Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

Он остановился передо мной, уже раскрыв рот, чтобы заговорить. Напряжение было невыносимым. Слишком много. Весь этот вечер был через чур.

Прежде чем он успел что-либо сказать, я сделала книксен.

— Мой принц.

Лангнатин посмотрел на меня, а затем ответил моей формальности коротким поклоном.

— Ворска.

— Это неуместн…

— Ты выглядишь совершенно прекрасно, — сказал он, не сводя с меня глаз. — Уверен, сегодня тебе уже говорили это десятки раз и куда более поэтично, но я должен был сказать. Ты затмеваешь саму Мефлуану.

Клянусь своей кровью, всё моё тело сжалось. Мне хотелось и растаять, и окаменеть, вспыхнуть и замёрзнуть одновременно. Меня мутило от волнения, восторга и страха в равной мере. Я была туго скручена — и в то же время разваливалась.

Я покраснела до самых побелевших корней волос, и его комплимент перевернул мне желудок сильнее, чем что-либо за весь вечер.

— Спасибо за вашу доброту.

— Я не имел в виду никакой доброты, — ответил он. — Это лишь неопровержимое наблюдение.

— Вы тоже, — начала я и тут же прокляла себя за фразу, которую теперь нужно было закончить. — Хорошо выглядите.

Он усмехнулся.

— Я хорошо выгляжу?

Я не смогла удержаться от маленькой ответной улыбки.

— Вполне, Ваша Светлость.

Это было откровенное преуменьшение. Сегодня он был несправедливо красив. Будь он каким-нибудь провинциальным лордом, а не Наследным принцем, он всё равно мог бы выбрать любую женщину на этом балу.

Лангнатин рассмеялся, и в горле у меня стало тесно.

— Что ж, если «не болезненный» есть в твоём списке, значит, я прошёл хотя бы этот минимальный порог.

Мы оба замерли, осознав, что он сказал. На что сослался. Мой список. Мой список качеств, которые я бы хотела видеть в муже, если бы могла выбирать. Он…?

— Я не приглашу тебя на танец, — сказал он, и у меня внутри всё оборвалось. — Ради твоего же блага.

Удар этого отказа оказался сильнее, чем должен был быть. Я попыталась улыбнуться, но на этот раз она вышла не такой настоящей.

— Я не поверю, что вы плохо танцуете. Я видела вас.

Он приподнял бровь.

— Ты наблюдала за мной?

Я вскинула подбородок.

— Так же, как вы наблюдали за мной.

— Поймала. Я танцую неплохо. Лучше, чем ты, — он оглядел зал, так же как минутами раньше делал Сет. — Есть и другие причины, по которым нам не стоит, чтобы нас видели танцующими вместе.

— Ваша семья?

— Ты и половины не понимаешь, — ответил он, и его глаза потемнели. — Возможно, я бы хотел, чтобы ты поняла.

Мы смотрели друг на друга — принц и я. Его рука дёрнулась, и я перевела на неё взгляд, снова подумав, как было бы проще понять его, если бы я могла просто коснуться. И в то же время я боялась, что мои собственные чувства рассыпятся, стоит ему прикоснуться ко мне сейчас. Кожа уже была натянута, тело пылало.

Я снова встретилась с его взглядом и заметила, что он устремлён на бусы, скрывающие мой рот.

Пойманный, он прочистил горло и отвернулся к дверям зала.

— О чём ты говорила с принцессой Марго?

— Неважно, — ответила я, поднимая руку к горлу.

Он усмехнулся, но юмор утонул в нашем общем рассеянии.

— Почему у меня ощущение, что ты мне лжёшь?

— Мы говорили о её интересах.

— Понимаю, — ответил он, по-прежнему глядя в ночь за дверями. — И что ты о них подумала?

Я не смогла удержать улыбку, расползающуюся по щеке.

— Я сказала ей, как освежающе увлекательно вам, несомненно, будет говорить с таким же единомышленником.

— Единомышленником. — Он вернул ко мне свои алые глаза. — И зачем бы тебе поощрять её себе во вред?

Я опустила голову.

— Я бы не стала так утверждать. Я не леди и не обучена придворным манерам. Если я и отпугнула вас от неё, то, должно быть, просто оговорилась.

Он издал раздражённый звук — нечто среднее между стоном и смехом.

— И всё же, женщина без титула привлекла внимание принца.

Я замерла. Хорошо, значит, слухи уже дошли до него. Сет сыграл свою роль.

— Вы имеете в виду принца Иамаллана?

— Это правда, что он сделал тебе предложение? — спросил он прямо.

— Мне не пристало об этом говорить.

В его взгляде что-то вспыхнуло, и рука снова дрогнула у бока.

— Ты должна знать, Ворска. Моя семья не позволит тебе выйти замуж за пределами Земли Зрения.

Я не отвела глаз от напряжённой тьмы в его взгляде.

— Тогда кого бы вы порекомендовали вместо него?

Лангнатин застыл, неподвижный, как деревья во время Домина в Госсамире. Потом он отвернулся от меня с приглушённым рыком. Я могла только смотреть.

Он сказал, что не будет танцевать со мной, но это было не хуже любого танца. Мы кружили вокруг слов, намёков и желаний. Я говорила себе, что с ним легче флиртовать, когда он так согласен и привлекателен, как сегодня ночью. Когда вино притупляло во мне память о его преступлениях против меня.

Я играла ту роль, которую должна была играть, чтобы показать свой интерес. Удобно, что моё желание к нему, каким бы ошибочным оно ни было, было не совсем притворством. Я ненавидела, что хочу его, но это помогало моему отчаянному делу.

Почему он хотел меня в ответ — я не могла сказать. Его пленяла моя инаковость, моя дикость? Или то, что ему не положено иметь меня? Какой-то побег от женщин, на которых он имел право? Может, всё было животным, как и у меня — потребностью одного тела в другом.

Я подумала, что он уйдёт. Что он отвернётся и найдёт кого-то, кто будет меньшим вызовом.

Но он обернулся.

— Ты собиралась уходить с бала?

— Да, — честно ответила я. — Я по нему скучаю.

— Останься, — прошептал он.

Сердце взмыло вместе с этим словом. Его глаза никогда не напоминали мне огонь сильнее, чем в тот миг, когда он провёл ими по мне, словно тлеющими углями.

— Зачем? — так же тихо ответила я. В ответ я провела взглядом от его глаз к отполированным чёрным туфлям и снова вверх. — Вы не станцуете со мной.

Драконий принц сглотнул.

— Я всё ещё не хочу, чтобы ты уходила. Но если ты решишь уйти, я пойму.

И он ушёл, развернувшись на пятке. Я не двигалась, пока он не вышел из зала и не шагнул туда, где я уже не могла его видеть.

Я опёрлась спиной о камень, вся в огне. Из всех мужчин на свете —