Бассейн, или Всё лето под открытым небом - Виль Гмелинг

Катинка обрадовалась и поставила ногу на землю:

– Не могу больше держать ее на весу.

И Альфонсо Блазио присел, чтобы расписаться у нее на лодыжке.

– Отлично! – воскликнула Катинка. – И отрабатывай пенальти, слышишь?

Альфонсо Блазио поспешил уйти, а мы вернулись к любимому открытому бассейну и встретили там Торбена. Он стоял под вышкой и смотрел вверх.

32

Торбен почти всегда был один. Я единственный, кого он мог назвать бы своим приятелем. Но и со мной Торбен виделся только в школе.

В открытом бассейне я его встретил впервые.

– Привет, как дела?

Мы дали друг другу «пять».

– Ничего хорошего. – Торбен выглядел сердитым. Он показал на десятиметровую вышку: – Видишь тех троих бимбо?

Я не понял, кого он имеет в виду.

– Ну, негров, – объяснил Торбен.

Он говорил про трех ребят из Мали. Они стояли на десятиметровой вышке и разговаривали с девушкой.

– Это моя старшая сестра, – сказал Торбен. – Отцу не нравится, когда она болтает с бимбо.

Глаза у Торбена были злые.

– Пойдем на горку, – предложил я.

– Нет, подожди. Я хочу посмотреть, что моя сестра будет делать с бимбо.

– Это Амаду, Абдул и Иссуф, – поправил Торбена я, – они из Мали. Пойдем на горку, там круто!

Но Торбену не хотелось на горку. Он поднялся на вышку. Я видел, как он в чем-то убеждал сестру. Она отвернулась, как будто разозлилась, но Торбен не унимался.

Амаду что-то сказал ему. Торбен даже не посмотрел в его сторону и вообще как будто не видел никого, кроме сестры. Амаду хлопнул Торбена по плечу. Вполне дружелюбно, но Торбену это не понравилось, и он ударил Амаду по руке. Амаду рассмеялся. Абдул и Иссуф тоже. Они были намного крупнее Торбена и явно не боялись его.

Адиль заметил, что происходит наверху, и крикнул, чтобы Торбен или прыгал, или спустился на землю.

– Прыгай! – крикнула сестра Торбена. – Если духу хватит.

Она оказалась права. Торбен предпочел спуститься по лестнице, вид у него при этом был очень недовольный.

– Теперь на горку? – снова предложил я.

– Пошли, – согласился Торбен.

Мы съехали с горки и вернулись на наше одеяло. Катинка читала Робби его любимую книжку о детях, которые живут на облаках.

Торбен всё еще не мог успокоиться.

– Я расскажу папе, – ворчал он. – У нее будут большие неприятности.

Когда Катинка поняла, о чем речь, она долго смотрела на Торбена. Мне трудно описать этот взгляд, – так смотрит мама, когда мы сделаем какую-нибудь глупость.

– О-ля-ля…. – сказала она. – О-ля-ля…

Торбен выпучил на Катинку глаза.

– Амаду, Абдул и Иссуф знают французский язык, – объяснила Катинка.

– И что? – не понял Торбен.

Катинка всё еще смотрела на него как на полоумного.

– Ты что? – удивилась она в ответ. – Это же французский! Знаешь, как много всего придумали французы? И Париж, и Эйфелеву башню, и багеты, и круассаны… Может быть, даже сыр. Сыр! Вуи, месье!

Торбен не знал, что на это ответить. Похоже, теперь он немного побаивался моей сестры.

– Амаду, Абдул и Иссуф из Африки, – продолжала Катинка. – Вуи, месье! В Африке есть львы, жирафы, слоны и носороги.

– И такие милые гиены, – добавил Робби.

Торбен совсем растерялся. Он смотрел на наше одеяло, но там ничего не было, кроме кофейного пятна, которое когда-то оставил папа.

– Парле ву фронссе? – наседала Катинка.

– А?

– Она спрашивает, знаешь ли ты французский, – перевел я.

– Нет, – ответил Торбен.

– Ты хотя бы кролем плавать умеешь? – сменила тему Катинка.

– Естественно.

Но Катинка не поверила Торбену и потащила в большой бассейн, посмотреть, на что он способен. Мы с Робби тоже пошли.

Торбен барахтался, как усталая собака. Он держал голову над водой и вовсю дрыгал ногами. Катинка плыла рядом с ним. Она научилась держать голову под водой и только иногда поднимала, чтобы глотнуть воздуха.

Торбен кое-как одолел одну дистанцию и вернулся на одеяло. Я пошел за ним, чтобы спросить, есть ли у него деньги. Мне хотелось картошки фри. Но у Торбена оставалось всего тридцать центов.

Когда мы опустились на одеяло, Торбен был мрачен как туча. В нескольких метрах от него, возле детского бассейна, сидела его сестра с мальчиками из Мали. Они смеялись и брызгали друг на друга водой.

– Папа запретил ей так себя вести, – пробурчал Торбен.

– Почему? – удивился я.

Но он не ответил.

Мы наблюдали, как веселятся сестра Торбена и мальчики. Я представил себя и Иоханну на их месте. Это было приятно. Я имею в виду, одна только фантазия об этом.

И тут я увидел, как она идет по лужайке. Одна.

Недолго думая, я вскочил и побежал к ней.

– Я хочу пригласить тебя, – сказал я, – в киоск. Ты сможешь выбрать что хочешь.

Иоханна посмотрела на меня. Я думал, что выгляжу глупым в ее глазах, но она всего лишь поинтересовалась, когда.

– Завтра, – быстро ответил я. – Так уж вышло, что сегодня я не при деньгах.

– Ну хорошо, – сказала Иоханна. – Значит, в четыре?

Я кивнул. Во рту пересохло. Со мной всегда так бывает от волнения.

33

Дядя Карл вернулся из поездки. Когда я рассказал ему о Иоханне, он выставил вверх большой палец:

– Но есть одна проблема, – добавил я.

– Догадываюсь, – кивнул дядя Карл. – Сколько тебе нужно?

– Пять евро.

Я уже всё подсчитал.

– Ага… – дядя Карл достал бумажник. – Думаю, это в наших силах.

Он дал мне десять, чтобы Катинка и Робби разделили наш праздник. Я знал, что у дяди Карла мало денег, поэтому рассыпался в благодарностях.

– Не стоит, – махнул он рукой. – Я слишком поздно вспомнил о вас. Самое время наверстать упущенное.

– Когда ты вернешься в Америку? – спросил я.

– Понятия не имею, – сказал дядя Карл. – Может, никогда не вернусь. Останусь здесь, в Германии.

– Это было бы здорово! – одобрил я.

– Да, приятель, наверное, ты прав.

Дядя Карл посмотрел на меня счастливыми глазами.

На следующий день мы с Катинкой, как всегда, забрали Робби из группы продленного дня. Там была двухэтажная кровать с занавешенным первым этажом. Напоминало уютную пещеру. Каждый раз, когда мы забирали Робби, мне хотелось залезть туда. Но сегодня это было невозможно – меня ждали в открытом бассейне. Иоханна, я имею в виду.

Как назло, Робби никуда не хотел уходить. Обычно ему не терпелось покинуть группу, но сегодня он сидел в углу перед кучей деревянных кубиков и строил гараж для машинок. Катинка села рядом. Было уже около трех.

– Еще немного – и уходим, – сказал я.

– Почему? – удивилась Катинка. – Здесь так хорошо. Я тоже хочу что-нибудь построить.

Робби радостно захлопал в ладоши.

Уйти один я не мог. Мама с