Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

Он был опьяняюще, несправедливо опьяняюще притягателен.

По крайней мере, мой флирт был убедителен — потому что он был совершенно искренним. Вот оно. Вот мой шанс. Если он мне нравится, если он меня хочет — может, надежда ещё есть. Если все остальные его кандидатки станут невыносимыми, если он сможет думать только обо мне… Женится ли он на мне? Этого будет достаточно?

Я вышла наружу.

Он стоял спиной ко мне, глядя на пламя жаровни и осушая кубок.

Я вдохнула и выдохнула, и на этот раз в памяти всплыли слова Нити. Я расправила плечи и высоко подняла голову.

И прошла прямо мимо него, скользнув кончиками пальцев по его руке.

Всплеск желания, растерянности и ярости от этого прикосновения едва не поставил меня на колени, но я продолжила идти. Его чувства были зеркалом моих собственных.

Желание, которого никто из нас не хотел.

Лангнатин резко втянул воздух у меня за спиной, когда я прошла мимо, но я устремила взгляд к своей цели и не дрогнула. Я направилась прямо к Теоллану. Если Драконий принц способен на ревность, если он может шагнуть вперёд, чтобы помешать помолвке с Землями Аромата, я должна была надавить на это преимущество.

Мой родич из Ивенфолда был совершенно трезв и безупречно одет: белый, приталенный дублет, прошитый серебряной нитью, и светло-песочные брюки. Его дар позволял выслеживать живых существ в определённом радиусе, хотя сам он выглядел кем угодно, только не следопытом. Я задумалась, даст ли его Судьба способность находить и неживые вещи — или лишь увеличит расстояние, на котором он чувствует цель.

Он приветствовал меня добрым кивком.

— Как вы?

— В замешательстве.

— Он смотрит на тебя, — тихо сказал Теоллан, его заплетённые волосы оставались безупречными. — Принц.

— Хорошо, — ответила я. — Семья уже слышала слухи об интересе вашего принца.

Он приподнял бровь.

— Уже?

— Думаю, мой страж, Уэйнстрилл, мог видеть вас на коленях в саду.

— А, — отозвался он, и румянец тронул его щёки. — Понимаю, как это могло выглядеть.

Я коснулась его руки, обтянутой тканью.

— К нашей взаимной выгоде, даже если и непреднамеренно.

— Я оказался лучше в этом обмане, чем думал. — Его челюсть напряглась, и он потянулся к кубку, который я держала больше, как праздный реквизит. — Дай мне это, — сказал он, выпрямляясь. — Принц приближается.

— Так скоро? — пробормотала я, но отдала ему кубок и расправила платье. Если он заговорит со мной здесь, разве это не так же публично, как танец?

Но я услышала тяжёлые шаги, и волосы на затылке встали дыбом. Я знала поступь Лангнатина. Это был не он.

Грубый голос подтвердил мои опасения:

— Вот ты где.

Это был не мой принц. Это был другой. Грубиян. Я усмирила кислое выражение лица, прежде чем повернуться.

— Да, Ваше Высочество.

Я оглядела Банриллена. Его рубашка была расстёгнута, но на нём это выглядело лишь неряшливо — с каким-то пятном на воротнике. Он был пьян, и его взгляд был слишком ощупывающим, для моего спокойствия.

— Вам что-то нужно?

Он ухмыльнулся, протягивая мне ладонь.

— Как насчёт второго танца?

За его спиной я увидела Лангнатина — он наблюдал за нами с того же места, где я оставила его, и глаза его были тёмными.

Я вежливо улыбнулась Враггу.

— Я очень устала, Ваше Высочество. Мои ноги не привыкли к танцам.

— Ладно, — отрезал он, но руку так и не убрал. — Пойдём со мной. Я покажу тебе остальную часть садов.

Я почувствовала его раздражение, его нежелание принимать отказ. Согласиться было самым безопасным путём.

— Как вам будет угодно, Ваше Высочество.

Я вложила руку в его ладонь, и вся его неприятная сущность вновь захлестнула меня. Его кипящая ярость душила, когда он тянул меня в неосвещённые сады позади — живые изгороди поднимались, как тёмные призраки, а тени втягивали нас, словно сон в кошмар.

Врагг шагал быстро, уводя нас всё дальше в ночь, прочь от тепла огней, и дрожь во мне вызывал не вечерний воздух, а его гнев.

Я не сопротивлялась, но заговорила:

— Сады очень красивы. Может, вернёмся сюда днём?

Мы обогнули изгородь, и перед нами открылся залитый лунным светом мраморный двор с фонтаном в центре. Пухлый каменный ребёнок пускал струю воды на вырезанную рыбу такого же размера, как и он сам.

Врагг повернулся ко мне, но руки не отпустил.

— Ворска. — Он кашлянул в свободную руку, и моё предчувствие достигло ужасающего пика. — Мой отец недавно рассказал мне историю о том, как сделал предложение своей жене в тот же день, когда встретил её. Я знаю, что мы встречались раньше, но сегодня ночью я по-настоящему встретил тебя.

И тогда, прямо передо мной, старший сын короля Браксторна, невыбранный генерал, опустился на одно колено. Так называемая Стена Эмбергринского перевала смотрела на меня без тепла. Через его руку я чувствовала его решимость, его убеждённость. Но не любовь — и едва ли желание.

Врагг собирался сделать мне предложение.

Почему? Почему именно этот принц?

Я попыталась вырвать руку.

— Ваше Ве—

Его хватка болезненно усилилась, и я прикусила крик.

— Я сообщу семье утром и попрошу отца обвенчать нас через пять дней, чтобы мы как можно скорее начали нашу жизнь вместе.

Слова вырвались сами собой:

— Вы не можете говорить это всерьёз.

— Я знаю, это должно было стать шоком. Я иду против всей своей семьи, и именно поэтому понимаю, что поступаю правильно. Они хотят использовать тебя в своих целях. Я этого не позволю.

— Бан—

— В качестве моей жены у тебя будет всё, — перебил он, словно это было лишь мимолётной деталью в его замысле против интересов собственной семьи.

Зачем я осталась? Я знала, что мне нужно было уйти, но моё желание к младшему принцу исказило мои намерения. Теперь всё было разрушено. Моя Судьба ускользала сквозь пальцы, как песок. Как я, нищая по всем меркам, могла вообще отвергнуть это предложение? Как мне тянуть время?

Слёзы навернулись на глаза, и я моргнула, прогоняя их.

— Банриллен. Я польщена. По-настоящему польщена. Но я никак не ожидала такого предложения. Ты должен дать мне время всё обдумать и дать твоей семье время одобрить это.

Он наконец отпустил мою руку, и она безвольно упала вдоль тела. Лунный камень на запястье лежал, как открытая насмешка. Он должен был обеспечить мою безопасность. Как это может быть безопасно?

— У тебя будут ближайшие дни, чтобы прийти в себя. — Он поднялся, стряхивая пыль