что всем говорил про тебя гадости».

– Анастасия, пожалуйста! – Брейди прочищает горло. – Мы собрались, чтобы исправить ситуацию. Я знаю, как вы друг другу дороги, так что давайте сосредоточимся на этом.

– Он сказал, что никто не способен… – Мой голос дрожит. – Он сказал, что никто не способен полюбить меня, когда мои родные родители не смогли. Тренер, он сообщил вам это? Когда сказал, что хочет исправить ситуацию?

– Аарон, – Брейди бледна, ее голос звучит натянуто, – пожалуйста, скажи, что ты…

Он закрывает лицо руками.

– Это правда, тренер. Я говорил все это и кое-что похуже. Анастасия, мне так жаль.

– Я так тебя защищала, Аарон, – ровным тоном произношу я. – Когда из-за твоего поведения люди считали тебя неприятным человеком, я говорила, что они тебя неправильно поняли. А ты в это время называл меня плохой фигуристкой и говорил, что я пытаюсь залететь от Нейта ради его денег. Ты вообще понимал, насколько это хреново? Что я такого сделала, раз ты меня возненавидел?

Этого хватает, чтобы привлечь его внимание. Аарон наконец поднимает голову. Лицо его непроницаемо: он просчитывает подходящую реакцию. Определенно он не знал, что мне об этом известно.

– У моего отца новая связь. Его любовница беременна, и мама наконец выперла его. Она нашего возраста, Стейс. Знаешь, как это отвратительно? У меня будет брат или сестра, с чьей матерью я мог бы встречаться.

– Твоя мама не заслуживает такого обращения и никогда не заслуживала, но я не понимаю, какое это отношение имеет ко мне?

– Тебя не было рядом! Я нуждался в тебе, нуждался в твоей поддержке, а тебя нигде не было. Ты гуляла на вечеринках и тусовалась с парнями, которые тебе даже не нравятся. Я чувствовал себя одиноким и потому разозлился на тебя.

Душевные страдания, слезы, обиды, чувство, что ты недостаточно хороша; вопросы, заслужила ли я то, что имею. И все потому, что он не рассказал о своих проблемах.

– Я был расстроен, что не дождался от тебя дружеской поддержки, и потому стал вести себя с тобой еще хуже. Я не жду, что ты меня простишь, но хочу заслужить твое прощение. Знаю, на это уйдет время, и у меня есть идеи, как нам вместе это преодолеть.

«Оставайся спокойной, черт возьми».

– Это всего лишь слова, Аарон. Они ничего не значат.

– В Лос-Анджелесе есть психолог, доктор Робеска. Она специализируется на проблемах в парах, но не романтических, – быстро добавляет он последние слова. – Работает с людьми вроде нас, партнерами по команде. Когда я рассказал маме, что натворил, она пообещала заплатить доктору. И уверила, что мы можем начать все сначала.

Брейди с энтузиазмом кивает, и меня это бесит, потому что Аарон бог знает сколько времени ябедничал ей на меня.

– Хорошие отношения – залог успеха в партнерстве, – говорит она. – Вам выдалась пара непростых месяцев, но поскольку вы будете продолжать работать вместе, нужно вернуть вас в обычный режим.

Аарон точно знает, что делает, и это бесит больше всего. Знает, что делает предложение, от которого я не смогу отказаться. Я же все время, что мы знакомы, восхваляла эффективность занятий с психологом, главным образом, чтобы заставить его обратиться к специалисту и разобраться со своими проблемами. Даже после всего произошедшего он пытается манипулировать мной.

– Лола сказала, что врачи допустили тебя к тренировкам. Это правда?

Не успеваю я договорить, как он кивает и начинает сгибать и разгибать поврежденную руку, демонстрируя, что к ней полностью вернулась подвижность.

– Допуск от врачей есть. Выйдем на лед, как только ты будешь готова. Итак, к психологу?

– Мне нужно над этим подумать, Аарон. Это серьезное обязательство, а ты меня обидел. И продолжаешь обижать людей из моего окружения, которых я люблю.

– Когда-то ты и меня любила, – ровным тоном замечает он. – И я тебя люблю. Как друга, разумеется.

– Думаю, нам лучше потратить время на подготовку к национальному чемпионату. Не уверена, что захочу снова быть твоим другом, но наше профессиональное партнерство никто не отменял.

– Если бы я мог вернуть все назад, Стейси, то сделал бы это, не задумываясь. К сожалению, так нельзя, а я все еще хочу восстановить дружбу с тобой, как и партнерство, но мне нужно заслужить твое прощение. – Он делает глубокий, драматический вдох. – Нужно доказать, что я лучше, чем был тогда. Я дам тебе время подумать насчет психолога. Надеюсь, ты примешь верное решение. Мне правда очень жаль, и я попрошу прощения столько раз, сколько ты потребуешь.

Брейди толкает речь о спортивном поведении. Выходя из кабинета, усталая и раздраженная, я проклинаю тот день, когда решила пойти в парное катание. Приходится утопать в проблемах и эмоциях других людей, что весьма непросто, поскольку у меня хватает своих проблем и эмоций.

Я не идеальная. Я смехотворно далека от совершенства, но изо всех сил стараюсь быть хорошим другом. Так что когда Аарон заявляет, что весь этот бардак случился якобы из-за того, что я не оказала ему дружескую поддержку, это просто в голове не укладывается.

С точки зрения логики я понимаю, что это неправда, но Аарон и не думал признавать, что даже не пытался поговорить со мной о своих бедах. С точки зрения эмоций я задаюсь вопросом, могла ли что-то сделать. И теперь злюсь на себя, потому что именно этого он хотел, и я опять повелась на его провокации.

В этом-то и проблема взаимодействия с людьми. Ничего не бывает однозначным, у всех есть и хорошее, и плохое. Взять, например, отца Нейта: такой ли отец нужен Нейту и Саше? Нет. Но разве он злой? Тоже нет. И с Аароном то же самое. Я не стала бы расстраиваться и спорить из-за бесповоротно плохого человека.

Вот в чем мы с Нейтом расходимся во мнениях. Он видит только хорошее и плохое, но не обращает внимания на мутную, серую область между этими двумя полюсами. И теперь я поняла: если Нейта что-то беспокоит, это проявляется как разочарование.

Когда я возвращаюсь домой, он встречает меня с огромным букетом пионов, а я даже не могу притвориться, что рада. Нейт вручает мне цветы.

– Как все прошло?

– У меня сейчас нет сил. Я буду рассказывать и из-за тебя дерьмово себя чувствовать. Может, отложим до завтра, когда